Девушка на крыльце

— Сара, послушай его, пожалуйста, — сказал Пол, стоявший прямо у нее за спиной.

Она медленно отступила назад и повернулась к остальным. Все стояли подняв руки. Даже Пол. Их бледные лица выглядели ошеломленными и испуганными — у всех, кроме Трея. Он был в ярости. Лицо горело, челюсти сжимались, глаза напоминали кинжалы — и все несмотря на три пистолета, нацеленные на него с расстояния в считаные дюймы.

По ступенькам патио взошла детектив Дженкинс, следом ее напарник — оба угрюмые и с оружием.

— Трей Уайтфорд, вы арестованы за убийство первой степени и незаконное лишение свободы, — заявила детектив Дженкинс.

Один из полицейских завел Трею руки за спину и надел наручники.

— Что-о-о?! — выкрикнула Карли, протягивая руки к мужу.

Другой полицейский встал у нее на пути.

— Вы имеете право хранить молчание, — сказал детектив Джамбанко. — Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на адвоката. Если вы не имеете...

— Вы делаете ошибку, — заявил Трей, и Сара поразилась, увидев улыбку на его лице. Ярость, которую она наблюдала буквально секунды назад, напрочь исчезла.

— Как скажете, — ответила детектив Дженкинс с все тем же каменным лицом.

— Большую ошибку, — добавил Иен громко. — Ничего не говори, Трей. Только при адвокате.

Карли, всхлипнув, попыталась дотянуться до мужа. Женщина-полицейский не пустила жену Трея и мягко завела ее руки за спину.

— Уведите ее отсюда, — приказал детектив Джамбанко, и женщина увела Карли по ступенькам к задней калитке.

— Куда ее уводят? — спросила Сара.

— И его тоже, — сказал детектив Джамбанко, даже не пытаясь скрыть своего отвращения.

Пара полицейских подошла к Трею и увела его из патио.

— Я выйду завтра утром, — крикнул Трей через плечо.

— Сомневаюсь, — сказала детектив Дженкинс, давая полицейским знак остановиться. — Мы сегодня оформили ордер на обыск дома на Тапело-драйв, 1912.

У Трея дернулся уголок рта.

— Дома Уилкерсона? — удивился Кенни.

— Мы наткнулись на очень любопытные предметы в подвале.

У Трея задрожала челюсть.

— А также обыскали домик, который дядя оставил вам в наследство три года назад.

У Трея раздулись ноздри, он склонил голову набок, будто прислушиваясь к голосу, который никто, кроме него, не слышал.

— Какой домик? — спросил Иен и, переведя взгляд на Кенни, добавил: — Ты знал что-нибудь про домик?

Детектив дал полицейским отмашку.

— Теперь можете уводить...

Трей взорвался, заревев, будто дикий зверь, которому нанесли смертельную рану, и бросился вверх по ступенькам навстречу детективу, потащив двоих полицейских за собой.

Детектив Дженкинс невозмутимо уклонилась в сторону, с силой взмахнула рукой и ударила Трея Уайтфорда рукояткой пистолета в затылок. Трей обмяк и упал на землю.

— А теперь забирайте, — сказала она.

Двое полицейских подняли потерявшего сознание Трея и вынесли со двора.

Сара посмотрела на детектива и мягким, испуганным голосом спросила:

— Могу я обнять свою дочь?

Детектив Дженкинс кивнула полицейскому, стоявшему у Сары на пути, и спустилась по ступенькам.

Кенни выглянул из окна спальни на улицу. Последние репортеры уже двадцать минут как собрались и уехали, а вскоре за ними, словно отлетевшие от перегоревшей лампочки мотыльки, разошлась и кучка переполошившихся соседей. Прогноз погоды предвещал не по сезону низкую температуру и дожди всю ночь. Ветер разносил по лужайкам опавшие листья, напоминавшие крошечных, кружащих в вихре призраков.

— Скоро спать идешь? — спросила Сара, кладя ладонь ему на плечо.

Кенни кивнул.

— Скоро.

— Ты в порядке?

— Нет. — Он повернулся к ней. — А ты?

— Нет. — Она покачала головой.

Он обнял ее и, закрыв глаза, мысленно поблагодарил Бога — какой бы он ни существовал там, среди звезд, — за то, что Сара его спасла.

— Я все думаю о Карли, — призналась Сара. — Ты знаешь, что он единственный мужчина, который у нее был? До него не было ни парней, ни увлечений в колледже — ничего, даже не целовалась.

Кенни сделал глубокий вдох.

— Я вообще не представляю, что ей сказать.

— Она даже не говорила мне, что была у сестры в ту ночь, когда к нашему дому пришла Кэтрин Моррис, но, если бы и сказала, вряд ли я придала бы этому значение. Ну то есть это же Трей.

— Я знал его с тех пор, как мы играли в детской лиге. С двенадцати лет.

— Ты... думаешь, это правда он сделал?

Кенни долго ничего не отвечал. А когда наконец заговорил, его голос хоть и казался на удивление сильным, но был исполнен печали.

— Детектив Дженкинс знает свое дело очень хорошо, и она сказала мне, что у них достаточно доказательств, чтобы посадить его пожизненно.

— Еще что-нибудь она сказала?

Кенни снова закрыл глаза.

— Она сказала, что Кэтрин Моррис была не единственной.

— То есть не единственной? — спросила Сара. — Погоди, ты хочешь...

— Дай мне закончить, — сказал Кенни, не размыкая век. — Второй раз я не смогу.

— Хорошо.

— У них есть улики, указывающие на других жертв. В других местах. За много лет. Трей накачивал их наркотиками, насиловал и убивал. И оставлял себе некоторые из их вещей на память. Они нашли все.

Сара плакала, прикрыв рот ладонью.

— Он собирался скоро сбежать. Они нашли наличные и поддельные паспорта в доме Уилкерсона. Он знал, что полиция подбирается ближе.

— Мне так жаль, — проговорила Сара спокойным, но полным страдания голосом.

— Завтра это будет во всех новостях. Детектив Дженкинс хотела, чтобы я сначала узнал об этом от нее.

— Как это... вообще возможно?

Кенни покачал головой.

— Я не знаю. Пол как-то сказал мне, что у некоторых людей бывает тяга... кто знает, откуда она идет... и вместо того, чтобы ей сопротивляться, они хватаются за нее. — Он открыл глаза и посмотрел на жену. — Я не знаю.