Дочь Дракулы
Шрифт:
– Какая слабая! – с досадой сказал первый голос. – Долго она будет так валяться?
– Господарь, она жива? Вы не перестарались? – спросил второй голос, тревожный и жалостливый.
– Ты будешь учить меня пить кровь, раб? Пожалуй, пора, мне надоело ждать.
После этих слов мне пальцами разжали губы, и я почувствовала, как что-то капает в рот. Кровь. Это была кровь. Но что-то было не так. Не так, как всегда. Эта кровь была совсем другой. Холодной, вязкой и… как будто очень-очень древней.
Это как книги. Старые отличаются от новых всем: запахом, шелестом страниц, шрифтом.
Когда я наконец поняла, что происходит, и открыла глаза, мой отец стоял на одном колене, склонившись надо мной. Из раны на его запястье мне в рот стекала чёрная кровь. Он снисходительно улыбался.
– Что вы сделали?! – Я попыталась отплеваться, но, разумеется, было поздно. Не то чтобы ответ на вопрос был неочевиден, но мне нужно было его услышать.
– Ты была слишком слаба. Твоя крепкая эмоциональная связь с твоей матерью и её кровь почти сделали тебя человеком. Но теперь всё в прошлом. – Он улыбнулся, поднялся и протянул мне руку, помогая встать.
– Отойдите от меня! Я вас не знаю-у… Я немедленно ухожу! – выкрикнула я и, держась за стену, пошла в комнату, чтобы взять свой рюкзак и телефон.
Бесник с безумным взглядом бросился за мной, обогнал меня и оттолкнул назад. Когда я всё-таки вошла в комнату, он торопливо задёрнул занавески, пряча от меня рассвет.
– Немедленно не получится, – с наигранным сожалением, цокая языком, сказал граф, появляясь в дверном проёме, и пояснил: – Солнце, понимаешь ли…
Я хотела было послать его куда подальше лесом, но сама застыла с раскрытым ртом, пытаясь осознать сказанное. Неужели теперь мне…
– Теперь тебе нельзя появляться на солнце. Иначе ты умрёшь, – охотно объяснил он и продолжил, когда я скорее упала, чем села на диван: – Отныне ты вампир, моя дорогая дочь. Наконец-то это свершилось. Ты оставишь в прошлом свою серую и унылую жизнь, начав взамен жизнь новую – яркую, притягательную, наполненную страстью и…
Он осёкся на мгновение, встретив мой яростный взгляд. Но граф Дракула явно не тот, кого можно ввести в замешательство.
– Да, есть некоторые сложности. Ты погибнешь при первом же прикосновении солнечного луча к твоей коже. Сразу вспыхнешь, как спичка. Хотя «погибнешь» не совсем верное слово, ты ведь уже мертва.
– Мертва?
– Вспомни, я же сам убил тебя несколько минут назад. А потом воскресил к новой жизни.
Схватив себя за запястье, я попыталась нащупать пульс, но его не было. Я прижала руку к груди, но сердце тоже не билось.
– Да-да, увы, ужасная неприятность… – издевательски улыбнулся Дракула. – Чтобы поддерживать свою новую жизнь, тебе придётся пить кровь. Не раз в несколько лет, как ты делала раньше, а почти каждый день.
– Я не буду пить кровь! – горячо возразила я, вскакивая на ноги, и тут же почувствовала сильную слабость. Ноги стали ватными и подкосились, я рухнула обратно без сил, еле-еле поддерживая себя в сидячем положении.
Не хватало только в обморок упасть…– Будешь, и очень скоро. Бесник, накорми даму.
Румын сходил на кухню и через пару минут принёс мне полный фужер крови. Своей, надо полагать.
Мне не хотелось её пить. И в то же время хотелось только этого. Наверное, мои метания заняли целую минуту. Не только душевные, но и физические, со стонами, нытьём, рычанием и слезами. Потом я молча приняла фужер из его рук и выпила всё до последней капли.
– Есть и плюсы, – продолжал мой отец, сидя на стуле и рассеянно глядя на меня, упавшую на подушки. – Ты никогда не постареешь. Нет, конечно, если ты не будешь подкреплять свои силы кровью, ты очень быстро сморщишься, как гнилое яблоко, и, кстати, пахнуть станешь так же мерзко. Но с каждой новой каплей крови ты будешь возвращаться в своё прежнее состояние вечной молодости и красоты.
Я тихо рассмеялась.
– Этот «плюс» явно не в мою пользу. Я никогда не была и никогда не буду красивой.
– Неужели?! – делано удивился граф.
– Вы прекрасна, господарша! – влез Бесник, но мы оба его проигнорировали.
– Не желаешь ли взглянуть в зеркало, моё милое дитя?
– Нет.
– Глупости. Взгляни. Уверен, что тебе понравится.
Ну, если сам граф Дракула так настаивает, почему бы и нет?
Я встала и на ещё трясущихся ногах поплелась в ванную, но каждый шаг давался мне всё легче и легче. Подойдя к зеркалу над раковиной, я посмотрела на себя и…
Нет, разумеется, в отражении была я. Уж себя-то я всегда узнаю, верно? Но почему я так изменилась? Волосы стали как будто гораздо гуще и блестели, переливаясь на свету. Моё зрение явно улучшилось, о запланированном походе к окулисту теперь можно было забыть. Кожа очистилась, ресницы выросли, губы стали почти алыми. Кажется, даже грудь увеличилась на размер. Или два? Все парни в институте будут моими!
То есть были бы моими, если бы не…
Граф встал в дверном проёме и, довольный, смотрел на моё отражение. А я вдруг поразилась тому, как мы похожи. Буквально как… отец и дочь…
– Довольна? Именно такая ты настоящая. Такой я тебя создал!
– Если мы вампиры, – проигнорировав его бахвальство, тихо сказала я, – почему же мы отражаемся в зеркалах?
– Ох-ох! Поймала! Разоблачила! – Он театрально схватился за сердце и округлил глаза. – Бесник! Нас раскусили, как прыщавых мальчишек, ворующих яблоки. Открывай все окна, звони всем, все отменяется, никакие мы не вампиры!
Я психанула. Они тут надо мной издеваются, что ли? Похитили, покусали, убили, оживили, превратили в вампира, а теперь ещё издеваются?!
Грозно сопя носом, я вышла из ванной, плечом оттолкнув обалдевшего графа с дороги, и уселась на кухне, шумно выдвинув из-под стола табурет.
– Бесник!
– Да, моя господарша?
– Закажи мне пиццу. Острую пепперони с двойным сыром. И роллы. «Филадельфия» и «Тейшоку». И диетическую колу. И ещё капучино, большой. Давай шевелись, долго мне ждать?
– Э-э… дитя, – снова влез мой отец. – Ты, наверное, не поняла. Ты больше не нуждаешься в человеческой пище, она не насытит тебя, тебе нужно пить…