День хризантем
Шрифт:
— К этому великому дню я, по традиции, написал трехстишие, — сказал Масао, и прочёл в тишине:
Мы посыплемся с небес,
Подобно лепесткам хризантем,
Чтобы Империя жила в веках
— Тенно хейка банзай! — провозгласил Хироси Миура, и все пилоты подхватили этот клич.
Несколько позже, около 7.00 на 258-й линии времени Мария Пирелли тоже проводила предполетный инструктаж, расстелив карту прямо на черном крыле своего «Киттихаука».
— Мы будем ждать сигнала на взлет в кабинах истребителей в пятиминутной готовности. Ни самолеты, ни авианосец фанатиков пока не обнаружены, поэтому приказ может прийти в любую секунду, — говорила Мария. — Точные данные об их количестве и местонахождении мы получим уже в воздухе по радио. Вероятно, они пойдут двумя группами — двадцать и десять «Зеро». Самолеты ДРЛО будут отслеживать положение противника и наводить нас. Мы будем переброшены прямо в точку перехвата через пространственно-временное окно. Наша основная задача — уничтожить истребители большей группы — все до одного, не дав им прорваться к пикировщикам Маккласки.
Самолет Марии стоял с краю ряда, и никто, кроме Диллинга, не мог видеть эти знаки.
В 4.30 самолеты авианосного соединения адмирала Нагумо поднялись в воздух для атаки атолла Мидуэй. В 5.30 лейтенант Говард Эди с борта разведывательного гидросамолета «Каталина» обнаружил японское авианосное соединение и последовательно передал данные в интервале времени от 5.30 до 5.52 на корабли 17-го оперативного соединения адмирала Флетчера. В 6.07 адмирал Флетчер отдал приказ командующему 16-м оперативным соединением адмиралу Спрюэнсу атаковать японский флот. Почти одновременно, в 6.00 все имевшиеся на атолле Мидуэй самолеты поднялись в воздух, чтобы уйти из-под удара японцев и самим атаковать противника. Самолеты с авианосцев были подняты в 7.00.
Каждая атакующая группа состояла из торпедоносцев, пикирующих бомбардировщиков и истребителей прикрытия. Самолетам с авианосца «Йорктаун» удалось взлететь с минимальным интервалом. Выше всех шли к цели пикировщики Макса Лесли, гораздо ниже их — истребительная эскадрилья Джона Тэча, и ниже всех — торпедоносцы. Авиагруппа с «Энтерпрайза» затянула взлет. Пикировщики взлетели первыми и долго кружились, ожидая взлета остальных. Наконец, командир авиагруппы, капитан 3-го ранга Уэйд Маккласки подал сигнал идти к цели самостоятельно, и повел свои 33 бомбардировщика, не дожидаясь взлета запоздавших истребителей прикрытия. В результате все эскадрильи пошли к цели несколько отличающимися курсами. Вскоре после взлета Джон Тэч увидел под своим истребителем гигантский водяной столб. Самолет Лесли уронил свою бомбу из-за неудачной конструкции электрической цепи бомбосбрасывателя. Ещё три из семнадцати самолетов его эскадрильи также потеряли свои бомбы. Как только авианосец скрылся из виду, Тэч неожиданно получил приказ набрать высоту и идти на тысячу футов выше и позади пикировщиков Лесли. Приказ явно был отдан с «Йорктауна», и Тэч с некоторым удивлением подчинился. Его истребители медленно полезли вверх. Атаки авиации морской пехоты и армейских самолетов были неудачны.
