Договор

— Чего ты с ним болтаешь? — тявкнул Валерон. — Бей сразу на поражение. Потом осмотрим.

— Это ещё что за шавка? Где только такое убожество откопал? — пренебрежительно бросил Астафьев.

Зря он так. Валерон оскорбился и плюнул. Плевок получился на загляденье, поскольку прожёг не только щиты моего противника, но и его ногу насквозь. Астафьев завопил и попытался пнуть Валерона, пока ещё целой ногой. Тот отпрыгнул, а я рубанул Астафьева топориком. К сожалению, мой враг тоже увернулся — даже с повреждённой ногой опыта ему было не занимать. Если в Зоне тебя отвлекает какой-то жалкий плевок — ты не жилец. Тем более что Валерон плевал качественно и сразу прижёг дыру. Крови оттуда не вылилось ни капли.

И всё же преимущество у меня было: Астафьев пришёл ко мне всего лишь со стилетом и ещё одним ножом, хоть и длинным, но всяко короче моего топора. Враг осматривался, прикидывая, чем можно воспользоваться. Всё было слишком далеко.

— Смотрю, ты нашёл нашу захоронку, — неожиданно мирно сказал Астафьев. — Мож, разойдёмся? Я заберу, что мне оттуда нужно, и уйду.

— Чтобы в следующий раз подготовиться получше и гарантированно меня убить?

— Нет уж, — тявкнул Валерон, — не выпустим, пока всю кровь не сцедим. Она нам нужней.

Он опять плюнул, но Астафьев в этот раз был начеку, и плевок пролетел мимо, оставив дыру уже в стене моего дома. Хорошо хоть, ничего не загорелось.

— Собачка у тебя интересная. Она ж из призванных?

Я не ответил, попытался подловить Астафьева боковым ударом, но тот ловко подставил схваченную с кровати подушку, и в воздух взметнулся пух.

— Наши вещи! — возмущённо завопил Валерон, но плевать в этот раз не стал. Видно, решил поднакопить плевки и отправить их одним, особо точным ударом. Удивляло, что Астафьев, несмотря на сквозную дыру в ноге, даже не хромал. Это было ненормально. Создавалось впечатление, что мне противостоит не живой человек, а голем.

— Предлагаю разойтись, — продолжил уговаривать меня Астафьев. — Согласен оставить всё в качестве штрафа.

Вопреки своим словам, он явно готовил к отправке какую-то сложную технику, которую я ему сбил Теневой стрелой, заодно вспомнив, что я маг и вроде как могу влиять на чужой разум. Повлиять не удалось: то ли разум не обнаружился, то ли защита имелась. Судя по астафьевской ехидной усмешке — последнее. Я тоже выставил единственный имеющийся в наличии щит — воздушный, и сразу после этого резко взвыла интуиция, заставив меня отпрыгнуть порталом.

На месте, где я только что стоял, расплылась странного вида чёрная клякса. Сразу вспомнилось подходящее заклинание у меня. «Удушающей тени» хватило того невнятного света, который давал астафьевский шар, чтобы сработать. Тень с пола закрутилась вокруг туловища моего противника и вцепилась полупрозрачными руками в его горло.

Вцепилась вроде бы не сильно, но Астафьев захрипел, выронил стилет и попытался отодрать от себя теневые ладони. Тем самым предоставив мне плацдарм для манёвра. Я рубанул топориком, попав в этот раз по шее. Тот меня не подвёл, и хотя голова полностью не отделилась, но однозначно перестала составлять единое целое с туловищем.

— Вот ведь скотина, — тявкнул Валерон и загреб задней лапой на труп. — Чего стоишь? Кровь просто так льётся, а у нас не стоит очередь желающих ею поделиться.

