Девушка с пистолетом "ТТ"

Промаявшись так довольно долгое время, страдая от безысходности своей судьбы, Женя пришёл к выводу, что нужно хлопнуть банку, чтобы хоть немного рассеять мрак, сгустившийся вокруг. С этой целью он сполз с дивана и, бегло глянув в зеркало, всё ли в порядке (отражение ему понравилось меньше обычного), вышел из квартиры и начал спускаться по лестнице, где двумя этажами ниже обитал его старый знакомый Витя Зыков, составлявший непременную часть компании в подобных случаях. Позвонить ему, чтобы предупредить о своём приходе, Женя не мог по той простой причине, что у Витьки в квартире, как и у подавляющего большинства жильцов в их доме, телефона не было, а телефонная точка у Жени являлась, так сказать, свадебным подарком заводской администрации.

Спустившись вниз, Женя нажал кнопку звонка. Дверь открылась и в проёме, слава Богу, показалось Витькино лицо.

– Привет, - сказал Женя в проём.

– Прифет, прифет, - откликнулся Витька, сторонясь и давая дорогу.

– Водка есть? – взял быка за рога Желток, заходя в квартиру.

– Водки нет, но есть ресурсы, - с готовностью отрапортовал Витька. – Сколько берём? Пол?

– Литр, - ответил Желток, прикинув теперешнюю потребность своего организма

– Ого, - уважительно сказал Витя, - придётся потрудиться. Я сейчас.

Он зашёл в комнату.

– Как у тебя с финансами? – донеслось оттуда.

– Имеются, - сказал Женя, хотя с этого момента финансы становились его первоочередной заботой.

Витька вышел из комнаты, пересчитывая деньги.

– На, - протянул он их Жене. – Добавишь необходимое, а я, пока, начну готовить закуску.

– Чего-нибудь ещё взять? – спросил с порога Женя.

– Хлеба возьми, а то у меня на исходе, а так, обойдёмся тем, что в наличии.

Спустя полчаса, затарившись буханкой, с бутылкой в другой руке и с чёрными мыслями в голове, Женя вернулся в Витькину квартиру. По кухне уже распространялся аромат жареного лука и яичницы. Пока Витька оформлял на соседнюю сковородку мелко нарезанную картошку, Женя засунул бутылку «Романова» в морозильник, после чего друзья уселись за кухонный стол и закурили.

– Чего-то у тебя вид зелёный такой? – с вопросительной интонацией заметил Витька, затягиваясь сигаретой.

– Залетел я сегодня, - мрачно ответил Женя и стряхнул пепел в пепельницу из грубого стекла, стоящую на столе.

Витька вопросительно сдвинул брови к переносице:

– В смысле? Триппер или ребёнка сделал?

Женя тяжело вздохнул и выложил ему историю, приключившуюся сегодня с ним в районе вещевого рынка.

– Понимаешь, - заключил он, - ребята там, судя по всему, очень серьёзные. – Перед его глазами опять встало то, как здоровый мужик, которого звали Бита, запросто отшил мента, проявившего несвойственное милиции послушание и уважение. Но было ещё что-то, чувствовавшееся на уровне подсознания. Это было ощущение силы и властности, дающее право распоряжаться другими людьми. Ощущение того, что ни люди, ни их жизни не имеют для Биты никакого значения. Это пугало.

– Да-а, - обеспокоено подвёл итог Витька, - херовенькое положеньице.

Он подошёл к плите и начал перемешивать жарящуюся картошку.

– Договориться, значит, с ними будет трудно, - он повернулся к Жене. – Бабки придётся отдавать все и сразу. Интересно, во сколько же обойдётся ремонт?

– Больше чем полштуки, наверное, - кисло сказал Желток.

– Ха, - с презрением отнёсся к подобной сумме Витька, хотя у него самого её отродясь не было. – За полштуки косметический ремонт делают, а если ты говоришь, там что-то серьёзное, то сто процентов, что под тысячу баксов вылезет.

От подобной величины денежного залёта Женин кишечник сыграл погребальный марш.

Витька посыпал картошку мелко натёртой морковью, перемешал и вернулся назад к столу.

– Ты-то, какими ресурсами обладаешь? – спросил он.

Женя пожал плечами.

– Наличмана, ясное дело, почти никакого. Я уже думал, можно продать всё, что возможно: машину, из обстановки то что есть, книги. Но, продавать нужно побыстрее, а значит – по дешёвке. Ну, машина, если по быстрому, сотни две-три, остальное – мелочь, даже на сотню не наберётся, если кто ещё купит.

– Ну, насчёт машины я поузнаю, может, удастся за четыре сотни задвинуть, есть у меня клиент на примете. Сам я бабками, как ты знаешь, не располагаю, но попробую тебе пару-другую червонцев баксами выкрутить. Тебе сейчас каждая копейка в жилу. Отдашь потом, когда раскрутишься с этим делом.

Желток молча кивнул головой, переполняясь чувством благодарности, которое бальзамом действовало на его душу, искалеченную сегодняшним происшествием. Сосущий тонкий ужас и давящее чувство одиночества начали отступать в присутствии человека, оказывающего небольшую, но действенную, помощь.

На столе в это время появилась запотевшая, «всплакнувшая» каплями по круглым бокам бутылка «Романова», тарелочка с нарезанными вкруговую солёными огурцами, ломти свежего, купленного Женей, чёрного хлеба. На большую тарелку Витя вывалил со сковороды шкварчащую, подёрнутую оранжевыми блёстками моркови, картошку, расставил стопки, выложил вилки и занял своё место за столом. Женя с хрустом свинтил пробку и плеснул по первой. Выпили не чокаясь, молча отсалютовав друг другу. Занюхали корочкой хлеба и, так же молча, налегли на закуску.

– Хорошо пошла, - заметил Желток, похрустывая огурцом. Неприятные воспоминания отдалялись убыстрёнными темпами.

– Между первой и второй, - отчеканил Витька, протягивая руку за бутылкой.

Выпили по второй под минимальную закуску, после чего отложили вилки и дружно, как по команде, закурили.

– Пробегись по ребятам, посшибай, сколько сможешь, - посоветовал Витька. – Много не наберёшь, все без денег, но, всё-таки.

– Я думал, - сказал Женя, покачиваясь на табурете и умиротворённо прислушиваясь к внутренним ощущениям, - может, заскочить завтра в бухгалтерию, попробовать взять зарплату за несколько месяцев вперёд?

Витя продемонстрировал левую руку, согнутую в локте, что должно было означать мужской половой орган:

– Ты охренел? Им текущую зарплату нечем выдавать. Производство останавливается, людей разгоняют в отпуска без содержания. Неизвестно, как вас ещё держат. Они тебя погонят сраной метлой прямо с порога.

Женя вяло кивнул, соглашаясь.

– Светка?

– Голый номер. Я про неё уже думал, но ты же знаешь, какая там ситуация. Я, конечно, забегу, узнаю, может, всё-таки, хоть чем-нибудь сможет помочь.

Светлана была Витькиной сестрой и находилась замужем за средней руки предпринимателем, как говорят «не из самых бедных». Муж, хотя и любил её, но в финансовых вопросах воли не давал, к Витьке относился холодно, считая всех родственников потенциальными прихлебателями. Витька, сунувшийся пару раз в тяжёлые времена попросить взаймы, встретил резкий отказ, после чего контачить с их семейкой перестал, видясь только со Светкой, да и то не очень часто.

– Да, я понимаю, - сказал Женя.
– На неё надежды мало. Она сама полностью от своего зависит.