Дингир
Шрифт:
Раш ознакомился с ними и запомнил каждый: их было около девяти. После чего он вернул дневник.
В ход пустилась длительная пауза…
Юрий что-то глубоко обдумывал, при этом постукивая указательным пальцем по столу, словно он ждал, когда Раш уйдет, но тот никуда не уходил…
И Юрий вдруг сказал:
— Полагаю, ты начнёшь с меня?
— Да.
— Ясно, тогда ты не против, если я немного выпью. Я знаю, что ты хочешь, как можно быстрей вернуть свою девушку и убить Пака, поэтому я быстро.
— Хорошо. Но умрёшь ты или нет, зависит от твоей человечности, а не от меня.
Юрий
— Будешь? — предложил он Рашу выпить, и присел в кресло.
— Нет, спасибо.
В этой комнате находилось около шести крупных парней, и они переглядывались между собой, лишь отдалённо понимая, что здесь происходит. Было ясно только то, что босс готовится к смерти.
И двое бандитов, сквозь звериный страх навели оружие на затылок Раша.
— Убрали стволы! — рявкнул на них Юрий. — Я не давал вам никаких приказов!.. Так же, как и я, вы должны смириться с неизбежным! Каждому воздастся по его деяниям!
Те резко опустили пистолеты, и сделали они это так молниеносно, будто казалось, что недовольство босса пугало их сильнее, чем настоящий демон, стоящий перед ними.
— Вижу, ты не боишься смерти, — произнёс Раш. — Почему?
Сделав очередной глоток Крови Христа, Юрий ответил:
— Я вовсе не мученик, просто люди не в силах противостоять Богам. Таким образом, мы снимаем ответственность за свою смерть. Но, по крайней мере, человек должен отвечать за свою жизнь… Как я её прожил?.. Пускай Бог мне и ответит.
Допив бокал с вином, Юрий встал из-за стола и замер. Его взгляд не был похож на взгляд смертника, и в нём читалось даже некое требование…
Раш расценил это как — “всё”. И далее он охватил своей поглощающей воронкой не только эту комнату, но и всё здание, что уходило глубоко под землю.
Суммарно он превратил в мумии около 160-ти человек. И 13-ти удалось остаться в живых, так как в них не было скверны.
В комнате, где находился Раш, выжил только Серёга…
— Как это вообще?! — удивлённо воскликнул тот. — И почему только я не сдох?!
— Считай, тебе повезло, — ответил Раш. — В тебе нет скверны, ты не конфликтный человек и не способен грешить из-за высокого уровня импатии к другим. Ты хорошо понимаешь, что причинять боль другим так же тяжело, как и страдать от неё. А то, что ты постоянно всех оскорбляешь — это всего лишь вспышки твоего внутреннего человека, который старается взять контроль… Но ты способен сопротивляться ему только в настоящий момент. Человеческая душа очень часто проваливает испытание временем.
Сказав это Раш и Стрикс ушли.
— Этот ваш диалог напомнил мне один случай, — сказал Стрикс. — Я, будучи ещё живым, удерживал одного человека, когда ему ампутировали руку. Он барахтался, бил меня другой рукой, царапался и кусался. И чувствуя каждую из этих незначительных ссадин у себя — я думал только об одном: “Ему сейчас больнее, чем мне. Ему сейчас больнее…”
— Сейчас это называют импатией. И я удивлен, что хищник вроде тебя, её сохранил.
— Это вопрос моего выживания, сударь. Но это вовсе не значит, что я не должен сочувствовать своей жертве.
Девять
адресов. Раш посетил каждый из них. Ему уже не нужно было скрываться, так как теперь человечество попросту не было способно его остановить. Когда он “высосал” несколько мест — к делу подрядились и военные с полицией; Они стреляли, взрывали, даже травили, но Рашу и Стриксу это не наносило абсолютно никакого вреда; Те двое просто шли к цели напрямую. И к тому времени как Раш закончил все свои дела по девятому логову бандитов, то мумий уже насчитывалось около 450-ти. Несколько полицейских и военных так же пали жертвой этой чёрный дыры, но в гораздо меньших количествах, чем преступники.— Власти пытаются остановить тех, кто искореняет преступность, — подметил Стрикс. — Не уж-то они и спасибо нам не скажут? — Далее он встал перед Рашем и добавил: — Пора и мне набраться сил. Поэтому я выпью всю их кровь в качестве подношения. И если честно, они меня уже немного напрягают; ходят попятам и вздохнуть нормально не дают.
— Не смей! — запретил Раш. — Если ты тронешь тех, кого не коснулась моя воронка, то я незамедлительно снесу тебе голову вампир.
— Но я же не могу испить кровь из тех мумий, — ответил Стрикс. Во время разговора, в них периодически стреляли. — Если вы хотите, чтобы я сражался в полную силу, то мне нужна кровь.
Раш слегка улыбнулся и сказал:
— Иди за мной.
Перед тем как отправиться за Рашем, Стрикс вновь посмотрел на толпу людей, что прячутся за машинами и постреливают из своих бесполезных мухобоек. А затем он поднял один из своих красивых мечей и ударил им по земле. И земля раскололась.
Те солдаты и офицеры, что находились рядом с этим разломом — в панике отбежали от него. И даже после этого, они продолжили бежать, дальше и дальше. А те, что остались на поле брани попросту перестали стрелять…
На лице вампира взыграла улыбка, а потом он произнёс:
— Вот она — блаженная тишина.
Путь их пролегал к хижине Шельмы, но по дороге Раш вдруг свернул в аптеку.
Когда туда вошли две эти персоны — продавцы шарахнулись от них как от ядовитых змей, которые были внезапно замечены под ногами.
— Не бойтесь нас, — сказал Раш. — Если вы всё ещё живы, то вам уже ничего не угрожает. — Однако от этих слов им не стало легче. Он это заметил и решил напрямую обратиться к их рефлексу продавца: — Мне нужны ампулы для инъекций железа. Дайте всё что есть.
Дрожащими руками девушка набрала целую охапку с этим препаратом. Пять коробок по десять ампул, которые были хорошо видны через прозрачную плёнку.
— Сколько с меня?
Девушка пугливо и резко покачала головой в знак отрицания.
— Если я вам не заплачу, то минус потом выпишут из вашей без того низкой зарплаты.
У Раша было полно мелочи в карманах, и он взял небольшую горстку вместе с бумажными купюрами. Развернув ладонь перед продавцом, он понял, что тамошние монеты потеряли свой внешний вид. Они были случайным образом сплющены воедино, когда Раш их загребал из кармана. Часть бумажных купюр стала заложником это смешения.