Девушка с букетом

Какая разница, какие у него волосы! Какая разница, нужна она ему или нет!

* * *

У Дерева в самом деле была толпа, мало чем отличающаяся от дневной праздничной публики. И припаркованные машины выглядели как обычно – сколько их в городе ночует целыми стаями, особенно летом. Варя сбавила шаг, заметив нескольких накачанных молодых людей, явно обходящих территорию, – но они улыбнулись ей довольно приветливо, не то что охранники в супермаркете. Наверное, просто за порядком следят. И она, не забыв прикоснуться к шершавой коре Дерева, вошла в этот запретный ночной мир и стала пробираться поближе к дороге.

– Пива желаете? – окликнул ее подросток с банками в руках, должно быть совмещающий приятное с полезным, зрелище с подработкой.

Варя, отказываясь, покачала головой – и тут же, повернувшись в другую сторону, сделала то же самое – еще один подросток протягивал ей видеокассету с записями гонок, а другой – предлагал делать ставки. Пока она крутилась на месте, раздался рев моторов, и машины пронеслись на большой скорости. Варя обернулась и уже ничего не увидела. Девчонка на краю тротуара визжала, прыгала и размахивала чем-то вроде флага. А здесь не только молодежь, прохаживаются и вполне солидные люди, подумала она. Наверное, это их качки охраняют.

Варю удивило общее радостное возбуждение. Никаких безумствующих фанатов, сплошные доброжелательность и энтузиазм. От незаконного зрелища можно было ожидать куда больше зловещего напряжения и ощущения опасности. Впрочем, ей хватало собственных перекрученных нервов и жутких предчувствий. Она даже не всматривалась в лица – очевидно было, что его среди них нет, словно сама Варя, вся целиком, была распознающим устройством. Она подошла наконец к самой дороге, и девчонка в желтой майке фамильярно попросила закурить. Варя, растерянно озираясь, в очередной раз огляделась.

– Первый раз, что ли? – спросила девчонка и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Круто, да? Я у себя в Москве была пару раз, со своим парнем. А сюда так пришла, глянуть только, как это в деревне делается. Я здесь на даче. Теперь специально приезжать буду!

Как только заслышался оглушающий рев, она ловко сдернула свою майку и, раскручивая ее над головой, завопила, приветствуя гонщиков. Лифчика под майкой не было. Неизвестно, заметили ли красотку спортсмены – разглядеть сами машины было невозможно, хоть Варя и смотрела теперь на дорогу во все глаза. Только тени пронеслись.

– Какая же это скорость? – вырвалось у нее.

– За двести пятьдесят, наверное, – отвечала девчонка, как ни в чем не бывало натягивая майку. – Сейчас серийные автомобили поехали, иномарки дорогущие. А до них тюнингованные гонялись – ну, доработанные, самоделки гаражные. Вон та, думаешь, простая «десятка»? Ракета! Двигатель ручной сборки! Четыреста метров за восемь секунд пролетает, мужик говорил. Я уж молчу, сколько стоит!

Варя присмотрелась к «десятке» – и не увидела в ней пассажирских сидений.

– Поснимал, чтоб облегчить максимально, – со знанием дела объясняла болельщица.

Варя обратила внимание на машины, стоящие рядом с ней: кроме привычных по форме «девяток» и «лад», здесь были автомобили с хищными силуэтами, злобные даже в состоянии покоя. Оранжевый «форд» сразу привлекал внимание – наверное, и на дороге тоже. Вряд ли кто-нибудь решится такой подрезать в общем потоке… И тут же примостилась добродушная «победа», словно бабушка в платочке. Заметив Варин взгляд, новая знакомая засмеялась и с удовольствием продолжала просвещать:

– Да у нее только кузов от «победы», все остальное – от БМВ! И на «пежо» не смотри, что малютка – в этом деле размер не главное! Мой парень своими глазами видел, как ушастый «запорожец» спортивную «мазду» обошел, вот! А эти, что сейчас гоняют, две «вольво», «заряженные» версии, а от обычных их вообще не отличишь. Только буква R на радиаторе и на руле. А кроме спортивного режима у них есть щадящий, хоть детишек вози, наизнанку не вывернет. Можно без бумажных пакетов обойтись… Эх, а я бы на экстремальном прокатилась режимчике! – И мечтательно закатила глаза. – Может, кто и прокатит!

А перед Варей промелькнул обратный путь сквозь еловый тоннель – нет, ничего она не помнит, никакой буквы R! Она только ловила его лицо в зеркале…

Как они все могут болтать и благодушно прохаживаться, потягивая пиво и тоники! Кто-то даже на складном стуле расселся, будто на пляже! Нашли развлечение! Нашли чем развеять свою сытую жирную скуку! В то время как любая выбоина в асфальте, внезапно выскочившая кошка… это же представить немыслимо, что может быть на такой скорости! Варю заполнял ужас. То же самое она пережила сегодня в Тучкове. Да, тогда она точно знала, что родная душа в опасности, – но и теперь было ровно то же самое чувство! Не было никакой разницы! Та же сила, что тогда к Тучкову, теперь несла ее прямо на дорогу, и Варя уже стояла на бордюре, а девчонка в желтой майке продолжала, захлебываясь, что-то рассказывать.

Вдруг она дернула Варю:

– Сейчас финиш, не пропустить бы! Кто кого сделает, а? Ноздря в ноздрю ведь шли!

И, заранее схватившись за майку, громко запела на мотив старой песни:

Там, где рев стоитНад ночной Москвой,Повстречались мыКак-то раз с тобой!Синева огнейОсвещала нас,Ты шутила все,Я давил на газ.Я давил на газ!Я давил на газ!Я давил на газ,Потому что ас!

Варя замерла и подалась вперед. Две тени промелькнули одна за другой и исчезли далеко за финишной чертой. Вот теперь болельщики орали, как положено. А Варя, не глядя ни на кого, не слушая шуточек типа «тут главное – вовремя остановиться» и забыв про свою новую знакомую, помчалась следом за машинами.

Но гонщики уже возвращались.

Прижав руки к груди, медленно переставляя ноги, вдруг ставшие чужими, Варя неуверенно приближалась к двум силуэтам в шлемах, которые уже вышли из своих ракет, но еще от них не отделились. Один из них захлопнул дверцу – тем точным движением, не слабо и не чересчур, которое ей самой никогда не давалось и которое невозможно было спутать ни с чьим другим, – и Варя обрадовалась, встрепенулась и полетела. И летела так, как могла только она – обогнав всех, в том числе шагающих по-хозяйски, важных дядек, наверное спортивных судей или спонсоров.

– Варенька! – встретил ее знакомый голос с едва заметной запинкой, и она, зажмурившись, с разбегу обхватила Виктора обеими руками, прижалась к нему щекой и прошептала:

– Это я. – И, подняв голову, выдохнула: – Зачем? Зачем ты поехал?! – Его сердце, которое, как и машина, только что работало на пределе, колотилось так неистово, что Варя вздрогнула. – Ой, Вить, я глупости говорю, да? Но я так перепугалась. Мне показалось, что случится что-то страшное. И чем дальше, тем страшнее!

– Но ничего ведь не случилось… Да днем по городу ездить опаснее… – Виктор ее успокаивал, вместо того чтобы удивляться, откуда она взялась. Дыхание его выравнивалось, но сердце продолжало стучать так сильно, что Варе казалось – она слышит его всем телом.