Долгий сон
Шрифт:
— А как поется на самом деле? — Тут же пристала к другу Мирра.
— «Я б отправился в путь, не щадя не себя, ни коня…» — начал негромко эльф. (Первая строка приведена в более позднем переводе Мирры Вранской). — Грустный мотив не требовал музыкального сопровождения. Постепенно командующий увлекся балладой, голос зазвучал громче и ниже. Очарованные его пением спутники подтянулись к Мирре и певцу. Когда прозвучала последняя фраза, Мирра, да и остальные слушатели в восхищении захлопала.
— Недурное исполнение! — Похвалил оказавшийся рядом дракон.
— Теперь твоя очередь. — Неожиданно предложил ему товарищ. — Давай, исполни нам что-нибудь драконье. — В фиалковых глазах мерцали озорные искры. — Ты ведь не оставишь этот раунд за мной? — Шепнул он проезжая мимо, чтобы занять место во главе колонны.
—
Известный всему Врану припев подхватили ехавшие в телегах землекопы.
Правительница сморщила короткий носик. Популярный мотивчик из приозерных трактиров ей не нравился, но в остальном путешествие складывалось на редкость приятно.
Мирра лично перетащила в сторону два камня, величиной с человечью голову. Вспотела, ободрала руку, испачкала в земле платье, после чего успокоилась и села в сторонке. Драконы лихо раскидывали с завала здоровенные глыбы и целые участки стен. Доставленные к Оль-Героху землекопы, подобно Мирре, замерли пока в отдалении, наблюдая за работой ящеров. Но дело двигалось не так быстро, как того хотелось бы правительнице. Как ни сильны были драконы, на месте обрушившейся башни все еще громоздилось… в общем, не понять что. Кучей это не назовешь, скорее похоже на засыпанную воронку. По краю торчали какие-то балки, каменные столбы — хотя колонн-то в Агад-Зере было, раз два — и обчелся. Однако же, в образовавшейся мешанине здоровенных округлых блоков было хоть отбавляй.
Мирра заскучала на солнцепеке. Сунулась к Хаэлниру, но тот все время напряженно пялился на руины (Что он только мог видеть за сплошной пеленой поднятой пыли?), и время от времени принимался кричать Эрсторгену и Г*Асдрубалу, как, да что им лучше выкапывать. В общем, с эльфом нормально поговорить не получилось. Правительница спустилась с горы и отправилась бродить по лесу. Места, кстати, вокруг были весьма приятственные, раньше всегда проезжала их в спешке, да и дела, приводившие ее в Оль-Герох, были сплошь безрадостные. Ведьма нашла в лесу крохотную полянку, завалилась на нежную молодую траву. Земля еще не успела прогреться, и по спине тут же потянуло холодком, но Мирра и не думала вставать. Вверху медленно качали кронами белоствольные березы. Солнце заглядывало в наполненный небом в зеленый колодец. Хорошо. И никакой Зилы, никакой Анеллы на многие мили вокруг, вообще ни одной симпатичной дамы поблизости. Праздник, да и только!
Повалявшись на солнышке, а после, побродив еще пару часов по окрестностям, правительница вернулась к руинам башни. Работы по разбору завала (Вот как полезно вовремя прогуляться!) значительно продвинулись. Теперь драконы отдыхали на краю воронки, а за дело принялись землекопы. Мелкие камешки весело летели с лопат. Шума и грома, пожалуй, поубавилось, зато пыли…
— Эрссер, — Мирра подсела к щурящемся на солнце дракону. Шкура его была покрыта толстым слоем грязи, но Змей и не думал отряхиваться, развлекаясь тем, что рисовал когтем на собственном пузе замысловатый орнамент.
— Г-хм? — отвлекся он от своего увлекательного занятия.
— А что мы станем делать, когда отроем портал?
Дракон на секунду задумался.
— Что вы в прошлый раз делали с Верлейном?
— Ну, мы просто подошли и… вроде как прыгнули. А! Мы еще взялись перед этим за руки.
— Интересная деталь. — Змей улыбнулся, блеснув белоснежными клыками. Алмазные фиксы он давно не носил, но и без них зубы сверкнули на солнце, словно брильянтовые. — Что потом?
— Потом — все. Я вывалилась в снег в Остролесье. Я же тебя сто раз рассказывала!
