Дочери страха

– Я могу, – почему-то шепотом ответила Надя.

– Я понимаю, что можете. А можете сделать это без эксцессов, чтобы потом нам не пришлось этого ребенка у вас из рук вырывать и все отделение снова на ушах не стояло?

– Обещаю, проблем у вас не будет, – отрезала, вставая, Надя.

Ульяна

Улю швырнули на что-то мягкое, и голос, вкрадчивый и пугающий, произнес над ее головой:

– Ну что, попалась, детка?

С нее рывком стянули одеяло. Уля прикрыла руками голову, но глаза оставила открытыми. Человек, возвышающийся над ней, был ей совершенно незнаком. Более того, ей, кажется, вообще не приходилось прежде видеть таких людей. Это был парень огромного роста с лицом круглым и блестящим, как умащенный маслом блин. Волосы, черные, курчавые, шапкой стояли на его голове. Сперва Уле показалось, что на нем надета телогрейка поверх рубашки с узором. Но на поверку оказалось, что выше пояса он вообще обнажен, но плечи и грудь его покрывает невероятно густая шерсть, а руки и не тронутый растительностью кусок живота испещрены какой-то сложной татуировкой. Ниже были синие тренировочные штаны, спущенные почти до середины мощных оттопыренных ягодиц.

Парень смотрел на девушку с не меньшим удивлением и даже с какой-то детской обидой в темных выпуклых глазах.

– Ты кто? – спросил он.

Но Уля еще не чувствовала в себе сил отвечать на вопросы. Она молча глотала ртом воздух.

– Ты что, угол у этой пьяни снимаешь?

Молчание.

– С Лизкой общаешься? – В голосе зарокотала угроза.

Уля затрясла головой.

– Где эта дрянь сейчас, знаешь?

– Знаю, – отмерла Ульяна. – Это я как раз очень хорошо знаю.

Парень поскреб голову огромной пятерней и шлепнулся рядом с ней на кровать. Под его тяжестью сетка просела почти до пола, и девушка свалилась на бок. Парень дернул ее за руку, подтянул поближе к себе. Глаза его будто облапали Улю.

– Я тебя как будто знаю откуда-то, – поделился он. – Рассказывай, где Лизка.

– У моего отца.

– А кто твой отец?

– Ну, как тебе это объяснить? – задумалась Уля. – Скажем так: самый богатый человек в России.

Следовало сказать «один из», но Уля решила не мелочиться.

– Это как? – не понял парень. – Олигарх, что ли?

– Ну, типа того.

– А Лизка при чем?

– Ты не поверишь, – вздохнула Ульяна.

Парень начал закипать на глазах. Своими огромными ручищами он схватил плечи девушки и несколько раз мощно встряхнул. Уля болталась, как тряпичная кукла, и только вжимала голову в плечи, чтобы не повредить шею. Удивительно, но страха она не ощущала. Наоборот, какой-то необыкновенный подъем, какой в прежней жизни достигался лишь при помощи некоторых специальных средств. От прикосновений этого типа у нее закипала кровь. Даже про соперницу говорить стало неинтересно. Уля тяжело задышала и всем телом устремилась к нему. Парень так же неожиданно перестал ее трясти и сказал:

– Слушай, а я тебя узнал. Ты – та самая телка из телевизора, которая одевается смешно и вечно во всякие истории влипает. Тебя как сюда занесло, а?

– В историю влипла, – мрачно проговорила Уля. – Мой папочка вдруг узнал в этой вашей Лизе свою настоящую дочь, а меня выставил из дома. Вы тут что, в каменном веке, что ли? По телевизору на всех каналах об этом воют.

– Да я ж только освободился, а на воле у меня телевизора нет, – с сожалением произнес парень. Удивленным он не выглядел, но какая-то мысль отчаянно билась в глазах и никак не могла оформиться словами. – Слушай, – сказал он, – это что же получается, а? Выходит, что я вашего олигарха внука или внучки родной папаша получаюсь, да?

