Дехуманизация

– А, вот ты о чем. На протяжении жизни в интернате нас постоянно тестировали, на основе полученных данных и определяли, какая профессия нам подходит лучше всего, все довольно просто, – пожала плечами я.

– То есть выбора вам там никакого не предоставляли? Звучит печально.

– Серьезно? Вас андроидов вроде тоже не особо спрашивают, кем вы хотите стать, – буркнула с усмешкой я.

– В том-то и дело, получается, у нас с Вами есть много общего, – задумчиво проговорил Винсент, я аж опешила.

– Ты что-то фантазируешь… – начала было я возражать, но тут, – Винсент! Осторожно!

Все произошло молниеносно: женщина выскочила на дорогу прямиком нам под колеса. Хорошо, что скорость была небольшая, и Винсент быстро среагировал – машина остановилась прямо перед женщиной, та лишь оперлась руками на капот от испуга.

– Мэм, с Вами все в порядке? Мэм! – я подбежала к женщине, – Винсент вызови скорую, живо!

– Люди, темно… – лепетала женщина, – там люди, еще.

– Какие люди, мэм? О чем Вы?

– Забор высокий, проволока, подвал, темно, – продолжала говорить женщина. Я оглядела ее: грязная, тощая, путаное сознание и речь.

«Ну, вот наркоманок мне еще не хватало».

– Мэм, Вы ранены? – я продолжала осматривать: несколько ссадин на лице, синяки на запястьях, босые ноги стерты в кровь.

– О чем она говорит? – спросил Винсент, направляя сканер чипа на висок.

– Не знаю, какая-то околесица, невозможно толком разобрать.

– Эмигрантка с пониженным статусом, – глядя на сканер сообщил Винсент, – Виктория Лейн.

– Мэм, Ваше имя Виктория? – я пыталась установить с женщиной зрительный контакт, но она постоянно крутила головой и тряслась.

Внезапно Винсент обхватил ее лицо руками, Виктория на секунду замерла, но потом вырвалась и попыталась убежать, я едва успела ее схватить и посадила на заднее сиденье патрульной машины.

– Зрачки сильно расширены, спутанность речи, тремор – начал перечислять Винсент, – судя по всему, она под действием сильнодействующих препаратов.

– Обычное дело у таких, просто обдолбалась, – отмахнулась я, – сейчас дождемся скорую и это уже не наше дело.

– Офицер, на шее гематома, возможно след от веревки или чего-то другого, – заметил Винсент.

– Что? – изумленно обронила я. Я подскочила к машине, открыла дверь и наклонила рукой голову женщины в бок. Действительно, имеется горизонтальный след практически вокруг всей шеи. Как я не заметила?

– Мэм, Виктория, Вы слышите меня? – я снова пыталась обратить на себя внимание этой странной женщины. Она посмотрела на меня глазами полными слез и кивнула, – Вас удерживали насильно?

– Люди, темно… – повторяла Виктория.

– Там, где Вас удерживали, остались люди? – тревога нарастала, женщина в ответ снова кивнула, – Виктория, Вы знаете, кто вас держал?

– Забор, проволока, красный кирпич, большой забор, – продолжала лепетать Виктория, затем сознание, будто на секунду прояснилось, – пахнет керосином.

Меня моментально осенило, я тут же сообщила диспетчеру о предполагаемом похищении людей и попросила подкрепление. Место, которое пыталась описать Виктория, очень походило на бывший склад горючего в нескольких кварталах отсюда.

Когда приехали медики, мы с Винсентом передали им Викторию, а сами прыгнули в патрульную машину, а затем, не дожидаясь подкрепления, решили зайти на территорию склада.

Глава 3. Спешка

Высокий забор с колючей проволокой нам перелезть было невозможно, лазеек почти не было. В заборе была небольшая брешь, но я не смогла вскарабкаться, слишком высоко и кирпичи крошились, Винсент хотел попробовать, но наша долгая и довольно громкая возня могла привлечь нежелательное внимание, и пришлось отступить.

Мы стали дальше искать путь внутрь, наконец, Винсент обнаружил, что соседнее заброшенное здание довольно плотно прилегает к забору с северной стороны, а сам забор там намного меньше и проволока отсутствовала. Решено было войти на территорию, используя соседнюю заброшку.

Между первым и вторым этажом находилось окно, которое как раз выходило на нужный нам забор. Пришлось прыгать: первым прыгнул Винсент, довольно юрко и смело, ухватился руками за забор и приподнялся, чтобы оглядеться и, убедившись, что все чисто, кивнул мне. А я немного замешкалась, выдохнула и прыгнула, Винсент успел подхватить, однако я все равно нырнула вниз и ободрала себе живот. Первый рубеж, хоть и не совсем удачно, но был пройден. Теперь надо было спрыгнуть вниз, Винсент лежал боком на заборе, помогая перелезть мне, он взял меня за руку, я повисла на ней, как на спасательном тросе, уменьшая расстояние до земли. Ну, хоть спуск был благополучный. Винсент спрыгнул следом, и мы в полуприсядь побежали к стене склада, держа наготове пистолеты.

Деревянная дверь, которую мы обнаружили спустя пару минут, к счастью оказалась незапертой. Мы вошли внутрь, наскоро осматривая все вокруг. Чисто. Прошли по темному коридору не спеша, стараясь как можно меньше издавать посторонних звуков, прислушиваясь к каждому шороху. Внезапно Винсент схватил меня за руку и дернул с силой, увлекая в темное укрытие, где-то далеко впереди слышались, кажется, шаги. Я почувствовала, как сердце сжалось, а потом с силой вновь начало свою работу. Мы стояли с Винсентом, вжавшись в угол, и мне показалось, что я чувствую, как у него бьётся сердце. «Чего?!» Я ошарашено глянула на Винсента, но тот был невозмутим и сосредоточен, наверное, у меня так бухала кровь в ушах, что я просто спутала. Шаги удалялись, и мы последовали за ними – нужно было выяснить, где держат возможных заложников.

Вскоре мы вышли на лестницу, которая вела куда-то вниз. «Виктория говорила, кажется, что-то про подвал». Мы с Винсентом переглянулись и кивнули друг другу. Винсент пошел первым, аккуратно, чуть ли не ползком, он спускался по ступенькам, я пока стояла наверху. Винсент остановился и стал прислушиваться, я хотела начать спуск, но он остановил меня рукой. Потом показал два пальца, потом прислушался еще раз, потряс рукой и показал уже три пальца. «Там три человека». Винсент начал подниматься, и мы тихонько удалились обратно в укромное место.

– Там трое мужчин, ругались между собой, что дали кому-то сбежать, еще слышен был тихий женский плач, на него реагировали угрозами, вероятно заложники там, но я не смог понять, сколько их. Еще они отправили двух человек поймать беглянку, судя по всему практически сразу после того, как она покинула территорию склада, – тихим голосом докладывал Винсент. Я достала телефон и начала писать сообщению Фоксу – старшему офицеру патруля, который ехал к нам в качестве подкрепления, описывая буквально в трех словах всю обстановку, которую мы успели тут вынюхать. Рацию мы отключили, слишком опасно. «Черт, связи нет». Я привстала, чтобы найти хоть какой-то сигнал. «Ну, давай же!»