Дебютант

Чутье не подвело – сосед оказался весьма доброжелателен, с готовностью отодвинул свой поднос, оглядел незамысловатые кушанья Генри:

– Попробуйте здешние сосиски с капустой – превосходно.

– Благодарю, последнее время не перевариваю сосиски.

– Майкл Стентон.

– Генри.

Английский для него, вне сомнения, родной, только в акценте что-то неуловимо чужое, сто процентов не альбионец.

– Вы пилот, Майкл?

В глазах соседа мелькнуло удивление. Ну, извини, понятия не имею, кто ты такой. Если это окажется какой-нибудь прославленный чемпион – как бы ни предложил сматывать удочки.

– И пилот, и конструктор, и владелец команды. Все в одном лице, – рассмеялся Майкл. – Недавно здесь, Генри?

Выслушав заученную и уже отшлифованную легенду, Стентон обрадовано покивал:

– У нас теперь много янки. Так уж повелось – то Вы к нам, то наоборот. Пытаемся побить друг друга на чужом поле. Я тоже порой гоняюсь у вас в «кузовах», но уж, прости, тебя не помню.

Генри милостиво простил. Было удивительно, если б помнил.

– Я вообще из Австралии, – поведал Стентон. – Получил инженерную специальность, сам делал машины, на них же и выступал в местном чемпионате, но стало скучно и рванул в Европу, в пятьдесят шестом. Сменил несколько конюшен, всякое бывало за эти годы, жаль, титул так и не попал в руки. А пару лет назад решил, сколько можно, да, создал собственную команду, – улыбнулся Майкл.

– В Австралии совсем скучно? – посетовал Генри. – Сплошные кенгуру, да кролики.

– Все вверх ногами, а бумеранг так и норовит вернуться обратно, – в тон ответил Майкл.

Генри пригляделся к собеседнику, обратив внимание на его странную мимику – левая половина лица почти не двигалась, а один уголок рта все время опущен.

– Где поселился? – поинтересовался Майкл.

– Пока нигде, живу в трейлере, экономлю.

– Я сам так когда-то начинал, – обрадовано кивнул Майкл. – Сначала в грузовике, потом за гроши снимал комнату на паях с напарником, затем крошечную квартирку. Тоже вдвоем, так даже веселее. Безденежье – бич начинающих гонщиков. И не только.

Генри дежурно улыбнулся в ответ. Чтобы такого спросить для поддержания разговора.

– Австралийцы такие любители чтения? – он ткнул в журнал.

– А, это? – чуть смущенно ответил Майкл. – Ребята подсунули, там про меня статья. Оказывается, я самый успешный пилот из тех, что создал свою команду.

– Здорово, – Генри пригляделся к журналу. – Это прямо все про гонки? Такой толстый.

– А что в Штатах одни комиксы? – хмыкнул Майкл. – Это английский журнал, издается с пятидесятого года, одновременно с началом наших соревнований. Кстати, полезная штука. Тут не только для болельщиков, а хватает и серьезных статьей про технику, я порой люблю что-нибудь вычитать. Я еще хочу не только «открытые» болиды конструировать, но и спортивные прототипы. А на последних страницах объявления о работе в мире автоспорта – многие там ищут себе механиков или инженеров, но по мне так нет ничего лучше личной рекомендации.

– Серьезный ты парень, – протянул Генри.

Кажется, его собеседник понял, что его лекция о печатном деле не произвела особого впечатления на американца, и сменил тему:

– Как Ваши успехи на тренировках, Генри?

– В самом хвосте, – пожал он плечами. – Жорж говорит, не хватает скорости.

– Жорж, вне сомнений, гонщик опытный, – с неопределенной интонацией протянул Стентон. – Ваших секунд хватит? На гонку заявился двадцать один пилот, на старт допустят, скорее всего, восемнадцать, трех с худшим временем отсеют.

– Будем работать, – деланно вздохнул Генри.

