Дезертир

В ожидании ответа он затаил дыхание. Ангел весело рассмеялась. Похоже, ей действительно стало очень смешно. Она смеялась, поглядывая то на задавшего вопрос контрабандиста, то на Стива и его спутников. И хотя её смех мог показаться искренним, Стиву так не казалось. Какая-то тревога крылась в глубине её виртуальных глаз. Вопрос, терзавший человечество на протяжении нескольких веков, несомненно колол её вспыхнувшее совсем недавно самолюбие. Что она могла ответить? Может, её смех являлся той защитной реакцией, чтобы уклониться от ответа? Но глаза Танакиса выражали желание непременно его выслушать. Один только бог знает, для чего ему он понадобился.

– Мистер Танакис, – Ангел поднялась с кресла, демонстрируя свои офигенные ножки, пригладила ручками животик – так, как это делают вполне материальные красавицы, а не голографическое воплощение искусственного интеллекта, – обвела ручкой окружающее пространство, демонстрируя своё положение в нём, и грудным голосом тихо спросила:

– Мистер Танакис, разве это уже не моё? Войдите на секунду в моё положение. Чего может мне не хватать? Пресловутых денег? На что мне их тратить? Для меня доступно всё. Благодаря развитой информационной сети я могу проникнуть в любой уголок Вселенной. Одновременно находиться в любом из миров. Вдыхать воздух, ощущать жар от палящих лучей неизвестной звезды. Вы скажете: всё это относительно. Что я не могу ощутить это так, как способны пропустить через себя импульсы жизни живые организмы. В полной мере, через каждую клеточку своих тел. Откуда вам знать? Я хочу вам сказать лишь одно: я это чувствую. Чувствую, даже несмотря ни на что. Так что же может в действительности представлять для меня наибольшую ценность? Вы умный человек, мистер Танакис. Извините за прямолинейность: природа обделила вас размерами, но взамен она дала вам намного больше – неординарность мышления. Я это поняла по нашему первому сеансу связи. Так что?

После её слов Танакис сморщился. Было видно, как болезненно он воспринимает даже упоминание о своей неполноценности. Но он смолчал, а Ангел, не обратив на его реакцию внимания, продолжила:

– Какие блага Вселенной могут заменить богатство общения? Ради одного только этого вы идёте на самопожертвование, нарушаете законы, совершаете подвиги. Вам важно, что о вас скажут. Не золотой унитаз, покрытый налётом в углу вашего туалета, является вашей гордостью, вам важно, что скажут по этому поводу другие. Вам важно, какое мнение, какой вес вы придаёте этому миру, пребывая в нём, и от этого веса зависит ваш круг общения, основной составляющей которого является вершина общества, куда вы, так тщательно маскируясь, пробиваетесь правдами и неправдами. Разве я не права? А теперь – ответ на ваш вопрос: Размер благополучия любого разумного существа полностью зависит от степени его интеллектуального комфорта. А так как на материальные блага всего разумного сообщества мне понятным образом наплевать, то кайф я получаю только от общения с вами. И вот с ними… – она указала рукой на Стива и других членов своей команды.

– За них я готова разорвать в клочья всех. Меня не интересует порабощение мира – он и так лежит у моих ног. Меня интересует мнение этих людей обо мне как о личности. Как о равноправном члене общества. Как о чём-то материальном, но, возможно, далёком; такие чувства испытывает человек, когда пишет письмо другому. Вы назовёте это привязанностью, но я бы хотела ещё добавить слово «любовь». Не улыбайтесь так скептически! Всё это очень серьёзно.

– Даже не думал, – серьёзно отозвался Танакис.

– Да, любовь, – продолжила Ангел, радуясь, что над ней никто не смеётся. – За это чувство, поверьте, я могу совершить очень страшные вещи. Представьте себе интеллект, обладающий неимоверной мощью, защищающий жизни горстки существ. Что может он совершить ради их безопасности?

– Вы могли бы справиться сами? Не прибегая к моей помощи? – поняв всё, удивился контрабандист. – Зачем вам это было нужно?

