Долг

— Я не хандрила, — защищаясь отвечаю я, — Я мстила за моего друга.

— Я сама могу о себе позаботится, и я не хочу быть отмщенной, — отвечает Молли. — Я выбрала эту жизнь. Так что сделай мне одолжение. Прости Финна, прежде чем его добьет чувство вины. Я единственный человек, которого он когда-либо обратил.

Я смотрю как Молли вытирает Финна, а когда она говорит, они так горячо смотрят друг на друга.

— Я постараюсь простить тебя, Финн, — вздыхая, говорю я.

Финн улыбается своей ангельской улыбкой и говорит:

— Спасибо, Женевьева.

— Если ты обратишь еще кого-нибудь из моих любимых, я тебя убью, — мягко добавляю я.

— Я постараюсь… — Финн замолкает, показывая самодовольство Gancanagh, одаривая меня самодовольной улыбкой.

Встав с дивана, я осматриваюсь. Все обугленное и промокшее. Вздохнув, я думаю, как все это убрать. Чтобы это выяснить, потребуется какое-то время. Почувствовав в комнате потрескивание энергии, я поворачиваюсь к Финну, который притягивает ее к себе.

Он начинает шептать какие-то слова, которых я не могу разобрать, и вещи начинают вертеться как волчки. Вокруг дивана, на котором мы только что сидели, начинает вращаться целый циклон. Резко останавливается, и возвращается в свою первоначальную форму без каких-либо признаков гари. Красивые тканные ковры тоже становятся абсолютно чистыми и больше не издают хлюпающие звуки при каждом шаге.

— Финн, это удивительно! — выдыхаю я, благодарная за то, что он избавился от беспорядка.

Я смотрю на страницы моей книги, которые были обуглены, сейчас они выглядят как новые.

— Спасибо.

— Не за что, — говорит он, затем берет Молли за руку, и они вместе идут к лестнице.

— Подожди, — догоняя Финна, говорю я.

Я хватаюсь за рукоять оружия в его руке, и он уступает его мне. Когда я касаюсь металла, он начинает вибрировать, что я могу описать только как — харизматично. Располагая молот между мной и Финном, мы оба слушаем его мелодию.

Оружие Финна отличается от оружия других парней. Песня более живая и беззаботная — если сравнивать с музыкой, которую я знаю, она скорее похожа на рок.

— Финн, судя по этой музыке, вокруг тебя должны виться множество женщин, — хихикаю я. — Мы должны положить эту мелодию на ‘Guitar Hero.

— Я получил свою часть, — отвечает Финн, пытаясь скрыть печаль от того, что снова услышал музыку из своего прошлого.

Наверное, я все еще чувствую враждебность к нему из-за того, что он сделал с Молли, потому что он смотрит на нее и сразу исчезает. Он до сих пор жалеет, что он с ней это сделал, и это его собственное наказание.

Глава 16 Казимир

Я провожу свои ночи в комнате Бреннуса, пытаясь спать одна в огромной кровати, представляя себе, что лежу рядом с Ридом. Иногда моя тоска по Риду так сильна, то мое сердце готово остановиться от боли. В те ночи я просыпалась и находила Бреннуса, сидящего в комнате и смотрящего, как я сплю. Он знает, что мне больно. Мы не говорим о тех случаях. Бреннус хочет заменить образ Рида в моей голове, так что, когда я вижу его образ вместо Рида, я просыпаюсь, забывая, что Рид далеко. Часть меня думает, что он сумасшедший, что он никогда не заменит мне Рида, а другая часть боится, что я потеряю образ Рида, вытеснив его из моего разума.

