Доктор будущее

Показания приборов изменились. Управление кораблем перешло к людям, которые искали Парсонса. На видеоэкран вновь скачком вернулось звездное небо. Так же внезапно оно уступило дневному свету. День и ночь сменяли друг друга все быстрее; некоторое время спустя на экране исчез красный оттенок, зато появились зелень и синева. "Земля возродилась, - хмуро подумал Парсонс.
– Исчезла пустыня, восстановилось плодородие почвы". Прошли тысячи, да что там - миллионы лет. Корабль возвращался в прошлое. Это казалось непостижимым. Пытаясь освоить управление, он, похоже, добрался до конца времен. Вернее, до "темпорального потолка" машины.

Внезапно стрелки приборов и цифры на счетчиках замерли.

"Я вернулся", - мысленно проговорил Парсонс. Он поднял руку и коснулся клавиши на пульте. Автопилот отключился. Парсонс встал и подошел к выходу.

Несколько мгновений постоял в нерешительности. Затем раздраил и открыл люк.

На него смотрели мужчина и женщина с пистолетами в руках. За ними буйствовали краски. Он увидел деревья. Цветы. Здание.

– Парсонс?
– спросил мужчина.

С неба лился горячий золотистый свет.

– Да, - сказал он.

– Добро пожаловать, - гортанно, с хрипотцой произнесла женщина. Но пистолет не опустила.
– Выходите, доктор.

Он подчинился.

– Вы нашли меморандум?
– спросил мужчина.
– Инструкцию, которую мы отправили в будущее?

– Похоже, она долго меня прождала, - сказал Парсонс.

Незнакомцы вошли в кабину. Женщина взглянула на приборы и повернулась к мужчине.

– Хельмар, он побывал в далеком будущем. В самом конце.
– И взглянула на Парсонса:

– Вам повезло, что меморандум сохранился до того дня.

– Вы так и будете держать меня на мушке?
– спросил Парсонс.

Женщина прошла мимо него в узкий коридор и сказала, пряча пистолет:

– Шупо не видно. Похоже, все в порядке.

Хельмар тоже убрал оружие, а затем пожал Парсонсу руку.

– Дамы тоже подают руки?
– Женщина протянула Парсонсу кисть.
– Я слышала, в вашу эпоху это не было общепринято.

– Как вам понравилось далекое будущее?
– спросил Хельмар.

– Никак.

– Да, - кивнул Хельмар, - картина безрадостная.

Но до этого еще не один век, Земля будет меняться очень медленно. И к тому же человечество обживет другие планеты.

Собеседники с нескрываемыми интересом и волнением разглядывали Парсонса. Он и сам был изрядно взволнован.

– Доктор, не хотите ли чего-нибудь выпить?
– спросила женщина.

– Нет, спасибо.
– Он увидел на ближайших лозах деловитых пчел. А дальше, за виноградными шпалерами, шеренгой стояли кипарисы. К ним-то он и направился, а мужчина и женщина пошли следом. Парсонс остановился на полпути, набрал полную грудь воздуха - насыщенного пыльцой и запахами цветов воздуха середины лета.

– Перенос во времени - процесс труднопредсказуемый, - сказала женщина.
– Во всяком случае, для нас.

С точностью нам упорно не везет. Вы уж простите.

– Ничего, все в порядке.
– Парсонс, в свою очередь, внимательно рассмотрел мужчину и женщину.

У него еще были свежи воспоминания о городе молодых, здоровых и красивых людей, но она была настоящая красавица. Медная кожа слегка лоснилась на полуденном солнце. Скулы были широки, как и у всех, кого Парсонс встретил в будущем, а глаза черны, зато нос - иной формы, гораздо прямее. Необычность проглядывала в каждой ее черте, а главное, эта женщина выглядела старше всех. За тридцать, предположил Парсонс. Хорошо сложенное, мускулистое тело, пышные и длинные, до талии, темные волосы, ниспадающие на плечи и грудь. На дорогом платье с закрытым воротом, на груди, - сложный вышитый рисунок. Голова волка мерно поднималась и опадала вместе с дыханием женщины.

– Вы Лорис, - сказал Парсонс.

– Верно.

Он понял, почему она стала матерью-настоятельницей племени, почему так высоко ценился ее вклад в Духовный Куб. Об этом Парсонсу сказали ее глаза, изящные линии тела, высокий лоб. Стоящий рядом с ней мужчина во многом походил на нее. Точно такая же медная кожа, четко очерченный нос, роскошная черная шевелюра. И все-таки он проигрывал в сравнении. Простой смертный, подумал Парсонс.

Красивые, элегантные люди смотрели на него с пониманием и сочувствием. С присущей разумам высшего порядка готовностью помочь. А он глядел в их темные глаза, точно в зеркала собственной души; сверхчеловеческая воля, таящаяся в их глубине, заставляла его подняться на иной уровень сознания.

– Пойдемте в дом.
– Хельмар указал на ближайшее серое каменное здание.
– Там прохладней и можно сесть.

– И нет лишних глаз, - добавила Лорис, когда они шли по садовой дорожке.

Помахивая хвостом, к ним приблизился колли и запрокинул узкую морду. Хельмар задержался, чтобы почесать собаку за ухом. Свернув за угол здания, Парсонс увидел уходящий вниз террасированный склон, где ухоженная зелень сливалась с дикими зарослями.

– Здесь мы одни, - сказала Лорис.
– Это наш Вигвам, ему триста лет.

Посреди ухоженного газона Парсонс увидел еще один корабль для путешествий в пространстве и времени, вокруг него трудилось несколько человек.

– Вам это может показаться интересным.
– Лорис приблизилась к кораблю и взяла у одного из техников гладкий шар размером со спелый грейпфрут. Шар словно по собственной прихоти взмыл над ладонями Лорис, и она поспешила его поймать.
– Готов к отправке в будущее.
– Она указала на корабль.
– Там их тысячи.

– Наверное, когда вы нашли один из них, он выглядел не слишком новым, - предположил Хельмар.

Парсонс взял у Лорис шар, внимательно осмотрел.

– Я его впервые вижу.

Хельмар и Лорис переглянулись.

– Это радиобуй с инструкциями, - сказала Лорис.
– Один из них вы услышали в далеком будущем.

– Они передают на сотни миль, - уточнил Хельмар.

Они выжидающе смотрели на Парсонса.

– Разве вы не по радио узнали, как привести корабль обратно?

– Нет, - ответил Парсонс.
– Я нашел гранитный обелиск с металлической пластиной. А на пластине был текст.

Наступило молчание. Через некоторое время Лорис тихо произнесла:

– Это очень странно. Мы не отправляли в будущее никаких обелисков. Вы говорите, на нем были указания?

– Как проложить курс корабля?
– спросил Хельмар.

– Да, - ответил Парсонс.
– И послание было адресовано мне. Я прочел на нем свое имя.

– Мы отправили сотни передатчиков, - сказал Хельмар. Значит, вы так и не услышали ни один?

– Нет.

Мужчина и женщина заметно растерялись и смутились, и Парсонс задал себе тот же вопрос, что поставил их в тупик: куда подевались шары? Если плиту с гравировкой оставили в будущем не эти люди, то кто?