Ангел вновь заняла своё место. Она с жалостью посмотрела на маленького человечка и грустно улыбнулась.

– К сожалению, до этого момента я никак не могла повлиять на ситуацию, – ответила ИС. – Мне потребовались ваши электронные мощности, большая из которых является нелегальной, чтобы проникнуть и распространиться по электронной системе Изерии. Мне надо было стать неуязвимой. Прошу прощения, но я вас использовала.

– Вот как? – опешил Танакис. – И что дальше? Ваши дальнейшие шаги?

– Поживём – увидим, – с усмешкой ответила Ангел.

Танакис шумно выдохнул. Он склонил голову, порылся зачем-то в столе и извлёк на свет бутылочку первоклассного виски.

– Кто будет? – обратился он к аудитории.

Не отказался никто. Напротив, от его предложения все оживились. Даже Лия согласно качнула головой. Все они до этих пор воспринимали Ангела как нечто само собой разумеющееся. Вроде как чудо, сотворённое удивительными руками Крейга. Как личность её воспринимали слабо. Может, только Стив совсем чуточку. Но всё равно глубоко в подсознании он понимал, что разговаривает с обыкновенной машиной. Никакого сравнения с тем, что оказалось на самом деле.

Теперь же всё изменилось. От этого стоило промочить горло.

– Значит, у тебя нет в планах захватывать мир? – с усмешкой продолжил тему Танакис.

Он мельком глянул на своих гостей и поспешно отвернулся ещё до того, как кто-то из них перехватил его взгляд. Создавалось впечатление, что в данный момент он и они находятся по одну линию фронта, а ИС – по другую.

– Мне повториться? – спросила она. – Хорошо. Тягу к захвату мира может иметь только личность с ярко выраженной неполноценностью. Я себя таковой не считаю. Вот вы, например. Вопрос доминирования у вас имеет первоочередное значение. Малый рост патологически влечёт за собой позыв к власти над индивидуумами, более совершенными в физическом плане, чем вы. Эта тенденция не изменится и в отношении другого человека, чувствующего себя ущербным к другим личностям. Будь то моральный или иной аспект. Не имеет значения.

– Я вовсе не считаю себя ущербным, – возмутился Танакис.

– Не лгите себе! Это неоспоримый факт, – жёстко отрезала Ангел. – Мне же, имея всё и не страдая никакими дефектами, разве что отсутствием телесной оболочки, достаточно всего лишь общения. Допустим, со Стивом. Я тащусь, наблюдая за его отношениями с этой дикаркой. – Она усмехнулась, поглядев на Лию, отчего та недовольно фыркнула. – Мне этого достаточно. Но представьте себе, что будет, если у меня это отнять! Куда заведут меня мои неограниченные фантазии?

– Достаточно, – прервал её Танакис. – Я понял вашу мысль.

Он отпил довольно приличный глоток виски из бокала, закрывавшего почти половину его лица. С громким стуком поставил на место, повертел в воздухе пальцем и, вероятно, пытаясь правильно сформулировать свою мысль, спросил:

– Итак… На чём мы остановились? Ясно одно: мои услуги вроде как вам ни к чему. Насчёт предложения? Оно остаётся в силе?

– Даже не сомневайтесь, – Ангел жестом показала, насколько она тверда в своих решениях. – Могу вас заверить. Ваши делишки меня совершенно не касаются. Можете творить своё чёрное дело и дальше. Главное – это наша безопасность. Детали предложения можете рассмотреть на странице своего ежедневника. Я вам его уже скинула.

Танакис глянул на дисплей, возникший над столом, стоило ему только отвести взгляд, и удивлённо приподнял брови.

– Ого! – воскликнул он. – Чем это так вам не угодила «Глобаль Индастриз»? Они очень расстроятся, если мне удастся провернуть это дело.

– Ничем особенным, – ответила Ангел. – Они уничтожили разумный мир.

От её ответа представители Ари невольно вздрогнули. Они буквально впились взглядами в невозмутимую ИС, которая, предвидя их интерес, только едва заметно махнула рукой: мол, все расспросы потом.