Дедагеймер

Миловидная девчушка с фиолетовыми кудрями на голове и с надписью «Хэлэн» над головой была поглощена процессом создания. Огромная голова ящера неподвижно застыла перед ней. Девушка обошла морду с другой стороны, дотронулась рукой до одного из рогов, торчащих из щеки зверюги и завернула его книзу. Затем она отошла в сторону, оценила изменение, плюнула с негодованием на пол, подошла обратно, и вообще оборвала все рога и шипи на голове, превращая страховидлу в обычную, но большую ящерку.

— Дракона чо ли мастерит? — спросил я сам у себя.

— Скорее, пытается придумать новый вид виверны, — ответила мне голова остроусого.

— Всё-то ты знаешь, Коневод.

— Работа у меня такая, — самодовольно произнес хлыщ и исчез.

Еще немного понаблюдавши за девушкой, изгалявшейся над бедной головой как только могла, я вскоре продолжил свой путь наверх. Седьмой этаж с такими же комнатками, где создавали разных существ и предметы другие существа с именами над головами. Здесь моё внимание поглотил один паренек. Это был именно пацаненок, лет десяти, не больше, только вот мускулатура у него развита, как у олимпийского атлета. Он держал в руках косу и работал над её формами. Сначала она была стандартной и очень длинной, паренек пару раз взмахнул оружием, но на третий взмах он долбанул себя черенком по колену. Тогда мальчик отделил лезвие от держака, и занялся деревянной палкой, укорачивая её и делай углубления для хвата руками. Интересное занятие, но надо идти, как бы я не оттягивал этот момент.

Я оказался на восьмом этаже. И тут же первая неожиданность: дверь и стены здесь были из мутного стекла, как пол и потолок в комнате, где проходило совещание начальства.

«Иззи

Руководитель дизайнерского отдела»

Я снова отряхнул рукава камзола, пригладил рукой бороду, провел ладонью по лысине, а затем достал из сумки букет цветов. Как же хорошо, что на одном из ближайших к моему маленьких островков находилась полянка с синими то ли тюльпанами, то ли розами, бес разберет здешние растения.

В общем, я нарвал охапку. По первому знакомству, было сразу заметно, что эта мадам повернута на синем цвете… и усах… Бр-р-р-р! Ладно. Делаем дело и гуляем смело!

— Куриное ж ты дышло, — тихо пробубнил я себе под нос и сделал шаг.

Дверь передо мной отъехала в сторону, и я оказался в коридоре с десятком дверей без каких-либо опознавательных знаков по обе стороны, а в конце этого коридора в небольшой кресле умостилось уже знакомое мне страховидло: небольшое синее лохматое нечто со слоновьими ушами и мышиной мордой.

Андрюха предупреждал меня об этом. Если Иззи не будет на месте или она занята, то меня встретит её помощник — Верес.

Завидев меня, существо подорвалось со своего лежбища и метнулось ко мне.

— О, Николай Селезнев, приветствую вас, — пропищала страховина, остановившись за пару метров до меня.

— И тебе не хворать, я к хозяйке, по делу.

— Госпожа Иззи вышла на пару минут, скоро вернется. Вы може… — он запнулся на полуслове и с ужасом уставился на мою одежду. — Вы что! Нельзя к госпоже Иззи дважды приходить в одной и той же одежде! Скорее! Пока она не вернулась, нам надо вас переодеть!

Верес схватил меня за рукав камзола и потащил в одну из многочисленных дверей из мутного стекла.

Мы зашли внутрь, за мной послышался хлопок. Это была комната, точнее даже гардеробная, с высокими, метра четыре, потолками из мутного стекла и тысячами стеллажей, вешалок и подставок под всевозможную одежду. Пролеты между этими рядами вещей были запредельно широкие, на них можно и самолет посадить при желании. Я посмотрел назад: а затем вдаль. Помещение было настолько огромным, что я мог видеть только стену у меня за спиной, остальные находились вне досягаемости зрения.

Это ж как они умудрились такую площадь засунуть в здание? Или это тот же фокус, как с моей сумкой? Внешне — маленькая, а внутри можно спрятать провизию на целую роту.

— Так, у нас мало времени, но много работы. Посмотрим… — Верес оценивающе окинул меня взглядом, — начнем с обуви, эта никуда не годится!

Звереныш громко свистнул, и из-за одного из стеллажей на широкий пролет выбежало создание с телом льва и головой орла. Консу, о чем говорила белая надпись над головой, был запряжен в двухместную повозку, сделанную из золота, похожую на те, на которых катались императоры Древнего Рима.

Верес запрыгнул на удобное сидение, обитое красным бархатом, и выжидающе уставился на меня.

— Ну же! Повторяю: у нас мало времени, поторопимся!

Я сел рядом и взялся левой рукой за специальную ручку на боку небольшой кареты.

— Консу, к мужским туфлям!

Зверь громко заржал и рванул с места, неся нас среди тысяч стоек с одеждой. Хорошо, что я схватился левой рукой за ручку, а то б на первом повороте же вылетел из экипажа. Правой рукой я мертвой хваткой вцепился в охапку цветов. Надеюсь, они доживут до окончания этой гонки.

Консу резко затормозил, зашел в поворот и, упершись передними лапами в пол, а задними в повозку, остановился.

— Спасибо, Консу. Николай Селезнев, пока сидите здесь.

Зверек с синей шерстью спрыгнул на пол и исчез среди полок с обувью. Не было его может с минуту, за которую я даже чуть расслабился и отпустил ручку.

— Вот, то что нужно! — протянул мне Верес пару лаковых туфель со шнурками.

— Ты чо, у меня ж сорок третий, а эти явно меньше.

— Не переживайте, начните обувать, а туфли сами примут форму вашей ноги.

— Ах ты ж! Удобно сделано!

— Полностью согласен.

Я примерил обувь; и вправду, сели как влитые.

«Получен новый предмет:

Лакированные башмаки»

— Отлично! Консу! Отдел брюк!

Не знаю сколько мы так прокатались, но после нескольких остановок и пары всплывающих надписей, которые я уже воспринимал как должное, на мне были: лаковые туфли, черные зауженные книзу брюки со стрелками, белая длиннющая рубашка навыпуск с треугольным вырезом до середины груди и синий ремень, который Верес заставил меня надеть поверх рубахи. А! И еще пара черных носков. Как же отвык от них. Теперь даже не удобно было, когда твою кожу и обувь разделяет еще какая-то ткань.

— Отлично! — воскликнул зверек и хлопнул в ладоши. — Вроде и ваш стиль, но синий ремень и синие цветы подчеркивают, что вам импонируют цвета хозяйки.

И тут до меня дошло, что надпись «Верес» была синей, как и у других живых людей из реального мира.

— Погоди, ты — не программа? Ты — настоящий человек?

— Всё верно, — кивнул зверек.

— Тогда зачем ты прислуживаешь этой усатой шельме?

— Вы что, это честь работать на госпожу Иззи и перенимать её методы работы! Она же настоящий гений дизайна! Я до седых волос доказывал в университете, что именно я должен проходить у неё практику! Это такая честь… — мечтательно пропел последнюю фразу мой новый знакомый.