Американцы потеряли почти все истребители. В 6.34 японские бомбардировщики атаковали атолл, сбросив бомбы на ангары и электростанцию. В 6.48 японская атака закончилась. Японцам удалось взорвать топливные склады, электростанцию, командный пункт, линию автоматической подачи топлива к самолетам. Потери американцев в людях составили 11 убитых и 18 раненых. Почти вся авиация была в воздухе и не пострадала от японских бомб. В 7.05, когда авианосное соединение Нагумо находилось в 140 милях от Мидуэя, американские торпедоносцы начали первые атаки на авианосцы японцев. Почти все самолеты, взлетевшие с Мидуэя, были уничтожены на подлете к кораблям истребителями воздушного патруля и зенитным огнем. В 7.15 адмирал Нагумо приказал перевооружить остававшиеся на авианосцах самолеты второй волны для второго удара по атоллу. В 7.28 японский разведывательный самолет обнаружил американский флот. В 7.45 Нагумо отдал приказ снова перевооружить самолеты второй волны для удара по американскому флоту. Половина их была уже вооружена бомбами для атаки наземных целей. Их надо было заменить на торпеды и бронебойные бомбы. В 7.50 пикирующие бомбардировщики морской пехоты, поднявшиеся с атолла Мидуэй, атаковали флот Нагумо. Почти все они были уничтожены, не сумев нанести противнику никаких значительных повреждений. В 8.14 американские «Летающие крепости» В-17 атаковали японские авианосцы с высоты 20000 футов, не добившись ни одного попадания. Ни одна из «крепостей» не была сбита японскими истребителями, в течение 10 минут пытавшимися их атаковать. В 8.20, в тот момент, когда В-17 повернули обратно, японский разведывательный самолет, наконец, обнаружил один из трех американских авианосцев. Адмирал Нагумо принял решение об атаке американского авианосца всеми силами. С 8.37 до 9.00 авианосцы принимали на борт самолеты первой волны, у которых уже кончалось горючее. В 9.18, когда все авианосцы только что доложили о готовности выпустить в воздух самолеты второй волны, они были атакованы торпедоносцами американского флота. Так же, как и торпедоносцы морской пехоты, они не добились успеха, и почти все были уничтожены истребителями боевого воздушного патруля. В это время пикирующие бомбардировщики с авианосцев «Энтерпрайз», «Йорктаун» и «Хорнет», шедшие отдельно, безуспешно пытались разыскать японские авианосцы. Большая высота полета и частично закрытое облаками море не способствовали быстрому обнаружению. Сказывались и навигационные ошибки. В 7.44 «Малышка Конни» обнаружила подходящий к атоллу с севера авианосец фанатиков. Как и было условлено, с самолета ДРЛО был немедленно передан сигнал звену стратегических бомбардировщиков Ту-95К-22, которые
было решено использовать вместо «Бэкфайров» из-за большей продолжительности полета. Ту-95 немедленно развернулись и пошли к цели. Бартон, также получивший рапорт с «Малышки Конни», тут же произвел несложный расчет. Бомбардировщики могли выйти в точку пуска ракет в 8.10. Он связался по межвременной связи с 258-й линией времени, дав Марии Пирелли команду готовиться к старту. Тридцать истребителей А6М2 «Зеро» поднялись с палубы «Кирисима» в 8.00, отправившись на перехват американских пикирующих бомбардировщиков. Они прошли западнее атолла, на большой высоте, направляясь к маршрутам пикирующих бомбардировщиков. В 8.10 командир звена Ту-95 доложил Бартону о выходе на рубеж пуска ракет и получил приказ немедленно атаковать. После уточнения огневого решения с бомбардировщиков по авианосцу фанатиков было выпущено 6 сверхзвуковых ракет Х-22. Одновременно с этим Бартон связался с адмиралом Тояма на частоте, используемой им для переговоров с истребителями. Адмирал стоял на мостике «Кирисима», любуясь выстроившимися на полетной палубе эскадрильями пикирующих бомбардировщиков и торпедоносцев. Как только будет получено сообщение от Масао, они поднимутся для удара по американскому флоту. Вдруг на мостике появился радист с наушниками и микрофоном в руках.— Сэнсэй! Вас вызывают по радио! — несколько растерянно доложил он, протягивая наушники.
— Вызывают? Кто?! — Тояма надел наушники, радист вставил штекер в гнездо на пульте связи.
— Адмирал Тояма слушает.
— Привет, дурашка! — раздался в его наушниках насмешливый баритон. Неизвестный говорил по-английски. — В самолетики решил поиграть? Наилучшие пожелания от «Эйприл Фёст»! В наушниках послышался щелчок, голос оборвался.
— Кто это? Отвечайте! — по-английски произнес Тояма. Ответа не было. — Какая-то глупая шутка! — сердито произнес адмирал. — Но… ведь никто не знает, что мы здесь!
— Воздух! — крикнул сигнальщик. — Шесть низколетящих целей по правому борту! Идут на большой скорости, вероятно, торпедоносцы!
— Заградительный огонь всеми орудиями правого борта! — скомандовал Тояма, поворачиваясь направо. Он увидел шесть стремительно приближающихся к кораблю точек.