— Думаю, мы поступим примерно так же. — Заявил дракон. — Конечно, спросим сначала нашего высокомудрого эльфа. — Змей кивнул на продолжавшего командовать раскопками Хаэлнира. — Но вряд ли он придумает что-то принципиально новое. Возьмемся все за руки… (Торки я не пущу! —
предупредила Мирра. И Змей согласно кивнул.) Втроем. Шагнем в загадочную дверь. Только на этот раз все станем думать о мире Создателя.— Вот этого-то я и боюсь, — призналась ведьма, — в прошлый раз Верлейн точно думал о чем-то подобном. И что? Прихлопнуло его дверью — вот что!
— Вынужден вас разочаровать. Верлейн, где бы он ни находился, все еще жив. — Эльф подошел незаметно. Пристроился на пригорке рядом с драконом. Хмыкнув, дорисовал у него на животе изящный завиток. — Вот теперь узор получился законченным. — Заметил между прочим.
— Откуда ты знаешь? — Не слишком поверила правительница. Выразительная драконья морда тоже изобразила сомнение.
— Помнишь, то колечко, что Вейл надел барону Ундоку? — командующий вопросительно взглянул на Мирру.
— Да.
— Наш маг любил заводить слуг подобным образом. Таким же манером он окольцевал парочку драконов. Один из них, служит в замке в Урфиндаре [22] . Так вот, когда туда явился Вольд, и пошли слухи, что Верлейн отправился в Чертог [23] , твой зеленый сородич попытался снять кольцо, но не сумел.
22
Урфиндар — столица Урфийского княжества.
23
Чертог Ожидания — место, куда, по преданию, попадают души умерших, перед тем, как отправиться в Эрею (Страну мертвых).
— Я тоже не могла снять браслеты, хотя Аргол и сдо… то есть умер.
— «Капкан Аргола» — другое дело, он действовал безотносительно изготовившего его чародея. А кольца послушания заставляют служить определенному хозяину. Какая иначе была бы польза тому же Вейлу, если бы его окольцованные выполняли приказы первого встречного?! Раз кольца работают — их хозяин жив.
Мирра проснулась среди ночи, на сердце было тревожно, толи приснилось что-то, толи какой-то звук выбился из монотонного «плеска» травы и стрекотанья ночных прыгунов за стенами палатки. Ведьма тихонько выбралась наружу. Пора было прогуляться за ближайшие кустики, должно быть именно «это» ее и разбудило. Поеживаясь от ночной прохлады (под боком у дракона было не в пример теплее), побрела к развалинам. Легко сказать — кустики! Лес остался у подножья, а здесь были обломки стен да груды мусора, не станешь же присаживаться за кучей, которую может уже завтра придется самой и раскидывать. К тому еще и палатки землекопов стояли по соседству. Ведьма двинулась вдоль края воронки, подыскивая местечко поукромнее. Наконец она сочла, что отошла достаточно далеко, чтобы утром Хаэлнир, выйдя из своего шатра, не наткнулся на неэстетичное пятно. Присела за горкой кирпича. Внизу, среди развалин что-то голубовато блеснуло. Мирра поспешила закончить свои дела, одернула платье. Свечение могло быть игрой лунного света на полированной поверхности какого-нибудь мраморного обломка. Но после того, как она поднялась во весь рост, в самом центре воронки стало отчетливо видно перламутрово-голубое «нечто». Правительница бросила взгляд в сторону палаточного городка. Судя по всему, никто кроме нее не видел странной звезды зажегшейся посреди камней. Синее пламя не выглядело опасным, напротив оно звало дотронуться до мерцающих сапфировых лучиков, и она поддалась влечению. Ноги сами привели на дно раскопа, да так ловко, что не сдвинулся ни один камушек в коварных осыпях. Теперь оставалось только протянуть руку… Хотя нет, пожалуй стоит подойти еще чуть-чуть поближе.
— Мирра! — На вершине завала появился Эрссер. Громкий оклик заставил умолкнуть хор прыгунов в траве.
Ведьма помахала мужу рукой, привлекая внимание. Кричать ей не хотелось — вдруг спугнет «это»? Она сделал еще шаг.
Чем-то это напоминало ее визит в Храм Двух Сестер. Тогда серые стены храма тоже расплылись, а потом они оказались посреди поделенного надвое тронного зала. Но сходство, конечно, было самое общее. Здесь тоже мир «дрогнул», но не расплылся цветными ручейками, просто над Миррой, вместо ночного неба оказался светлый потолок, а вокруг — стены пустой, но вполне обычной комнаты.