По крайней мере с того дня, когда Бреннус поцеловал меня при всех, он больше не целовал меня. Хотя он любит меня касаться. В данный момент, я чувствую себя как любимым питомцем. Он любит играть с моими волосами или мои крыльями, когда мы читаем в моей башне, или, когда я каждое утро завтракаю в его офисе перед тем, как начать свой день. Бреннус отодвигает все свои дела, чтобы провести время со мной, даже тогда, когда кто-то пытается привлечь его внимание по тем или иным проблемам. Он берет меня на прогулку вокруг его огромного поместья. Он показывает мне скалы и обрывы, где внизу море встречается с камнем. Хотя зима уже вступает в свои права, и становиться все холоднее и холоднее, я люблю там гулять. Я хочу облететь все скалы, увидеть пещеры, и все что над ними, но я не очень хорошо летаю, поэтому я сторонюсь слишком ветреных мест, где поток ветра может швырнуть меня о стену, скалы или бросить вниз об воду.

Узнавая меня лучше, Бреннус тоже начинает меняться. Я могу видеть это по подаркам, которые он дарит мне. Во-первых, он подарил мне смехотворно дорогой автомобиль, это самый элегантный автомобиль, который я когда-либо видела. Сидячие места в нем намного удобнее, чем кресла. Но, поскольку я не могу никуда уехать, только вокруг территории, это бессмысленно, так как я могу очень быстро по ней бегать. Затем он начал дарить мне ювелирные украшения, в таких количествах, что у меня уже нет места, где бы они не лежали. Всех форм, размеров и каратов, но, когда он заметил, что я ничего из этого не ношу, он стал умнее.

Поедая свой завтрак в офисе Бреннуса, я вижу, как он подвигает ко мне очень хорошо запакованную коробку. Я смотрю на нее так, словно это моя неизбежная расплата.

Продолжая намазывать желе на бублик, я спрашиваю:

— Что это?

— Подарок. Просто открой, — небрежно говорит он, глядя на меня с небольшой улыбкой.

Слизав желе с пальцев, я закатываю глаза и тянусь к коробке, надеясь, что это не очередное ювелирное изделие. Быстро разрывая упаковку, я открываю крышку коробки и вижу в ней пару кроссовок. С момента приезда сюда два месяца назад, у меня на ногах не было ничего, кроме четырехдюймовых шпилек. Неужели прошло только два месяца, спрашиваю себя я. Я чувствую, будто с тех пор как я в последний раз видела Рида, прошла целая вечность — так как вставая каждое утро, я на это надеялась. Я осторожно достаю обувь из коробки и обнимаю ее. Я не чувствовала себя так с тех пор, как приехала сюда.

Странное окружение, странная одежда и даже незнакомые ребята превратили мою жизнь здесь в каждодневную рутину. Я чувствую, что в любой в мою комнату кто-то заскочит и сшибет меня с ног.

— Ты самое непредсказуемое существо, — качая головой бормочет Бреннус. — Я дарю тебе ювелирные украшения, а ты беспокоишься о том, куда бы их положить; но я дарю тебе самую обычную обувь для тренировок, и ты радуешься им, как самой драгоценной вещи на свете.

— Бреннус, я не ребенок, — отвечаю я, улыбаясь его комментарию. — Если они такие блестящие, это не значит, что я их хочу. Но это больше похоже на меня.

— В твоей спальне есть кое-что еще, — говорит Бреннус, так, словно он проиграл какой-то важный бой и сейчас сдается на милость врагу.

Не думая, я поднимаюсь со своего места, и часть моего шелкового халата задирается, показав часть ночной рубашки. Я обвиваю руки вокруг шеи Бреннуса, обнимаю его и говорю:

— Ты купил мне джинсы?

— Ага, — самодовольно отвечает он, крепко обнимая меня в ответ.

— Спасибо, — с восхищением говорю я, быстро целуя его холодную щеку и отстраняясь от него.

В доли секунды я материализуюсь из офиса в спальню и вижу в моем шкафу кучу новой одежды. Некоторые из них все еще очень откровенные, но также там очень много удобной одежды для тренировок и боев, чем я все чаще и чаще занимаюсь с Финном, Молли и всей моей персональной охраной. Достав из шкафа черный дизайнерский спортивный костюм, прикладываю его к себе, пытаясь понять, как он будет смотреться на мне.

Я бегу в ванную переодеваться, слыша, как за моей спиной хихикает Бреннус.

— Ты снова тренируешься с Финном? — спрашивает он через дверь.