Девушка с пистолетом "ТТ"

– Восемь человек.

– Вот. А теперь посчитай, сколько времени потребуется, чтобы эти восемь человек проникли через ограду. Во-первых, их засечёт видеослежка, которая, как ты сказал, ведётся вокруг всего дома, а, во-вторых, любой, случайно выглянувший в это время в окно, не сможет их не заметить, и поднимет тревогу.

– Отвечаю по порядку, - Рачек положил карандаш, потёр бок, охваченный тугой повязкой, и слегка поморщился. – Траектория, по которой мы будем двигаться, расположена под таким углом, что не попадает в поле камеры. Я даже рассчитал это, на всякий случай.

Он вынул из кармана маленький листок бумаги, вырванный из записной книжки, и положил его на стол.

– А по поводу другого, то ты, Артём, совершенно прав. И вот здесь нам понадобится вторая группа.

Рачек снова взял карандаш и принялся водить им по схеме.

– Мы устроим перед их домом небольшое представление в виде дорожно-транспортного происшествия. Но автоавария должна быть настоящей, поэтому двумя машинами придётся пожертвовать.

Рачек вопросительно посмотрел на Ворохова. Тот шевельнул плечами.

– Если нужно, пожалуйста. Не вопрос.

Рачек кивнул. В другом ответе он и не сомневался.

– Так вот, столкновение нужно будет сделать, произведя как можно больше шума. Для усиления эффекта подыщите двух девиц, которые в этот момент будут проходить мимо, пусть поднимут визг на всю улицу. И, самое главное, нужна кровь. Не очень много, но так, чтобы она бросалась в глаза.

Соломин согласно качнул головой и сказал, обращаясь к Ворохову:

– Точно. Кровь – очень мощный отвлекающий фактор. Девять из десяти человек, при виде её, на какое-то время перестают трезво оценивать окружающую обстановку.

Дмитрий Александрович поёжился и нервно поправил воротник рубашки.

– Кроме того, - продолжил Рачек, - ещё несколько наших человек на улице должны броситься в один из домов за помощью. Но не в наш, это чересчур бы насторожило людей, которые в нём находятся, а в один из соседних. Этот или тот. Лучше в этот, он хорошо просматривается.

Ворохов вынул пачку своих разноцветных сигарет.

– А что насчёт крови? – видимо этот вопрос сильно зацепил Дмитрия Александровича. – Человек должен сильно покалечиться?

– Калечиться не нужно, - спокойно объяснил ему Соломин. – Сделаем несколько небольших порезов в нужных местах, и всё.

– Лучше достать на бойне пару пакетов крови, - посоветовал Рачек.

– А может, для большего правдоподобия… - начал Ворохов.

– Не нужно, - резко оборвал его Рачек, - вряд ли среди них есть врач, а если и есть, я не думаю, что он бросится на помощь.

Он не сомневался, что с такими деньгами Ворохову удастся найти человека, готового за определённую сумму дать покалечить себя.

– Итак, - подытожил Рачек, - обе группы начинают действовать одновременно, в точно оговоренное время. Каждый из участников получает инструкции, которых ему придётся неукоснительно придерживаться. И ещё…

Он помолчал, переводя взгляд с Ворохова на Соломина.

– Как я уже сказал, среди вас находится предатель. Поэтому, никто, ни одна живая душа, кроме непосредственных исполнителей, не должна знать о конкретном месте проводимой операции. С того момента, как люди будут подобраны, они должны находиться под постоянным наблюдением, исключающим любую возможность постороннего контакта. Этот дом, - Рачек нахмурился, как будто ему было неприятно об этом говорить, - наша единственная возможность спасти девочку. Если даже её там не окажется, то люди, которые находятся в доме, дадут нам информацию о других базах “Мидаса”.

– А если они откажутся? – спросил Ворохов. – Будут молчать и всё?

– Не откажутся, - медленно произнёс Рачек. – Говорить они будут. Много и подробно. Уж поверьте мне.

Его тон и выражение лица были такими, что Дмитрий Александрович снова невольно поёжился. У него не осталось никаких сомнений, что, если причастные к похищению Алины, попадут в руки Рачека, то говорить они начнут очень скоро.

– Как решаем с количеством людей в группе? – задал свой вопрос Соломин. – Восемь человек?

– Да, подтвердил Рачек. – Взять больше рискованно, нас могут засечь, когда будем переходить ограду. А меньше нельзя, так как точное количество людей в доме неизвестно.

– Тогда так, - начал подсчитывать Соломин, - восемь здесь, а с той стороны – два водителя, один пассажир и четыре человека на улице. Получается всего пятнадцать. Пойду я, Ростин, Максим Чернов…

– Я тоже буду в группе, - сказал Рачек.

Соломин оценивающе посмотрел на него и покачал головой.

– Нет, тебе нельзя. Ты ранен, мало ли что. Я так понимаю, нам предстоят активные действия.

– Ерунда, - сказал Рачек. – Хочешь, я сейчас на спор завалю любого из твоей команды?

Карандаш мягко треснул в его пальцах. Грифельная крошка посыпалась на бумагу.

– А ведь может, - вполголоса пробормотал Ворохов.

– Хорошо, - сдался Соломин. – В конце концов, это твоя идея, тебе и карты в руки. Выходит, остаётся ещё одиннадцать человек.

– Сможешь найти, Артём? – поинтересовался Ворохов.

Соломин кивнул.

– Дайте мне полчаса. Через это время сможем начинать инструктаж группы.

– Что тогда требуется от меня? – спросил Дмитрий Александрович.

– Я не знаю, что у вас есть, - сказал Рачек, - но нам обязательно понадобятся…

Минут десять ушло на составление списка вещей, входящих в необходимое снаряжение, после чего Ворохов откинулся на спинку стула и подвёл итоги:

– Всё. Этим займусь я, вы готовьте людей. Сколько времени вам потребуется, чтобы утрясти все детали?

Соломин бросил взгляд на электронное табло над их головой.

– Я думаю, за два часа справимся.

Он вопросительно посмотрел на Рачека. Тот кивнул.

– Порядок, - сказал Дмитрий Александрович, - как раз успеваем. Вы отправляетесь туда, а я в четыре часа еду на встречу с Бехтером из нацбанка. Думаю, они нас поддержат.

– Хотелось бы, произнёс Соломин. – И так проблем выше крыши, а если ещё они подключатся…

– Не должны. Бориса Ефимовича я постараюсь взять в оборот.

– Уж больно намыленный он, ваш Борис Ефимович, не ухватишь.

– Не волнуйся, - пообещал Ворохов. – Есть способы.