День Дракона
Шрифт:
— Как это сделать?
— Нужна капля крови нава, известного тебе под именем Сантьяга, — спокойно ответил Ярга.
— Кровь комиссара?!
— Одна капля. Достаточно просто поцарапать его и принести мне клинок. Все очень просто. Достаточно одной ловушки.
— Это самоубийство.
— Мальчик, идти за мной — это всегда риск. Или ты думаешь, война с асурами не казалась кому-то самоубийством? Вопрос в уверенности в себе и в желании совершить нечто грандиозное, прыгнуть выше головы. А я тебе предлагаю такую мелочь на этом фоне. У тебя хватит мозгов придумать ловушку?
Ошарашенный Витольд размышлял
— Наверное, да.
Яргу не удовлетворил тон ответа, поэтому он продолжил:
— Подготовь скрытый портал в уединенном месте, позвони Сантьяге, вызови его якобы на переговоры. Тебя, разумеется, обложат со всех сторон, но я подскажу, как сделать очень хитрый портал… Если коротко: сначала под землю, потом в любую точку, детали позже. Этого они от тебя не ожидают, так что есть шанс. Все, что от тебя требуется, — нанести один удар. Даже не смертельный. Капля крови на клинке, и ты можешь отступать. И рассчитывать на мою благодарность.
— Почему бы тебе самому не разобраться с Сантьягой?
— А почему, как ты думаешь, я сижу в этой гостинице, а не разгуливаю по Цитадели? Меня ищут, мальчик, меня уже ищут.
— Не называй меня мальчиком, — попросил Ундер.
— Хорошо. Договорились.
Чуд почесал в затылке.
— Напасть на Сантьягу… гм… это войдет в историю.
— Ненадолго. Очень скоро все забудут, кем он был.
— Но что мы получим, завладев Железной Крепостью? Чем угрожать Великим Домам, если не глобальной катастрофой?
— Есть кое-что, — почти добродушно произнес Ярга, — перед чем меркнет даже власть.
— Объясни, — тихо попросил Витольд.
— Охотно, — усмехнулся нав. И посмотрел на Власту. — Она ведь важна для тебя, так?
Чуд промолчал. Девушка тоже опустила глаза.
— Из-за нее ты рискнул своей жизнью, пришел ко мне. Ты ее любишь. По-настоящему любишь.
— К чему этот разговор?
— Я пытаюсь объяснить тебе, что скрыто в Железной Крепости. Объяснить так, чтобы ты понял. Представь, что вы с Властой живете долго и счастливо… Причем действительно долго. Не те жалкие сотни лет, что есть у вас сейчас, а гораздо больше. Вы воспитываете детей…
— У нас их не может быть! — почти выкрикнул Ундер. И против воли сжал кулаки. — Не может! У нас нет будущего!
Показалось или в зеленых глазах Власты действительно блеснули слезы?
— И тут мы возвращаемся к главному вопросу нашей встречи: что же спрятано в Железной Крепости? Чего испугались навы, как правильно сказал тебе твой приятель? Что может помочь практически в любом деле? Что могло изменить ход истории?
Ярга замолчал.
— Что? — не выдержал Витольд. — Что?!
Офис компании «Тиградком», Москва, 1-я Брестская улица,
9 августа, среда, 21:40
— Искушение, — негромко повторил Сантьяга. — Невозможное, порабощающее Искушение. Соблазн.
Де Лаэрт и Мечеслав даже не переглядывались, сидели, отрешенно уставившись на нава, и пытались переварить новость.
— И асуры отдали вам такое сокровище? — откашлявшись, спросил Гуго.
— Война изменила всех, — объяснил комиссар. — Асуры начинали ее в положении властителей Вселенной, первых тварей Спящего. Они и помыслить
не могли, что кто-то осмелится бросить им вызов. Удел остальных — поклонение великим.— А разве Темный Двор предложил что-то другое?
— Да, — после короткой паузы ответил Сантьяга.
— Поклонение Тьме? — быстро спросил Мечеслав. — Вселенское почитание князя?
— Комиссар имеет в виду другое, — на удивление рассудительно произнес Гуго.
— Что?
— Смену власти, — объяснил нав. — Перспективу, если хотите. Все честолюбцы Вселенной поняли, что у них появился шанс. Мы показали, что жизнь есть движение, а не статика. Что вечного не существует.
— Никогда не думал, что услышу от вас столь высокопарные слова, комиссар.
— Считайте, что вам повезло, барон.
Мечеслав хотел съязвить по поводу последних слов комиссара, но сдержался. Понял, что любая насмешка выставит его глупцом.
— А какими асуры закончили войну? — спросил де Лаэрт.
— Подавленными, — ответил Сантьяга. — Данное определение наилучшим образом описывает их состояние. Сначала они не верили, что нашествие продлится долго. Затем разозлились, сцепились с нами по-настоящему, но у них опять ничего не получилось. Последние месяцы стали самыми тяжелыми. И для них, и для нас. Не война — бойня. Никого не щадили, никто не ждал пощады. В какой-то момент даже управление войсками было потеряно. Командиры арнатов действовали самостоятельно, вторгались в еще занятые асурами области, истребляли всех подряд. Первые отвечали тем же.
— Теперь я понимаю, почему вы до сих пор испытываете к асурам такие чувства, — задумчиво пробормотал Мечеслав.
Нав на мгновение замолчал, бросил быстрый взгляд на барона, но комментировать его слова не стал. И лишь ОЧЕНЬ внимательный собеседник мог бы заметить блеснувший в глазах Сантьяги иронический огонек — Мечеслав, мягко говоря, был далек от понимания истинных причин ненависти.
Ни люд, ни Гуго не относились к ОЧЕНЬ внимательным собеседникам, а потому комиссар, выдержав короткую паузу, позволившую де Лаэрту убедиться в истинности выдвинутой бароном гипотезы, продолжил:
— Вы спрашивали, Гуго, почему асуры открыли нам столь ценное сокровище? Потому что они ненавидели нас так же, как мы их. Они потеряли все и искренне надеялись, что тайна Железной Крепости ударит по нам сильнее, чем самое смертоносное оружие. Асуры хотели изменить саму Навь, но… Нашлись холодные головы, нашлись те, чья колоссальная сила воли не позволила поддаться искушению. Нам было непросто, мы пережили чудовищный кризис. Но Навь осталась Навью. И даже стала сильнее.
— Ты был там? — тихо спросил Мечеслав.
— Нет. Но я знаю. Каждый нав знает.
— И запечатали самые великие сокровища Вселенной…
— Таким был выбор Тьмы. Мы отказались от многого, но получили еще больше. Мы сохранили себя.
— Полагаю, в тот день, когда пал Уратай, князь пожалел о своем выборе.
— Не уверен. Воспользуйся мы подарком асуров, катастрофа Темного Двора наступила бы еще раньше.
— Почему?
Гуго попытался ответить ничего не понимающему барону, но не успел.
— Потому, — с улыбкой объяснил Сантьяга, — что сокровище принадлежало асурам, они владели им, они умели им пользоваться, они создали его и… Они правили Землей вполовину меньше Нави.