Девочка на холме

— И давно Лесли приехала в Мак-Марри? — спросила я в надежде, что я не буду первой новенькой в этой школе за последние сто лет.

Лесли буркнула что-то насчет того, что она, вроде как, еще здесь, но Эовин и Освальд сделали вид, что ее просто не заметили.

— Почти два года назад, — ответил Освальд. — Ее отец работал над системными установками для боровых машин, но месторождение, которое они разрабатывали, закрыли, и их семью определили в Мак-Марри. Лесси привыкла к холодам, поэтому ей здесь все время жарко. — Он усмехнулся. — Только ее можно увидеть зимой в футболке.

— Эй, не гони пургу, Оз, — полушутливо сказала Лесли и принялась щелкать пальцами по пустой банке из-под содовой. Она всегда находила себе какое-нибудь занятие.

— А что вы думаете… насчет школьных предметов? — Я решила сменить тему, чтобы больше не раздражать эту странную девушку. Внешне она выглядела совершенно спокойной, но мне казалось, что она была вулканом, готовым проснуться в любой момент.

— А что не так с предметами? — насторожился Освальд.

— Ну, они не кажутся вам странными? — Я в надежде оглядела троицу, но они только в удивлении приподняли брови. Я сделала последнюю попытку, — Альтернативная мифология, например, не предусматривается государством в школьной программе.

— Да ну, — сказала Эовин таким тоном, будто я сморозила какую-то глупость.

Сначала я подумала, что друзья пытались так подшутить надо мной, но, увидев в их глазах полную серьезность, я даже мысленно пнула себя за то, что осмеяла предположить такое. Здесь не было место лжи и обману. Здесь никто не уводил чужих парней ради забавы. Эовин? Я даже представить ее не могла в этой роли, не говоря уже о прямолинейной Лесли.

Я сдалась и попыталась улыбнуться.

— Зато мне понравился профессор Болдрик.

— Да ты что! — тут же зашипела на меня Эовин. — Он круче всех!

— У Эви типа фан-клуб этого старого маразматика, — пояснила Лесли, и Эовин отправила ей очередной электрический разряд.

Со стороны это выглядело так… мило. То, как Освальд и Эовин каждый раз сбивали спесь с любившей разойтись Лесли. И, казалось, последняя и не сильно при этом сопротивлялась. В целом Лесли была вполне нормальной, если не брать во внимание ее замашки вроде тех, что, если ее не остановить, она может съесть целого слона.

— Поэтому зря ты брякнула, что он тебе понравился. Теперь она от тебя не отвяжется, — добавила она, и на ее лице растеклась мечтательная улыбка.

У Эовин же, наверное, уже просто не было сил сердиться на Лесли, поэтому она промолчала.

— А чем ты вообще занимаешься? — спросил Освальд.

Я пожала плечами.

— Я люблю фотографировать, — начала я.

— А я ненавижу фотографироваться, — вновь встряла Лесли, и я невольно улыбнулась.

Больше я не нашлась, что сказать, потому что ответ про увлечение фотографией обычно удовлетворял всех. Это было заготовкой, штампом, но весьма действенной заготовкой, если ты хочешь, чтобы от тебя побыстрее отвязались. В любом случае, временами я пыталась заниматься чем-то новым, но обычно все без толку, и я забрасывала дело на полпути. Я даже пробовала писать стихи, но вышло что-то невнятное, и я постеснялась показывать это отцу, хотя Стеф сказала, что у меня вышли очень хорошие стихи. Конечно, ей ли не знать, ведь она вообще не разбирается в поэзии!

— Ой, скоро звонок! — пискнула Эовин, кинув взгляд на огромные настенные часы над входом в кафетерий. — Что у тебя в расписании, Джинни, мы поможем тебе найти.

Изловчившись, я достала из заднего кармана скомканную бумажку, развернула ее и вздохнула с облегчением. Больше никакого издевательства над моим бедным мозгом — в расписании стояла физкультура.

— Физкультура, — вслух произнесла я, краем глаза заметив, как приободрилась Лесли.

— У меня типа тоже, — сиплым голосом сказала Лесли и, даже не потрудившись убрать за собой со стола, направилась в сторону выхода. — Пошли, подруга, я покажу тебе, куда идти.

От слова "подруга" в моей голове вновь вспыхнули воспоминания о Стеф. Пора уже было забыть ее и найти себе новых друзей. Желательно противоположного пола и нормальной ориентации, чтобы никто не отбивал твоих парней (если они вообще еще когда-нибудь у меня будут, добавила я про себя). Было бы неплохо продолжать общаться с Освальдом и Эовин, но мне не хотелось загадывать, да, к тому же, я не сильно горела желанием все время находиться в обществе "тактичной" Лесли.

Освальд и Эовин ободряющим взглядом пожелали мне удачи, и я не успела опомниться, как Лесли практически волоком потащила меня за собой. Я подумала, что она поведет меня в раздевалку, но вместо этого мы направились прямиком к огромному футбольному стадиону, располагавшемуся сразу за школой. Все было как на настоящем поле: огромные трибуны, зеленая располосованная трава и самый настоящий тренер.

— Тренер Харви, — шепнула мне на ухо Лесли и со скоростью ветра помчалась в сторону уже выстроившихся в шеренгу учеников. Среди них я сразу узнала двух братьев-великанов.

Мне не оставалось ничего прочего, как подойти к учителю.

— Вирджиния Макэндорс, — медленно, почти по слогам произнесла я, вспомнив, что спортсмены обычно медленно соображают. Во всяком случае мой бывший учитель физкультуры был именно такой.

— Замечательно, — почему-то сказал тренер Харви и жестом показ мне, чтобы я становилась в конец строя.

Он был высоким, подтянутым, но уже в том возрасте, когда подтянутость быстро переходит в обвислость. Орлиный нос, сгущенные к переносице темные брови, поджатые губы и — кто бы мог подумать! — типичный джинсовый ковбойский наряд вместо спортивного костюма.

— Сегодня у нас ба-аскетбол! — басом проорал тренер Харви, отчего я тут же вздрогнула.

Краем глаза я наблюдала за стоявшей неподалеку Лесли. Да у нее просто глаза светились от счастья, когда она смотрела в сторону тренера! А кто-то еще говорил, что у Эовин "фан-клуб старого маразматика"! Но это обожание Лесли было другого рода, и я поняла это уже совсем скоро, когда тренер Харви дал сигнал к началу разминочного бега.

Я выдохлась почти сразу и тут же остановилась, чтобы перевести дыхание, тогда как Лесли неслась вокруг стадиона точно лань. Казалось, она ни капельки ни устала. Уже спустя круг она обогнала всех парней и стала бежать впереди, улыбаясь своей кривоватой ухмылкой. Сделав вид, что завязываю шнурки, я пропустила весь бег и мысленно напомнила себе о том, чтобы начать хотя бы бегать по утрам. С моей-то выносливостью бег вообще представлялся мне чем-то запредельным.