Не допустят – и плевать, это пусть Бейкер с Жоржем горюют. Скорее поедем на базу в Англию, там и распрощаемся. В переводе на британские деньги у Генри в кармане тысяча фунтов, только бы придумать, как их грамотно пустить в дело. Прокутить за несколько месяцев – останешься без штанов. Вложиться бы в какое-нибудь стоящее предприятие. Может задержаться в Голландии? На первый взгляд приятная страна: вокруг сплошь бескрайние луга, душистые тюльпаны, да забавные мельницы, пейзажи симпатичные, встречные девушки тоже. Хотя общаются на таком заковыристом языке, устанешь учить.

– В первый год выступлений я тоже часто не попадал на старт – очень обидно, – поделился Стентон. – А еще жальче, что остаешься без призовых, кто не стартует, тот не получает ни гроша.

Генри навострил уши – как это не платят? Такими темпами новоиспеченного механика рассчитают прямо здесь. Угораздило же попасть к каким-то неудачникам.

– Вдруг других частников хотя бы опередите, – благодушно утешил Майкл.

– Думаешь, есть шансы? – поморщился Генри. – Сам понимаешь, для меня это первая гонка в Европе. Как мы смотримся на общем фоне?

Кажется, парень не прочь поболтать, почему бы не вытащить из него побольше полезной информации. Все пригодится.

– В пятидесятые в гонках участвовал ряд крупных автомобильных концернов – немецких и итальянских. Каждая команда выставляла целую армаду, по пять-шесть машин на этап. Но все это в прошлом. Осталась только Монетти, для остальных выступать финансово невыгодно, затрат много, а прибыли пшик. Да, и Монетти – не концерн, по большому счету, а небольшая фирма, которая выпускает гоночные и элитные спортивные машины. Но они хотя бы сами делают двигатель, остальные команды просто приобретают готовый агрегат у моторостроительных фирм. Еще несколько британских компаний во главе с Крокус сами строят автомобили для разных гоночных серий. Недавно это были мелкие фирмочки с десятком сотрудников, что базировались в крошечных гаражах и мастерских, старик Марио смотрел на них с высока, но теперь они стремительно развились, приходится с ними считаться. Именно эти конюшни – всего их пять, борются впереди. За ними команды, вроде моей, совсем маленькие, мы тоже сами строим шасси, но в единичных экземплярах. Потом «частники», как твой Бейкер, что просто покупают старые автомобили, а потом пилоты-одиночки, эти самостоятельно заявляются на старт на приобретенной технике. В последние годы «частников» становится все меньше – расходы на участие неуклонно растут.

– Полагаю, по скорости мы тоже в конце списка? – кисло усмехнулся Генри.

– Совсем недавно, на рубеже десятилетия подобные конюшни добивались нешуточных успехов, чуть ли не выигрывая титулы, но теперь все меняется, – поведал Майкл. – Техника постоянно прогрессирует, нельзя просто купить хорошее шасси, поставить на него мощный мотор и победить с наскока, конструкцию требуется постоянно обновлять. А для этого нужны людские ресурсы и производственные мощности… Ты так пристально рассматриваешь мое лицо? Родовая травма, акушер неудачно щипцами прихватил, с детства пол лица парализовало. Думали, дурачком останусь, но, видишь, как-то выкарабкался.

– Смотрю ты просто уникальный парень.

– Да, что я.?! Подумаешь. У нас тут каждый потрясающая личность. Ты еще не со всеми знаком. Например, Сэм Мерфи невероятный аккуратный гонщик – он никогда не попадает в аварии и столкновения, Питер Бридж – самый двужильный из всех кого я знаю, гоняется по две стороны Атлантики, спит только в самолетах, а еще…

– Слушай, а дашь почитать журнальчик. Надо же и мне приобщиться к Вашему миру.

Глава 5. Зебра и ее части

– Уважаемые зрители, до конца финальной тренировочной сессии остается всего полчаса. На первом месте на протяжении всего дня уверенно пребывает чемпион мира Сэм Мерфи, его отрыв от ближайшего преследователя весьма значителен. Маловероятно, что кому-то удастся не то что перебить это время, но и приблизиться к нему. Зато за вторую позицию разворачивается интересное сражение между двумя пилотами Монетти и Питером Бриджем. Но не исключено, что гонщики могут сэкономить свои силы и ресурсы машины до завтра – ведь все окончательно решится в двухчасовой гонке, а сегодняшняя сессия определяет лишь расстановку сил на старте. А с взмахом флага все может повернуться с ног на голову!