Девочка с куклами

– Добрый день.

– Здравствуйте. – Женщина прищурилась. – А по голосу не скажешь.

– Вы о моём росте? – улыбнулся в ответ Вербин.

– Да.

– Это от папы.

– А от мамы?

– Любовь к чтению.

– С возрастом не исчезла?

– Времени меньше, но я стараюсь.

– Вы молодец. – Марта сделала приглашающий жест рукой. – Прошу вас.

– Спасибо.

За спиной щёлкнул один замок, судя по всему, в присутствии полицейского хозяйка чувствовала себя спокойнее.

В отличие от комнаты, в которой Феликса принимала Нарцисс, эта гостиная походила на кабинет: два кресла, кушетка, невысокая пальма в напольном вазоне и книжные шкафы вдоль стен. Письменный стол отсутствовал, но он был неуместен.

– У вас отличная библиотека.

– Успели изучить названия книг?

– У вас большая библиотека, – поправился Вербин. – Сейчас это редкость.

– А у вас?

– С вашей не сравнится.

– Осталась от родителей?

– Я немножко добавил.

– Почему немножко?

– Я разборчив и не присоединяю к библиотеке книги, которые меня разочаровывают.

– Выбрасываете их?

– Недалеко от моего дома есть районная библиотека, а в ней – книгообменник.

– Бук-кроссинг?

– Книгообменник.

– Для вас важно?

– Я ещё в детстве узнал, что пиджин-инглиш придумали для сипаев.

– Интересное замечание.

– Вы спросили – я ответил, – пожал плечами Вербин. – Кресло очень удобное.

Оно действительно было таким: в меру жёстким, но приятно обволакивающим.

– Рада, что вам нравится.

– Вы всё-таки принимаете на дому? – Феликс указал на кушетку.

– Очень редко.

– Показать вам документы? Вряд ли вы хорошо разглядели их через видеокамеру.

– Не обязательно, – улыбнулась Карская.

– По мне видно, что я полицейский?

– Не видно, однако есть нечто неуловимое, но при этом совершенно определённое.

– Значит, с формальностями покончено.

Марта Карская оказалась яркой брюнеткой с прямыми волосами до лопаток – сейчас они были распущены и расчёсаны на прямой пробор, чёрными бровями и чёрными глазами. Лицо узкое, востроносое, что делало Марту похожей на птицу, особенно в профиль. Рот небольшой, но губы полные, красиво очерченные, сейчас ярко-красные, словно Карская договорилась с Нарцисс встретить Феликса, накрасившись одинаковой помадой. Довольно высокая, как прикинул Вербин, под сто восемьдесят сантиметров, с развитой женственной фигурой, она держалась очень прямо, но при этом не скованно прямо, как если бы её затянули в неудобный корсет, а естественно, очень уверенно прямо. Судя по всему, когда-то давно Марте профессионально поставили осанку, которую она не потеряла.

Карская встретила Вербина в свободном красном джемпере под горло и домашних брюках. Одежда соответствовала царящей в квартире прохладе, и женщина объяснила:

– Я люблю, когда свежо – так легче дышится, но не люблю мёрзнуть.

– А руки? – машинально спросил Феликс.

– Руки не мёрзнут. – Марта улыбнулась. – Спасибо.

– За что?

– За то, что спросили.

– Я просто спросил.

– Я понимаю. – Она подобрала ноги, свободно облокотилась на спинку, подперев голову левой рукой, и продолжила: – После разговора по телефону я представляла вас другим.

– Коротко стриженным, в кожаной куртке на меху, возможно, с золотой «гайкой» на пальце?

Вербин специально использовал жаргонизм девяностых, в которых жили создатели сериалов «про ментов», и Карская это поняла.

– Представляете себя решалой из кино?

– По опыту знаю, что именно такими видят оперативников молодые женщины.

– Спасибо, что не сказали: «молодые, романтичные женщины».

– Что может быть романтичного в золотой «гайке»?

– Согласна… – Она умела улыбаться чуть-чуть, демонстрируя лишь тень улыбки, но не ироничной или насмешливой, а доброй, смягчающей беседу и создающей очень благоприятный фон. – На самом деле я представила вас потрёпанным, замотанным, немного злым и немного алкоголиком… Ну, как в книгах представляют крутых полицейских.

– Вы специально меня подначиваете?

– Вы заметили?

– Лучше не надо, – мягко попросил Вербин.

– Почему?

– Потому что мой внутренний опер начинает задаваться вопросом, для чего вы это делаете?

– Может, я нервничаю?

– Почему вы нервничаете?

– Это вы спросили или ваш внутренний опер?

– Есть разница? – Феликс в упор посмотрел на женщину. – Мы с ним оба одинаково любопытны.

Карская спокойно выдержала взгляд Вербина, затем тень улыбки сделалась чуть заметнее и прозвучал вопрос:

– Лучше не надо?

– Лучше не надо, – качнул головой Вербин. И подумал, что его визит уже затянулся, а ещё не прозвучало ни одного вопроса по делу. Они лишь играли, неспешно изучая друг друга. Но для чего Карская затеяла игру? – А теперь, Марта Алексеевна…

– Можно вас попросить? – мягко перебила его женщина.

– О чём?

– Пожалуйста, если вас не затруднит, называйте меня Марта, хорошо? Без отчества. Вам, как я понимаю, всё равно, а мне проще и приятнее.

Несколько мгновений Вербин смотрел женщине в глаза, после чего кивнул:

– Хорошо.

– Спасибо.

Возникла пауза. Довольно долгая, секунд на двадцать, после чего Карская вопросительно подняла брови.

– Жду, когда вы попросите разрешения называть меня Феликсом, – спокойно ответил Вербин.

– Вы настолько легко читаете людей?

– Просто понял, для чего вы попросили называть вас Мартой.

– То есть можно?

– Почему нет?

– Спасибо.

Фотография, служившая Карской аватаркой в известном мессенджере, была сделана недавно, а судя по истории фото, Марта регулярно их обновляла, не хотела, наверное, вводить в заблуждение клиентов, демонстрируя, как выглядела в ранней молодости. Хотя могла бы – Карской было едва за тридцать, и о жизненном опыте говорил только взгляд её глаз, в котором смешались и грусть, и настороженность, и оценка.

– Давно практикуете?

– С тех пор, как получила диплом.

– На чём-то специализируетесь?

– Нет. Но люблю необычные случаи.

– Например?

– Связанные со смертью, – ответила Марта, уверенно глядя Феликсу в глаза.

Вербин ответил лёгкой полуулыбкой.

– Что-то не так?

– Всё так. Но мы, получается, похожи.

– Вы расследуете убийства?

– Да.

– И много их?

– Случаются.

– Не имеете права рассказывать?

– Для этого есть пресс-служба.

– Вику убили?

Вербин не стал торопиться с ответом на заданный в лоб вопрос, понимал, что Карская не просто так рассказала о том, какие расстройства её особенно интересуют. Помолчал, после чего спокойно произнёс:

– Я выясняю.

– Ищете убийцу?

– В настоящее время проводится доследственная проверка, поскольку некоторые обстоятельства смерти Виктории Рыковой вызывают… сомнения.

– То есть её смерть не была результатом несчастного случая?

– Почему вы решили, что речь может идти о несчастном случае? – негромко поинтересовался Феликс.