Долг
Шрифт:
Он молчал. Просто стоял рядом. Смотреть на него было реально стыдно. Я просто повела себя, как чокнутая дикарка.
— Зачем? — наконец спросил блондин. — У тебя закончились деньги? Если проблема была в этом, то я завтра занесу тебе кошелёк.
Я поморщилась. Всё к быту сводит. Не думает, что я пришла по другому вопросу. Я заслужила.
Давай. Сейчас или никогда! Скажи и уходи. Да и почему-то рядом с ним стеснение прошло. Наверное, падение и встряска поспособствовала тому, что мои мозги встали на место. Остаётся лишь сказать, просто вытолкнуть воздух из лёгких и жить с тем, что получится.
— Я хотела
Всё время, что говорила, я смотрела на его сапоги. Ощущала себя нашкодившей маленькой девочкой, которая отчитывалась перед матерью. Она у меня была правильной мамой. Делала всё так, что я осознавала свою ошибку, раскаивалась и приходила с повинной. Ощущения были похожими. И даже такая же лёгкость поселилась в теле после сказанного, будто я облегчила свою душу и помогла ей.
Пару раз вздохнув и выдохнув, я развернулась и медленно пошла дальше. Колени и ладони саднили, зато душа была чистой и свободной. Больше не сковывал страх быть отверженной, не чувствовала себя стервой и просто недостойным человеком. Я виновата, я извинилась. И это было искренне. Он был прав. Во многом.
Дома Виер поспрашивал меня о моём долгом отсутствии. Говорить о том, что я почти час пряталась за кустом, не стала, просто приврала, не более. Мы сели читать книги, изредка переговариваясь. Потом я ушла наверх, где с чистой совестью развалилась на кровати, обняв вторую подушку. Теперь было лучше. И если он пока не может вернуться, то я понимаю, ему тяжело. Тут же драчливая и сумасшедшая я. Вдруг покалечу его? Без шуток, я серьёзно. Опять переклинит, и я в драку брошусь. Но знаете, я, честно признаться, уверена, что такого просто больше быть не может. У меня тогда невинность забрали и я, как разъярённая медведица, бросилась в бой на обидчика, а теперь… у меня нечего отобрать. Просто нет ничего такого же ценного. Рецидив невозможен.
Спала хорошо. Наконец-то с чистой совестью повалялась по кровати, покрутилась, повертелась. Было здорово, и я, кажется, уснула поперёк кровати.
Утро тоже было замечательным, ладони болели, колени в синяках, зато душа окрылённая. Лежу, наслаждаюсь. Наверное, можно уже вставать. Привести себя в порядок и постирать свои вещи, а то накопилось уже. Потянулась и начала медленно садиться…
— Боже!.. — шуганулась я.
Увидела сидящего на полу Лорина. Он привалился к стене и спокойно взирал на меня оттуда. Внутри всё всколыхнулось и стало смешно. Я уронила лицо в подушку и пару раз вздохнула.
— Не хочу тебя пугать, но у меня постоянно именно это и выходит, — услышала я его размеренный голос.
Он здесь! Он в спальне!.. Это ж его… Ой. Да и даже если бы это была моя спальня, чего его пугаться? Сидит и сидит. Вон морковку ест. Что?..
Он и вправду сидел со здоровенной морковью в руках. Надкусанная уже. Впервые вижу его за поглощением… овоща. Нет, мясо с овощами он ел, но те были приготовлены, а тут в сыром виде… Диво дивное.И что он тут делает? Сонный мозг пока ничего плохого не делал, поэтому я подняла голову с подушки и чуть удивлённо глянула на ликана.
— Извини, что заняла твою кровать, просто Виер спит на моём диване, — тут же поняла я причину его сидения на полу.
Конечно, развалилась тут…
— Я не из-за кровати тут сижу, — вздохнул он, покачивая морковью.
Он сидел, согнув ноги в коленях и на них он положил свои локти, позволив рукам свободно свисать. Наверное, в другое время Лорин поднял бы меня среди ночи или тогда, когда пришёл… Непривычно, хоть и приятно.
— Почему тогда? — я поправила подушку и села.
Потёрла глаза и тут же вспомнила о ручках своих. Как я стирать буду?!
— Потому что ты извинилась, и я не знаю, что мне делать, — он тоже потёр глаза свободной рукой.
Он поэтому пришёл? Я сразу настроилась на нужный лад. Буду честной и вежливой, как всегда. Нет, не как всегда, обычно я говорю то, что хочет услышать ликан, но сейчас буду стараться выдавать только правду или хотя бы сглаживать углы колкой истины.
— Что делать? — чуть нахмурилась я. — Про что ты говоришь?
Тот вздохнул и укусил морковку. Такой угрюмый, но такой… какой-то родной. Он — гад, но… у меня ведь больше никого нет. И я хочу найти с ним общий язык не потому, что он мой последний шанс, хотя это не исключено, а потому, что он изменился.
— Для начала я не понимаю, что значат твои извинения, — посмотрел он нам меня чуть затравлено. — Я был уверен, что ты знаться со мной не хочешь, и твоё молчание это только подтверждало, а потом ты пришла…
Я закивала, понимая, о чём он. Вздохнула.
— Я извинилась потому, что давно задолжала тебе извинения, — искренне посмотрела я на него. — Я, правда, сожалею о том, что сделала…
Он смотрел прямо перед собой и кивал, принимая мои слова.
— Я принимаю твои извинения, — сглотнув, выдал мужчина, продолжая избегать моего взгляда. — А ты прими мои.
Я знала за что.
— Тоже принимаю, — сжала я пальцы на ногах. — Но я буду с тобой честна и скажу, что простить я пока не могу, но я тебя понимаю. Я и рада бы поступиться своими принципами, но воспитание мне не позволяет… Мне потребуется время, чтобы свыкнуться со своим положением и со всем произошедшим.
Знала, что это может всё испортить, но начинать общение со лжи не хотелось. Мы извинились! И он тоже! Зачем… он правильно всё делает, его вина больше моей, и он это знает. Очень хороший поступок… Захотелось его обнять и почувствовать такое забытое тепло и силу.
— Ты не была бы собой, если бы простила мне всё сразу, — чуть усмехнулся щетинистый блондин. — Я бы подумал, что тебя подменили.
Я тоже улыбнулась. Он понимает. Понимает!
Мы замолчали ненадолго. Становится всё легче и легче! А может, стоит спросить…?
— Ты вернёшься домой? — еле слышно пробормотала я.
На этот раз он посмотрел мне в глаза. Такой удивлённый и слегка потерянный взгляд…, будто я сказала нечто недопустимое.
— Ты хочешь, чтобы я вернулся? — поднял он растерянно брови.