Я очнулся, метнулся к столу, где лежали приготовленные на такой случай контейнеры, и принялся торопливо их заполнять, пока кровь вся не вытекла на пол и не впиталась в доски. Успел заполнить только один. А потом встал вопрос, что делать с трупом. С учётом того, что козыревские наблюдатели так и не появились, наблюдали они так себе…

— Говорил я тебе, покупай второй участок, — тявкнул Валерон. — Сейчас бы в сортире притопили — и все дела.

— Мы и так притопить можем, — не согласился я. — Может, лучше труп сдать?

Валерон выразительно покрутил лапой у виска.

— Козырев играет в свою игру. Отдавая ему труп, ты принимаешь его правила, а значит, остаёшься без штанов, — убеждённо сказал Валерон. — Повезло, что на улице такой ливень — оттащим к соседям, никто не заметит.

Меня аж передёрнуло от подобного предложения: на улице было темно, холодно и очень мокро. Попав туда, я моментально вымокну и продрогну. Но надо. Пусть лучше посчитают, что Астафьев неудачно спрятался от ливня в полусгнившем туалете, свалился внутрь и с расстройства потерял голову. Поверит в это кто-то вряд ли. Но так и Астафьева не скоро найдут, если найдут вообще.

И всё же при мысли, что придётся опять возиться с трупом, да ещё и под дождём, меня начало потряхивать. Потряхивать? Внутри поселилось какое-то смутное беспокойство. Я огляделся и обречённо увидел зарождающееся искажение. Вопросы с трупом Астафьева отошли на второй план. Здесь как бы самому выжить. А не выживу — и меня сожрут, и труп.

В этот раз окошко было побольше, и твари лезли куда крупнее. Из плюсов: лезли по одной, и я уже получил кое-какой опыт по борьбе с ними. Из минусов: рубились они куда хуже, чем первые, и Валерон постоянно восторженно тявкал под руку про удачную покупку дома в хорошем месте.

Когда рядом с искажением образовалась уже приличных размеров куча, лезть из него внезапно перестали. Но не потому, что твари закончились, а потому что сейчас ко мне пыталось протиснуться создание размером намного больше, чем дыра, в которую у него свободно проходил только язык.

Огромный такой язык, метра на три, с присосками, жадно шарил по моему дому в надежде чем-то поживиться. Причём трупы тварей ему не подходили, а вот труп Астафьева, как только нащупал — сразу потянул в рот.

— Эй, мы его ещё не обобрали, — возмутился Валерон и вцепился зубами в сапог Астафьева. — По-фо-фи!

Поскольку для монстра с той стороны вес Валерона не показался очень уж значимым, утаскивание нашего трупа не замедлилось. Пришлось рубануть по языку. Повредить мне ничего не удалось, но с той стороны раздался возмущённый рёв. Труп выпал причем голова окончательно отделилась и закатилась под кровать, язык монстра быстро скрылся в искажении, а на нас уставился очень злой глаз.

— Чего смотришь? — ощерился Валерон. — Наше не трожь, пока мы всё не собрали. Потом жри.

Пока он болтал, я срезал с Астафьева одежду, чтобы в спокойной обстановке прощупать. Закончив, подвинул тело к искажению — мол, угощаю. И голову подкатил.

Монстр намек понял, и глаз опять сменился языком. Первой исчезла голова, а потом и туловище втянулось, как макаронина — с громким чавкающим звуком. После чего с той стороны раздался вздох.

— Нет у нас ничего больше! — истерично выкрикнул Валерон. — Вали отсюда.

— Пусть караулит, — не согласился я. — Главное, чтобы ничего в дыру не совал.

Поглядывая на искажение, я споро пластал срезанную одежду. Кристаллов в ней не было, а вот пара мелких артефактов и золотые монеты нашлись. В обуви не обнаружилось вообще ничего — не настолько прошаренным оказался Астафьев, как мой второй убийца. Ещё в качестве добычи мы получили астафьевское оружие и содержимое кошелька, где были и банкноты, и монеты. Всё это я просто бросал на пол, рассматривать буду потом, когда опасность уйдёт.