Навстречу им одна за другой потянулись оранжевые пунктиры трасс малокалиберных зенитных снарядов. Точки вырастали на глазах, превращаясь в серебристые стреловидные … самолеты? Нет!
— Это ракеты! — завопил Тояма. — Русские ракеты!
— Русские ракеты? — переспросил кто-то из стоявших рядом. В его голосе сквозило недоверие и удивление. В этот момент первая ракета Х-22, благополучно миновав заградительный огонь, врезалась в борт «Кирисима». Корабль содрогнулся от страшного взрыва. Тояма не устоял на ногах и растянулся на палубе. Сверху на него упал радист. В ту же секунду последовал второй взрыв, затем третий, и авианосец повалился на правый борт. Радист свалился с адмирала, Тояма ухватился за поручни мостика и приподнялся. Он увидел, как бомбардировщики и торпедоносцы скользят по накренившейся полетной палубе и один за другим сыплются в море. Тут же четвертая, пятая, а затем и шестая ракета пробили гигантские дыры во вставшей под углом сорок пять градусов полетной палубе. Ракеты пробили корабль почти насквозь и взорвались в машинном отделении и трюмах, тогда как первые три, по-видимому, взорвались на ангарной палубе. Внутри авианосца вспыхнул пожар, распространявшийся с невероятной скоростью. Через несколько минут взорвались цистерны с авиационным бензином. Огненные смерчи вырвались из дыр в полетной палубе, затем большая ее часть с железным скрежетом отвалилась от стоек каркаса и упала в море. В то же время через три пробоины в правом борту от взрывов первых трех ракет — каждая из этих пробоин имела площадь от десяти до двенадцати квадратных метров — внутрь авианосца хлынули потоки воды.
Весьма условно поделенный на водонепроницаемые отсеки из-за простирающейся на всю длину ангарной палубы, авианосец очень быстро заполнялся водой, оседая правым бортом. Японцы сыпались с него в море, как горох. Вода на сотни метров вокруг была покрыта толстой жирной пленкой мазута. Факелы горящего бензина подожгли ее, из-за чего само море превратилось в гигантский костер. Авианосец окончательно повалился на правый борт. Тояма отпустил поручни мостика, не в силах больше держаться, и полетел в студенистую жижу, покрытую весело пляшущими языками огня. Через несколько минут «Кирисима» скрылся под водой. Адмирал успел нырнуть и отплыть в сторону, но его все равно чуть было не затянуло вниз. Тояма плыл под водой, выныривая лишь на секунду, чтобы набрать воздуха. Ему удалось выбраться за пределы нефтяного пятна, но он был обожжен и грязен, как облепленный нефтью тюлень. Низкий рокочущий гул послышался с запада. Тояма поднял голову и увидел невероятное зрелище. На высоте каких-нибудь трехсот метров над морем с запада к месту гибели «Кирисима» приближались три так хорошо знакомых ему самолета.
Русские стратегические бомбардировщики Ту-95. В 1942 году! Это было совершенно невозможно. Но они были до ужаса реальны. Тояма вскинул высохший от старости кулак, облепленный нефтью, и погрозил самолетам, визгливо выкрикивая вперемешку русские и английские проклятия. Самолеты пролетели над его головой, сделав величественный круг над чадящим нефтяным пятном. Затем Ту-95 с набором высоты удалились на северо-запад. Бартон получил рапорт о потоплении авианосца фанатиков в 8.25.
Экипажи бомбардировщиков сообщили о нескольких выживших, и Бартон передал по радио приказ вертолетам. В это же время его оператор радара отслеживал путь авиагруппы Маккласки и японских истребителей, поднявшихся с «Кирисима». Масао Ватанабе ещё не знал, что авианосец потоплен.
Attention, «Angels»! Dogfight!
В 8.30 на 258-й линии времени Мария Пирелли получила от Бартона приказ на взлет. Истребители взлетели парами. Мария и Ву Линг, поднявшиеся первыми, минут десять ходили кругами, набирая высоту и поджидая остальных. В 8.45 они набрали высоту 17 тысяч футов, после чего их эскадрилья построилась в нечто, напоминающее сэндвич из двух строев «четыре пальца». Мария и Ву Линг шли отдельно, чуть впереди.
Сидоров, Беляев, Диллинг и Харрис летели в нижней четверке, Маковецки, Дин, Бэнкс и Фридман — в верхней. Взглянув на ведущую пару «Киттихауков», Эндрю Маковецки вдруг остолбенел.