Девочка с куклами
Шрифт:
Так нужно жить.
В результате Вербин впервые за многие годы забыл поставить будильник и как следует выспался. Проснулся бодрым и полным сил, мгновенно сообразил, что дико проспал – за окном было уже светло, но подпрыгивать и паниковать не стал – проспал и проспал. Перевернулся на бок и встретился взглядом с Мартой. И улыбнулся.
– Ты давно не спишь.
– Мне приятно смотреть на тебя.
– Я должен просыпаться раньше.
– Ты устал.
– Не важно.
– Важно, что ты отдохнул. А остальное обсуждать не стоит.
– Я вёл себя беспокойно?
– Изображал
– Надеюсь, не храпящее?
– Нет, – улыбнулась Марта. – Очень тихое бревно.
Они лежали совсем рядом, но не касаясь друг друга. Вербин на правом боку, Марта – на левом, и смотрели друг другу в глаза. И за пределами их взгляда не существовало ничего – мир спрятался, притих и не напоминал о себе, не желая мешать им разговаривать. И смотреть друг другу в глаза.
– Вчера у меня был самый лучший вечер за много-много месяцев, – произнёс Вербин. – Который перешёл в самую лучшую ночь.
Марта коснулась щеки Феликса кончиками пальцев и мягко предложила:
– Давай сделаем так, чтобы утро тоже оказалось одним из лучших. Или самым лучшим.
– Мы это можем, – тихо ответил Вербин.
– Да, у нас получается.
Марта прильнула к Феликсу. Одним незаметным движением убрав разделявшие их сантиметры. И утро получилось одним из лучших. А может, и самым лучшим, потому что у счастья нет уровней. Оно просто есть. И когда оно приходит, ни в коем случае нельзя торопиться, нельзя думать о времени и держать в голове работу. Нужно купаться в нём, потому что эти мгновения – редкость. Иначе они не были бы счастьем.
На часы они посмотрели потом, когда отдышались и поняли, что совершенно не представляют, сколько времени провели вне мира. И вот тогда Марта воскликнула: «У меня час до консультации!» Феликс среагировал мгновенно: «Значит, я первый в душ!»
«Показать тебе, как там всё устроено?» – хитро улыбнулась Марта.
«Звучит заманчиво, но наспех не хочу».
«Пожалуй, ты прав… – протянула Марта. – Мы умеем не спешить…»
«И нам нравится не спешить».
Она поцеловала Феликса в нос.
«Сварить тебе кофе?»
«Будет здорово».
«А завтрак?»
«Не успею».
Но когда Вербин вышел из душа, его ждала не только кружка кофе, но и горячий сэндвич на тарелке, который Марта велела обязательно съесть. А когда Феликс принялся за еду, глотнула кофе и улыбнулась, пытаясь скрыть улыбку кружкой.
«О чём ты сейчас подумала?»
Марта не стала отнекиваться. Улыбнулась чуть шире, подошла и поцеловала Вербина в макушку.
«О том, что собираю тебя на работу».
«Тебе это нравится?»
«Кажется, да».
Что может быть лучше, чем слышать такие слова?
Что может быть прекраснее?
Через десять минут Вербин вышел на Мытную улицу, раскурил сигарету и решил пойти пешком. Улыбаясь то ли себе, то ли яркому зимнему утру, то ли всему миру. Улыбаясь даже при мысли, что ему крепко влетит от Шиповника, потому что телефон Феликс выключил и пропустил несколько звонков по работе… И не только по работе.
Стоило Вербину подумать о делах, как из кармана раздалась телефонная трель. Номер незнакомый, отсутствующий в телефонной книге, но Феликс, в отличие
от многих сограждан, отвечал на любые вызовы – так требовала работа, поэтому нажал на кнопку «ответ» и поднёс смартфон к уху.– Алло?
– Вы – полицейский? – уверенным голосом поинтересовалась женщина с незнакомого номера.
Ни приветствия, ни представления, ни уточнения, действительно она дозвонилась тому человеку, которому хотела дозвониться… «Вы – полицейский?» Тем не менее, памятуя, что обстоятельства у людей бывают разные и женщина, вполне возможно, пребывает в волнении – хотя по голосу этого не чувствовалось, – Феликс решил дождаться продолжения и помолчать, дав незнакомке возможность объяснить, зачем ей понадобился полицейский и почему «повезло» именно Вербину.
Несколько секунд в трубке царила тишина, после чего женщина повторила:
– Вы – полицейский? – В следующее мгновение до неё наконец-то дошло, что вопрос получается чересчур общим, и незнакомка уточнила: – Вы тот полицейский, который звонил моему сыну?
Вербин мгновенно догадался, о ком идёт речь, но решил не демонстрировать маме прячущегося мальчика свою сообразительность и попросил:
– Если вы уточните, как зовут ребёнка, я смогу ответить на ваш вопрос.
– Диляра Зарипова.
– Диляра, как я понимаю, женское имя? А вы только что упомянули мальчика.
– Мой сын – Наиль Зарипов, знаменитый писатель, – сообщила женщина и сразу перешла в атаку. – Зачем вы хотите с ним говорить, полицейский? И отвечайте скорее, у меня очень мало времени. И оно очень дорогое. Почему вы беспокоите Наиля?
Интересно, она – наглая деловая успешная женщина или – наглая жена делового успешного мужчины? В принципе, Вербину было плевать, как обстоят дела в семействе Зариповых, но он понимал, что скоро об этом узнает. Против своей воли, но узнает. Сейчас же, поскольку в тоне Диляры слышалось больше хамства, чем властности, Феликс решил, что имеет дело с наглой женой.
А долгие паузы, которые Вербин «себе позволял», вывели Диляру из себя.
– Почему вы молчите?!
– Потому что с вами мне говорить не о чем, – честно ответил Вербин.
– Это ещё почему?
– Подскажите тему для разговора.
– Зачем вы пристаёте к моему сыну?
– Госпожа Зарипова, я не пристаю, а провожу расследование уголовного дела. Полагаю, разницу вы понимаете.
– Наиль обо всём рассказал другому полицейскому. Проводите расследование с ним.
– Возможно, я воспользуюсь вашим советом, но скорее всего – нет. – И сразу, не давая Диляре вставить даже слово, с напором продолжил: – Если не ошибаюсь, вашему ребёнку двадцать семь лет?
– Какое это имеет значение?
– Самое прямое, госпожа Зарипова. В первую очередь такое: я сам решу, какие действия буду предпринимать в отношении совершеннолетнего гражданина Зарипова, и сам буду задавать совершеннолетнему гражданину Зарипову те вопросы, ответы на которые я хочу от него услышать. Всё это я буду делать без чьих-либо советов, исключая людей, профессиональным навыкам которых я полностью доверяю. Но если окажется, что ваш ребёнок находится под опекой, по причине, например, слабоумия…