Дочь Дракулы
Шрифт:
– Я не собираюсь отказываться от нормальной еды! – довольно грубо оборвала его я. – Где мой заказ, раб?
– Господарша, я не раб, – удивился румын.
– Раб. И я всё ещё жду. Хотя могу выпить тебя досуха. Уверена, что мой папочка позволит мне такой каприз, не так ли?
Я посмотрела на Дракулу и зло улыбнулась. Граф озадаченно прикусил клыками нижнюю губу.
– Принеси ей всё, что она хочет, – после непродолжительного молчания обратился он к румыну. – И поторопись, я не намерен провести тут всю вечность.
Заказ был доставлен через пять минут. Подозреваю, что старательный Бесник просто потряс двух-трёх работников служб доставки, неудачно проезжавших мимо на
– А теперь, пока ты, моя девочка, ешь эту бесполезную пищу, вернёмся к вопросу зеркал.
Влад Цепеш встал и, заложив ухоженные руки за спину, начал прохаживаться взад-вперёд по небольшой кухне, методично читая лекцию:
– В славные времена моего становления мы, вампиры, прекрасно смотрелись в оловянные и ртутные зеркала. Разве может Влад Третий Басараб Дракула ходить неряшливым замарашкой? Зеркало – необходимый атрибут в комнате каждого дворянина! – Он наставительно поднял палец вверх. – Но с тысяча восемьсот тридцать пятого года начались проблемы. Этот паршивый германец фон Либих придумал делать зеркала из серебра! А с серебром у нас, знаешь ли, тяжёлые взаимоотношения…
Конечно! Какая же я дура, как я сразу не догадалась?! Реакция серебряного зеркала! Эх, а ещё химию люблю. Моя школьная учительница застрелилась бы со стыда, увидев мой позор…
– Много вампиров сгорело в этих зеркалах. Даже я сам чуть было не погиб и восстанавливался лет тридцать, изнывая от жажды в гробу. Ну ничего, с этим мерзавцем фон Либихом я поквитался. Он был уже совсем стариком и глотал на ночь снотворные пилюли… – Отец подмигнул мне самым пошлейшим образом. – Одна из моих невест, белокурая красавица Вайорика, приходила к нему каждую ночь и творила с ним всякие влажные бесчинства, а когда он изнемогал и забывался сном, то пила его кровь, всегда по чуть-чуть.
– Очень мило с её стороны, – буркнула я.
Жалкий старик по утрам думал, что просто видит эротические сны, ведь ему и в бреду не могло пригрезиться, что такая пылкая красавица польстится на его дряхлые чресла. Меж тем здоровье его слабло, и вскоре он умер. Сдох как собака. Сведённый с ума и лишённый воли той же Вайорикой, местный врач выписал заключение, что он скончался от воспаления лёгких…
– Вы… вы всё-таки убили великого учёного Юстуса фон Либиха?!
– Кровь за кровь. Жизнь за жизнь. К тому же он был стар и всё равно скоро бы умер, а я должен был отомстить, – равнодушно пожал плечами граф. – Но вернёмся к зеркалам. Когда умные люди, желающие сэкономить на производстве и дать возможность даже нищим плебеям заиметь у себя дома хоть одно плохонькое зеркало, придумали делать амальгаму из алюминия – мы, вампиры, оказались спасены! Можно было вновь смотреться в зеркала без страха за свою жизнь! Но только имей в виду, моя милая дочь, что тебе стоит опасаться старых зеркал – в замках, музеях, старинных библиотеках. Велик риск, что там до сих пор сохранились проклятые либиховские серебряные ловушки!
– Вы убили Юстуса фон Либиха, – вновь не сдержалась я. – Мы его в институте проходили!
– Убил? Ну да, и не только его. Эти забавные цилиндрики, обмотанные чем-то чёрным, выглядят интересно. – Он с любопытством покосился на роллы. – Что это и как это есть?
– Сколько ещё он мог бы сделать для науки?! А вы убили его!
– Да забудь ты о нём! Плюнуть и растереть, – раздражённо отмахнулся Дракула. – У нас есть дела поинтересней, собирайся.
