Доля секунды

— Восемь лет назад и я был таким. Но у меня имелся друг, сомелье, он и научил меня всему, что я теперь знаю. — Кинг опустил бокал на столик. — Как вы насчет обмена информацией? Quid pro quo.

— Готова — в разумных пределах.

— Тогда я первый. Джоан Диллинджер была в отеле.

— В вашем номере?

Кинг покачал головой:

— Ваш черед.

Мишель немного поразмыслила.

— Я разговаривала с одной из горничных, работавших в отеле во время убийства Риттера. Ее зовут Лоретта Болдуин. В то утро она прибиралась в вашем номере и нашла свисавшие с люстры черные кружевные трусики. — Мишель помолчала. — Вы ведь были тогда женаты?

— Мы разошлись. Жена обзавелась привычкой спать в мое отсутствие с другими мужчинами.

— И потому вы пустились в загул с Джоан Диллинджер?

— В то время это казалось чем-то большим, чем загул.

Мишель наклонилась к нему:

— Насчет лифта…

— Ваша очередь. И я уже устаю напоминать вам об этом.

Мишель вздохнула:

— Лоретта сказала мне, что спряталась в кладовке, расположенной неподалеку от зала, в котором убили Риттера.

Кинга это заинтересовало:

— Зачем?

— Перепугалась до смерти и пустилась бежать. Как и все прочие. А теперь насчет лифта.

— Почему он не дает вам покоя? — спросил Кинг. — Я просто смотрел в ту сторону, вот и все.

— Не думаю. Я же слышала шум на пленке. Звук как от пришедшего лифта. А поскольку все лифты были заперты Секретной службой, я поняла, что в этом находился ее агент, потому что кто же еще мог беспрепятственно войти в лифт? И готова поспорить, что агентом этим была Джоан Диллинджер.

— Даже если все сказанное вами — правда, сейчас оно уже не важно. Риттер умер из-за моей оплошности. И извинить ее нельзя ничем.

— Да, но если вас отвлекли намеренно, получается уже совсем другая история.

— Нет, не намеренно. Уверяю вас.

Сотовый телефон Мишель зазвонил. Она ответила на вызов.

— Да, это… Кто?.. Да, верно. Я с ней разговаривала. Откуда у вас мой номер?.. Карточка? А, верно. — Она послушала еще немного и вдруг побледнела. — Господи, мне так жаль. Когда это случилось?.. Понимаю. У вас есть номер, по которому я смогу вам позвонить?

Она щелкнула крышкой телефона, достала из сумочки ручку и бумагу, записала номер телефона.

Кинг вопросительно смотрел на нее:

— Вам не по себе? — Он положил на ее дрожащее плечо крепкую ладонь. — Что случилось, Мишель?

— Женщина, о которой я говорила, та, что работала в отеле, — звонил ее сын. Она мертва.

— Что произошло?

— Ее убили. Я задала ей кучу вопросов об убийстве Риттера, а теперь она мертва.

Кинг вскочил на ноги:

— Ваша машина заправлена?

— Да, — недоуменно ответила Мишель. — А что?

— Я позвоню людям, с которыми у меня назначена встреча после полудня, и переговорю с ними.

— Переговорите? О чем?

— Скажу, что не смогу с ними встретиться. Что должен уехать.

— И куда вы поедете?

— Не я — мы с вами. Поедем в Баулингтон, штат Северная Каролина, и попробуем выяснить, почему Лоретты Болдуин больше нет в живых.

Он повернулся к двери.

Сбитая с толку Мишель осталась сидеть:

— Не уверена, что мне хочется туда ехать.

Лицо Кинга посуровело.

— Вы свалились мне на голову и задали кучу вопросов личного характера. Вам нужны были ответы, и я их дал. Теперь и мне стало интересно. — Он помолчал, а потом рявкнул: — Пошевеливайтесь, агент Максвелл. У меня не весь день в запасе!

Мишель вскочила на ноги.

— Да, сэр! — автоматически выпалила она.

Забравшись в ее машину, Кинг не сумел скрыть охватившего его отвращения. Он поднял с пола обертку, в которой еще оставался кусок очерствелого «энергетического шоколада». На заднем сиденье были навалены весла, спортивные костюмы, теннисные туфли, туфли вечерние, юбки, блузки, рейтузы, так и не вынутые из упаковки. Бог знает, что там таилось еще: в ноздри ему бил запах подгнивших бананов.

Он взглянул на Мишель:

— Никогда, никогда не приглашайте меня к себе домой.

Она улыбнулась:

— Я же вам говорила, что я неряха.

— Это лежит за пределами неряшливости, Мишель. У вас не машина, а самоходный мусорный бак, полная и окончательная анархия на колесах.

— Как философично. Только прошу, называйте меня Мик.

— Вы предпочитаете Мик вместо Мишель? Мишель — классное имя. А Мик отдает побитым на ринге боксером.

— Секретная служба все еще остается миром мужчин.

— Кстати, о Службе, есть что-нибудь новое насчет исчезновения Бруно?

— Ничего. Ума не приложу, зачем было взваливать на себя, похищая Джона Бруно, столько хлопот, включая убийство агента Секретной службы, а возможно, и человека, с которым Бруно приезжал проститься, а после даже не попытаться извлечь из похищения хоть какую-то выгоду.

— Ну да, Билл Мартин, покойный, — я так и думал, что его тоже, скорее всего, убили.

Мишель удивленно взглянула на него:

— Почему?

— Они не могли, составляя свой план, исходить из того, что Билл Мартин загнется точно по их расписанию.

— Ваши способности к анализу впечатляют.

— Следователем я был гораздо дольше, чем живым щитом. — Кинг выглянул в окно. — Кстати, Джоан Диллинджер недавно предложила мне помочь ей в поисках Бруно.

Машину Мишель едва не снесло с дороги.

— Что?!

— Люди Бруно подрядили ее фирму, чтобы та отыскала его.

— Но зачем привлекать к этому вас?

— Она дала мне объяснение, да только я ему не поверил. Так что зачем — я не знаю.

— Вы собираетесь согласиться?

Кинг взглянул на нее:

— А как по-вашему? Стоит?

Мишель бросила на него быстрый взгляд:

— Почему вы спрашиваете меня?

— Вы, похоже, питаете на ее счет подозрения. Так соглашаться мне, Мик?

— Первое, что я сказала бы вам, повинуясь порыву, — нет, не соглашайтесь.

— Почему? Потому что это может обернуться для меня самыми печальными последствиями?

— Да.

— А второй ваш ответ, несомненно, куда более своекорыстный и мягкий, чем первый?

Мишель виновато улыбнулась: