День победы
Шрифт:
– Ладно, майор, - помотал головой Басов, догадывавшийся, что здесь, на неприметном складе, под рукой у сторожа найдется что-то посерьезнее дробовика.
– Давай-ка перейдем теперь к бартеру. Молочко привезли, в получении расписался, а теперь показывай, что у тебя для нас припасено интересного?
– А что нужно то вообще? Боеприпасы? Гранаты, патроны?
– Есть лишние? Тогда давай! Нам бы автоматных на 5,45 несколько цинков. Выстрелы для "подствольников" тоже не помешают, ну и ручные гранаты, само собой!
– Есть. И "пятерка", и гранаты.
Протиснувшись в узкий проход между штабелями
– Гранатометы есть?
– поинтересовался полковник.
– РПГ-26 - штука очень хорошая, удобная, мощная, компактная! И "Шмелей" бы еще хоть сколько-то!
– Огнеметов нет точно. Такой товар сейчас уже не достать! "Агленей" тоже больше нет, но Центр как раз недавно кое-что интересное подбросил, думаю, вам сгодится!
Конюхов подошел к одному из ящиков, безошибочно отыскав его среди прочих, и извлек на свет божий окрашенный в защитный цвет цилиндр длиной примерно метр, с плоскими шайбами на обоих торцах. С одного боку на цилиндрическом контейнере горбилась несъемная рукоятка для переноса, с другого выпирал непонятный прилив, а кроме того к нему была прилеплена на простеньком кронштейне труба оптического прицела.
– Держи!
– Майор неожиданно бросил тубус полковнику и Басов в последний миг сумел его поймать.
Полковник повертел в руках оказавшийся довольно легким цилиндр, увидев на боку маркировку сразу на двух языках - английском, который Басов как-то еще помнил, и китайском. Прежде, чем командир партизан задал свой вопрос, Конюхов, предвосхищая его, произнес:
– Ручной противотанковый гранатомет "NORINCO" PF-89 одноразового применения. Прицельная дальность двести метров, при попадании под прямым углом кумулятивная граната пробивает до шестисот тридцати миллиметров монолитной стальной брони.
Виктор достал из ящика в точности такой же гранатомет, дернул тот самый прилив напротив ручки для переноса, и "прилив" превратился в пистолетную рукоятку, оказывается, скрывавшую собой спусковой крючок.
– Есть оптический прицел, правда, слабенький, но для неопытного стрелка это лучше, чем пытаться совместить в разгар боя мушку и прорезь целика.
Алексей Басов подкинул тубус гранатомета, оценивая его вес. Ставший уже более привычным РПГ-26 "Аглень" весил чуть меньше трех килограммов, это "чудо китайской оборонки" - ближе к четырем, хотя разница и не казалась фатальной. Гораздо больше полковнику не понравилось другое:
– И какого хрена нам подсовывают китаезную фигню, майор? Что, "родных" гранатометов уже не осталось?
– А ты думаешь, полковник, нас так и пустят сейчас в первый попавшийся арсенал, да еще и загрузиться помогут?! Американцы взяли под охрану практически все гарнизонные склады, где есть что-то серьезнее автоматных патронов, или поручили это своим прихвостням-"полицаям" из наших местных иуд. Конечно, "отечественное" значит "лучшее", только его доставать все сложнее с каждым днем, и если бы не помощь Центра, ты и твои бойцы, да и все остальные, бегали бы уже по этим лесам с луками и стрелами!
–
Лучше сунуть нам дерьмо, которое стреляет через раз, да и то мимо цели?– недовольно буркнул Басов.
– Почему полковник считает, что синонимом слова "китайское" в русском языке является "дерьмо"?
Услышав эти, произнесенные с явным, хотя и почти незаметным акцентом, слова, Басов от неожиданности вздрогнул, подскочив на месте. Обернувшись, он увидел выбравшегося из-за штабелей ящиков человека, щуплого, невысокого, скуластого, с раскосыми азиатскими глазами.
– А это еще кто?
– партизан уставился на Конюхова, в то время как китаец спокойно продолжал:
– Между прочим, гранатомет PF-89 состоит на вооружении Народно-освободительной Армии Китая. Насколько я понимаю, русская армия всегда получала от своей промышленности самое лучшее, самое надежное, эффективное и передовое. Так почему же вы решили, полковник, что китайским солдатам вручают некачественное, плохое оружие, заведомо зная, что с этим оружием в руках им однажды придется защищать свою родину?
– Да кто ты такой?
– набычился Басов.
– Мне известно, что ваша группа получила приборы спутниковой навигации "Бэйдоу-1". Скажите, их вы тоже считаете дерьмом? Или зенитно-ракетные комплексы, первую партию которых вы уже успели применить? Мы даем вам лучшее, что имеем, все, что вам нужно!
– Виктор, что это за хрен?
– Полковник обернулся к Конюхову, но ответил партизану вовсе не майор.
– Это майор Жэнь Цзимэн, Народно-освободительная армия Китая.
Произнес это вышедший из-за ящиков мужчина, высокий, гибкий, с благородной сединой на висках. Упругая походка, короткая стрижка, пристальный взгляд могли многое сказать сведущему человеку.
– Вы не цените оказываемую вам помощь, полковник, это плохо, - сухо вымолвил седой, укоризненно покачав головой.
– А ведь все, что есть, мы даем вам без проблем.
– Товарищ генерал, командир партизанского отряда Имени бессмертного подвига Шестой роты прибыл!
– Вольно, полковник!
Генерал Бражников был региональным координатором партизанского движения, совсем недавно оформившегося в северной части страны, там, где предстояло появиться новому нефтепроводу, где было больше всего американцев, а значит и целей для партизан. Офицер Главного разведывательного управления, прибывший в провинциальную Коношу нелегально, был тем, кого Басов ожидал увидеть меньше всего. Отвечавший за действия бойцов сопротивления в Архангельской и соседних областях, Бражников занимал бы должность командующего фронтом в регулярной армии, и то, что он лично встречался всего лишь с командиром одного из многочисленных партизанских отрядов, значило, что затевается нечто серьезное.
– Прежде всего, полковник, хочу поздравить вас с успехом! Последняя ваша акция, атака на нефтепровод, оказалась очень успешной. Урон, нанесенный противнику, оказался очень высок. По поступающим из-за океана данным, руководство "Юнайтед Петролеум" даже рассматривало вопрос о сворачивании строительных работ. Их затраты растут, а отдачи пока никакой. Если бы они закончили здесь свои операции, то вместе с корпорацией нашу землю покинули бы и американские солдаты, ведь им нечего больше станет охранять здесь!