– Я с вами никуда не пойду.
– Боюсь, у тебя нет выбора, дитя.
– Ок. В любом случае сначала я всё это съем! Бесник, присоединишься?
Чтобы улопаться,
привести себя в порядок и быть готовой к выходу, мне понадобилось не менее часа. Может, и больше, я не засекала. Граф театрально горько вздыхал, поглядывая на часы, цокал языком, вслух сообщал, сколько времени, раздражённо покашливал, намекал, что солнце набирает силу к середине дня, многозначительно ёрзал на стуле. Вот и отлично. Я специально ела и собиралась максимально медленно. Неудобно ему. А мне удобно?! Меня он спросил?!Потом мы все трое вышли на улицу, и дальше всё выглядело как в шпионских боевиках, только мы прятались не от слежки, а от солнца. Бесник взял огромный чёрный зонт, который стоял в прихожей, в углу. Мы с графом Дракулой, заботливо придерживавшим меня под локоток, нырнули под спасительную тень зонта и добежали до припаркованной у соседнего подъезда машины. Чёрной, как все, разумеется, догадались.
Бесник вытащил за шиворот тело мёртвого водителя, которым, как я поняла, перед визитом к нам позавтракал мой отец, и сам сел за руль. Машина была затонирована наглухо. Когда мы отъезжали от нашего убежища, я скользнула взглядом по лежащему на дороге обескровленному трупу водителя, который был настолько бледен, что казался белым как снег даже через тонировку стёкол, и на мгновение задумалась: каким человеком он был? Была ли у него семья? Дети? Родители? Любимая женщина? О чём он думал, к чему стремился?
– Ты забиваешь свою голову такой ерундой, дитя… – процедил сквозь зубы мой отец. – Ты ведь не размышляешь, о чём думала и сколько детей выродила свинья, из которой сделали колбасу для твоей пиццы? Мы не должны очеловечивать еду.
– Но ведь он и был человеком!
– Для нас с тобой нет. Обычный скот. Посмотри, сколько таких животных бродит по улицам, без цели, без смысла, занятые только удовлетворением своих потребностей. Чем они отличаются от тупых коров и кудрявых баранов? Это такая же еда. Всего лишь еда. Для нас. Мы – конечное звено в длинной и логичной пищевой цепочке. Самое сильное звено.
Он отвернулся и демонстративно зевнул, закрывая тему. Я достала из рюкзака телефон и написала маме, что скучаю по ней. Потом увидела сообщение от Марии:
«Где ты? Я тебя потеряла».
«Я с отцом», – ответила я.
«Вот чёрт…»
Заметив со стороны графа Дракулы интерес к моему телефону, я опустила его в рюкзак и закрыла на молнию.
– С кем ты ведёшь переписку?
– С мамой, – соврала я. Хотя почему соврала? Ведь маме я тоже писала.
– Забудь эту женщину. И держись подальше от Марии.
– Я никогда не забуду маму, – огрызнулась я.
– О да… я её тоже помню… Такая яркая и необыкновенная женщина для жалкого людского рода. Не досаждала мне. Приняла моё семя и сама ушла. Это достойно уважения.
– Вы тоже её не искали, – резонно заметила я.
– Конечно. Зачем она мне? – равнодушно пожал плечами граф. – У меня толпы нестареющих вечных красавиц. Даром что холодные и мёртвые. Но и живых, юных и горячих, я могу заполучить сколько захочу.
– Рада за вас. Но предпочла бы не обсуждать интимную сторону вашей жизни.
Мы встали на зебре. Хромающая бабушка раздражающе медленно переходила дорогу.
– А я бы предпочёл, чтобы ты была более разборчива, дочь моя.
– ..?! – Я даже повернулась к нему, поскольку не поняла вопроса и очень хотела услышать, что же он имеет в виду.
– Как ты могла позариться на этого полоумного старика?! – с совершенно искренним удивлением спросил Дракула, вскинув брови.
– На какого ещё старика?
– На своего учителя!
– А! Петров! Да я… и не зарилась на него в общем-то… просто как-то так само вышло…