Дикие

– Интересно, как ты туда попадешь без кода?

– А ты полагаешь, его сложно будет достать?

– Ну, во-первых, коды меняются почти каждую неделю, а во-вторых, цифирки эти знают всего три-четыре человека! Да и с ними можно проколоться. Слышал, небось, про левые коды? Выдумывают специально для таких, как мы.

– Вот на это уже плевать мне.
– Спокойно отозвался полковник.
– Уж поверь, с кодами я справлюсь. Есть у меня один специалист - как раз по таким ребусам.

– А может, специалистка?

Веки полковника недобро сузились, в один миг превратив его в этакого монгола из древнего батыевского войска. И все же ему удалось сдержаться. Лишь шевельнулись желваки на его скулах и напряглись под одеждой мышцы. Тренер, сидящий рядом, также не выдал своих чувств.

– Как бы то ни было, мы справимся.

– А если нет?

– Если нет, там же, на месте, перестреляешь моих людей вместе со мной.

– Уж с этим у нас не заржавеет… - Кучер метнул в сторону соседнего столика зловещий взор, заставив обеспокоено шевельнуться на стуле здоровенного громилу с наголо обритым черепом. На затылке у охранника был выколот замысловатый крест, витиеватая роспись покрывала ушные раковины - наглядный пример того, что своих эстетов хватало и в блатном мире…

– Ладно, с этим, считай, порешили… Что хочешь за участие?

– Что хочу?
– собеседник Кучера выдержал паузу. Бригадир глядел тяжело и цепко, но подобные взгляды полковника как раз не пугали.
– Хотел бы, конечно, сказать пятьдесят процентов, но знаю, что ты не согласишься…

– Разумеется, нет!

– Вот-вот! Все-таки бабки ваши, да и район чужой. Значит, буду скромнее.
– Полковник обезоруживающе улыбнулся.
– Скажем, двадцать процентов от всего гонорара. Устроит такой запрос?

– Двадцать?
– Кучер и впрямь удивился. Он явно не ожидал такой скидки.

– По-моему, это честно, поскольку большую часть работы я беру на себя.

– Но ведь сумма огромная. Сам прикинь, двадцать процентов составят…

– Я знаю, сколько это составит. И в рублях, и в долларах. Но торговаться не хочу. Двадцать процентов или мне это будет просто неинтересно. Так что либо да, либо нет.
– Полковник пожал плечами.
– Ты серьезный человек, Кучер, а потому ответа я жду прямо сейчас.

Он не очень-то рисковал, поскольку весь расклад у Кучера был давно готов. Он бы, скорее всего, и на тридцать процентов согласился - может быть, даже на сорок, но полковник не хотел терять лишнее время.

– Хорошо, - Кучер изобразил на щекастом лице снисходительность.
– Пусть будет двадцать.

– Значит, осталось обговорить детали… - полковник удовлетворенно выложил на стол локти. Собственно, за «деталями» он сюда и явился. Деньги его мало интересовали. Во всяком случае, те, о которых говорилось за столом. Магистр без того знал, что получит сумму значительно большую…

***

Чуть позже, уже вернувшись с Тренером в машину, Магистр хмуро пронаблюдал, как отъезжает от «Золотого Льва» кавалькада лаково сияющих иномарок:

– Ух, ты, какие мы грозные!
– сидящий на заднем сидении помощник Тренера издевательски покачал головой.

– Аж в пяти лимузинах приезжали! Может, и нам стоило поиграть мускулами, а, Магистр?

– А на кой? Разговор без того состоялся. Первый девиз умных - поменьше светиться. Сейчас для нас более важно, чтобы они заглотили наживку.

– Уверен, они думают, что наживку заглотили мы.

– Это уж само собой. Они хотят отыметь нас, ну а мы - их. Такой вот, понимаешь, чисто российский расклад.

– Что ж, нормальный бизнес третьего тысячелетия. У кого имелка больше, тот и прав.
– Тренер усмехнулся.
– Может, стоило им жучка подцепить?

Полковник покачал головой.

– Ни к чему. Все свои силы они без того показали. А заодно человечка своего сдали.

– Какого еще человечка?

– А вот этого, - развернувшись на водительском сидении, полковник неуловимым движением выхватил пистолет, ткнул стволом в грудь замершего Алика.
– Давай, малыш, колись. Это ведь ты заложил им старуху?

– Кто заложил, что вы такое говорите?!

– Только не зли меня! Кучер сам мне все рассказал. Ты даже адрес старухи им выдал.

– Ничего я им не выдавал!

– Выходит, Кучер соврал? Мне соврал?
– Магистр ударил Алика стволом по лицу. Из лопнувшей кожи брызнула кровь. Отпрянувший послушник в страхе зажмурился.

– В общем, Алик, даю тебе последний шанс! Или рассказываешь все прямо сейчас, или везем тебя к старухе. А там тебя и пытать не придется, сам все выложишь.

Очередной удар заставил голову Алика мотнуться, и этого послушнику хватило с лихвой.

– Я расскажу!
– Алик в страхе заслонился от Магистра рукой.
– Все расскажу!

– Давай, мы слушаем…

– Они сами на меня вышли.
– Торопливо заговорил послушник.
– Подловили возле подъезда и удавку на шею накинули.

– О чем спрашивали?

– Спрашивали про вас, про Тренера…

– Ну и?

– Я ничего такого не выдал, поверьте! Только самую общую информацию. Все то, что без меня можно было вычислить…

– А про Василису?

– Да я ведь и сам про нее ничего не знаю! Сказал только, что есть у вас своя ворожея. Гипнозом подрабатывает, людей от сглаза лечит. Они поверили.

– Конечно, поверили. Почему бы не поверить, если это правда.

– Но больше я ничего им не говорил. Мамой клянусь!

– Ну, если мамой… - Полковник убрал пистолет, косо глянул на Тренера.
– Пусть убирается из машины.

Подчиняясь кивку Тренера, Алик рыбкой выскользнул из салона, неловко заковылял прочь.

– Вот так и появляются на свет иуды. Был ученик - и сплыл.

– Но если он, в самом деле, ничего им не сказал…

– Не будь дураком, Тренер. Это сегодня не сказал, а завтра непременно скажет.
– Полковник нервно дернул щекой.
– И потом главная его вина не в том, что он колонулся, а в том, что скрыл от нас свою беседу с ними. Уж перед тобой-то мог бы и покаяться.