– Что? – растерялась Уля. – У моего отца никаких внуков нет.

– Да как же нет, если Лизка ребенка родила!

– Ребенка? – И без того огромные глаза девушки распахнулись до невозможности. – Ты это точно знаешь? Ну, до такого даже я не докатилась! Только где же он, этот ребенок, может, не было его?

– Как не было? Внутри же не остался, – философски заметил парень.

– Ну, женщины иногда врут, что беременны, а иногда аборты делают.

– Нет, Лизка не врала. Мне ребята на зону рапортовали, что все верно, с животом ходит. Даже фотку прислали, вот, гляди.

Парень отошел к окну, вернулся, поднес к Улиному носу маленький измятый снимок. Девушка жадно впилась в него глазами. На ней юная девушка, почти ребенок, закутанная в какую-то кургузую куртяшку, шла по улице, низко наклонив голову. Огромный живот она бережно придерживала обеими руками. Уля вожделенно пожирала глазами снимок, потом спросила, стараясь скрыть свой интерес:

– Такой сентиментальный, да?

– Что? – взревел парень. – Да если бы не этот снимок, Лизки давно бы уже в живых не было! Может, и не убил бы до конца, но ребята бы ей руки-ноги переломали. Только за ребенка пожалел!

– Нужно было ломать! – огорченно воскликнула Уля. – Родить, если хочешь знать, можно и без рук и без ног, а вот моему отцу она в таком виде точно бы не пригодилась.

Парень указательным пальцем подцепил ее подбородок, помотал ее голову туда-сюда, с любопытством вглядываясь в лицо.

– А ты злая, – сказал он. – Сильно тебе Лизка досадила? Зачем сюда явилась?

– Досье на нее собираю, – ответила Уля. – Хочу доказать отцу, что такую, как она, к приличному дому на километр подпускать нельзя.

– Э, так у нас с тобой планы не совпадают, – засмеялся парень. – Мне, например, по кайфу, что моя девчонка оказалась дочерью олигарха. Можно ведь ей о себе напомнить, так?

– Фальшивой дочерью, заметь, – ответно улыбнулась ему Уля. – А настоящая дочка олигарха тебя в роли твоей девочки никак не устроит?

– А вот это мы сейчас проверим, – ответил парень и зашарил рукой по ее телу.

Уля застонала и послушно вытянулась на грязном белье.

Лиза

Лиза готова была кричать от счастья: сегодня они с Мишей перевозили Сонечку и Андреевну в новое жилище. Квартиру с окнами на чудный зеленый дворик почти в центре нашел по объявлению Миша. Он несколько раз ездил туда улаживать все формальности, заплатил хозяевам за первые два месяца и получил ключи. Лиза позвонила Андреевне, попросила к утру собрать все вещи и подготовиться к переезду. В подробности вдаваться не стала: ей хотелось сделать сюрприз.

По дороге они с Мишей все время смеялись и дурачились, представляя, как пройдут с Сонечкой мимо соседей и как те будут изумляться, откуда в их квартире взялся ребенок. У Лизы к концу пути даже челюсть сводило от смеха. Но соседей не оказалось дома. В дверях их встречала сама Андреевна, помолодевшая, сияющая.

– А мы уже готовы! – объявила она. – Встали в шесть утра, готовились, просто дождаться не могли. Лизонька, познакомь меня с молодым человеком.

– Это Миша, – пробормотала Лиза и покраснела – ну, не умела она знакомить, негде было учиться.

– Спасибо вам, Михаил, – с чувством произнесла Андреевна. – Не представляете, какое для нас счастье и облегчение уехать отсюда.

Миша густо покраснел и, вместо ответа, долго тряс руку Андреевны.

Потом пошли в комнату. Сонечка сидела на большом узле и держала в руках узелок поменьше. Матери она улыбнулась, но, когда следом в комнату зашел Михаил, девочка вдруг разрыдалась и бросилась искать убежище за широкую спину Андреевны.