Дети бездны

— Барон Люк Корса, к вашим услугам.

"До свидания".

"Прощай. Не стану говорить, что был рад встречи".

"А я рад. Приятно увидеть того, с кем провел не одно сражение".

"Главное впереди. В конце концов, я убью тебя".

"Ты уже пытался. Спорю, был уверен, что получилось", — улыбка мужчины стала само благорасположение, но взгляд открыто насмехался.

Лайош понимал, что Сантьяго не выдаст ни себя, ни его и будет вынужден глотать оскорбления и насмешки. Конечно, потом воздаст, но кто знает, когда это "потом" наступит и кто окажется в итоге победителем?

"Да признаться, я был неприятно удивлен, увидев тебя. Но если у тебя хватит ума, ты больше не попадешься на моей дороге, иначе следующая встреча окажется для тебя точно последней".

"Ой, как страшно", — ухмыльнулся Лайош: "Будь осторожен враг мой, здешние места не безопасны для одиноких спутников и их очаровательных спутниц. Кстати, где ты ее взял? Я как раз ищу невесту для Барта"…

"Пошел вон! Еще раз увижу, убью!" — рыкнул Ферна.

"Ой, ой!", — рассмеялся мысленно Лайош и, поклонившись с насмешкой, направил лошадь из ворот замка. Эверли же жестом указал Ферна на внутренний дворик:

— Прошу вас к нам. Ваша сестра заждалась вас. Отобедайте, отдохните, переночуйте, а утром я дам сопровождающих, чтобы быть спокойным, что вы и миледи в целости достигнете отчего дома.

— Благодарю. Не скрою, ваше гостеприимство весьма кстати, — слез с коня Ферна и бросил поводья слуге.

— Что вы, для меня честь принять вас и вашу сестру. Что и говорить, она у вас особенная. Надеюсь, я не оскорблю вас, заметив, что с вашей сестрой не смогут сравниться в красоте и сады Эдема. Очаровательная особа, и насколько могу судить, темпераментна, — подмигнул Сантьяго. Тот состроил грозную физиономию, заставив графа поумерить речистость.

Диана и Анна обедали, беседуя как давние, близкие знакомые, когда появились мужчины.

Девушка натянуто улыбнулась "брату": быстро же он ее нашел. Ферна представился, отвесил поклон и комплимент хозяйке дома и сел рядом с сестрой.

— Я очень недоволен, — заметил ей тихо, чтобы не слышали другие.

— Зато я очень довольна, — буркнула девушка и сказала Анне. — У вас замечательный дом, прекрасные слуги, отменный повар. Чувствуется, что вы великолепная хозяйка. Не каждой удается уследить за всем, — наверное.

Анна улыбнулась девушке и покосилась на мужа: слышал?

— Моя жена действительно прекрасная хозяйка, но при любом достоинстве есть и недостатки. Так устроен свет.

— Какого черта, Диана? — прошептал ей Сантьяго, пеняя за исчезновение.

— А какого черта вы скрываете что-то от меня и хитрите?

— Это седло барашка с черносливом. Я не ошибся?… Понятия не имею, о чем вы, — качнулся к девушке.

— Полно, Сантьяго, вы прекрасно все поняли.

— Да, да, именно седло барашка и именно с черносливом.

— Изысканное блюдо. Мало кто умеет его готовить… Вам не кажется, что нарушать клятву грех?

— Сантьяго гурман… Я не давала вам никаких клятв.

— Я так и понял. У графа тонкий вкус.

— Признаюсь, грешен, люблю поесть… Как на счет обещания дождаться меня?

— У меня не было сил вас ждать. Я вас уже предупреждала, что не воин и не в состоянии скакать с утра до ночи по полям, мыться раз в неделю, рядиться в мужское, носить грязное, пропахшее конским потом. Я — жен-щи-на!

— Кажется, миледи чем-то недовольна? — уловив шипение девушки, спросил Гай.

— Что вы граф, наоборот, я очень довольна. Все великолепно… Я больше не могла носить то, что вы мне дали. Эта одежда почти убила меня.

Сантьяго склонил голову над пирогом с вишней, услышав печаль в голосе Дианы. Она говорила правду, в этом не было сомнений, но недоговаривала, а о чем, мужчина догадывался и занервничал:

— Я сейчас же поеду на рынок и, уже через час, у вас будет наряд из самой нежной и тонкой материи…

"Спасет ли меня это?" — вздохнула девушка.

— … И мы уедем. Здесь нельзя оставаться, Диана.

— Почему нет?

— Я не могу вам объяснить всего сейчас, но я прошу вас не из-за каприза, а ради безопасности.

— Я сразу заметила, что вы излишне мнительны.

— Как вам погода, граф? — спросила леди Анна у Сантьяго.

— Сносно.

— Могло быть лучше, — вставила Диана.

— А, по-моему, весьма. Лето нынче жаркое, однако, и дождей Господь посылает достаточно. Будет хороший урожай, значит, и подати не будут столь скудны, как в прошлом году, — сказал Эверли.

— Бесспорно… Диана, нам нужно поторопиться уехать.

— Я планирую провести сегодняшнюю ночь в нормальной постели.

— Кстати о податях, граф Сантьяго, как у вас с ними обстоит дело? — поинтересовался Гай.

— Признаться, скучно. Картина везде одна… Я понимаю ваше желание, Диана, но у меня есть долг и обязанности и во имя их, я не могу вам позволить задержаться. Над нашими головами сгущаются тучи. Это не шутка.

Девушка побледнела: неужели он что-то узнал в городе?

— Печальные известия?

— Очень. Чем быстрее мы уедем, тем лучше.

Если бы он знал, на что ее обрекает! Опять влезать в одежду, значит снимать с себя эту вместе с кожей. И опять не спать, и ехать, ехать, пока не упадешь замертво.

Нет, действительно, зачем ее убивать — она сама умрет. Дорога просто добьет ее!

— Вы ужасны.

Сантьяго с удивлением покосился на нее: к чему это сказано. И озаботился, узрев угрюмую скорбь в глазах:

— Вам плохо?

— Лучше, чем вам хотелось бы, но хуже чем могла себе представить.

— Кстати, дорогая?… — вмешался опять граф.

— Элизабет, — буркнул Сантьяго.

— О, какое чудесное имя! Дорогая Элизабет, Анна уже показала вам наш замок? Галерею предков?

— В любом случае, здесь оставаться нельзя, — заявил Ферна.

— Нет, мне не успели показать галерею ваших славных предков… Бог мой, Сантьяго, оставьте же, наконец, меня в покое! Дайте впервые за три дня спокойно покушать!

Лицо Сантьяго стало хладным и мрачным, зато физиономия Эверли цвела и благоухала, а голос не скупясь лил мед:

— Как же так? Вы обязательно должны взглянуть. Мой род древнее рода короля Густова. Эверли ведут свою родословную от первого длинноволосого короля. Если хотите, после обеда я обязательно покажу вам портреты моих пращуров. Кстати, рядом замковая оранжерея, мы так зовем сад цветов, который устроила моя супруга.