Должник

– Какой бред, – и очередная пуля срезала очередную ветку с рядом растущего дерева. – Ты все же маньяк.

Он вздохнул. У девушки была слабая выдержка, а так… Болтовня в такие минуты всегда казалась ему неестественной, чем-то напоминающей экранную. Но сейчас… Сейчас он готов был поменять свое мнение. Может, оттого, что девушка в некотором смысле ему даже стала нравиться. Тем, что не собиралась так просто умереть.

– Нет. Я вполне здравомыслящий человек, – продолжил он. – До сих пор я не сомневался в этом. И не хочу делать это сейчас. Видишь ли, я инструктирую людей. Я инструктирую тех, кто хочет стать наемным убийцей.

Ничего не прозвучало в ответ. По всей видимости, такого не ожидали.

– Иногда я требую от своих учеников демонстрации полученных навыков. Я им выбираю наугад человека, и они должны его убить. Любого – чисто случайно мне повстречавшегося.

– То есть?! – в возгласе прозвучали и удивление, и потрясение.

– Я выбрал тебя на роль жертвы. Ты мне подвернулась. Ты оказалась тем случайным человеком, на котором мой ученик должен был отработать конечный этап учебы. Ты очень подходила на эту роль – мне так казалось. И тут была еще одна причина – ты приглянулась моему ученику.

– И ты говоришь, что нормальный, – с чувством воскликнула девушка и послала очередную пулю в сторону Ильи. – Значит, ты вот так… Невинного человека…

– Работа у меня такая, – вздохнул Илья. – Тем более, я верю в переселение душ.

– Что?!

– Ну, что душа умершего человека перевоплощается в нового. Понимаешь? Получается, что я даже не убил никого. Просто ускорил процесс перевоплощения.

– Лихо! – не без издевки выдала девушка.

– Но ты оказалась не совсем простой жертвой. В том смысле, что ты неожиданно не захотела умирать. Ну просто поразительно… Я ведь посчитал, что ты обычная смертная. Но оказалось, я напоролся на кого-то другого. Может, теперь ты мне скажешь – кто ты такая?

– Снегурочка, – нервно хохотнула она.

– В другое время у нас получился бы неплохой тандем – Санта-Клаус и Снегурочка. Но не теперь. Тем паче что у тебя вчера появился спутник, который неплохо владеет оружием.

– Что, – довольно съязвила девушка, – не ожидал? У тебя плохой глаз. Ты не очень хорошо выбираешь из случайно встреченных людей обычных смертных. На этот раз ты сделал плохой выбор.

– Бывают ошибки, – признал Илья.

– Большие ошибки, – со злостью поправила она, а следом раздался щелчок.

Выстрела не последовало. Стрелять Миле больше было нечем. И запасного магазина она не имела. По поводу чего, не сдержавшись, она громогласно выразила возмущение.

– Что, – поинтересовался Илья, выходя из укрытия и направляясь к шатенке, – нечем палить? Ты не слишком выдержана. Нужно, в конце концов, себя сдерживать. Я мог бы с тобой позаниматься. Мне кажется, из тебя получился бы неплохой стрелок, но… Но, как понимаешь, мне не до тебя.

Он приближался к девушке и не боялся, что та бросится бежать. Миле некуда было бежать. Если только не прямо на него. Потому что позади… Позади дом упирался в высокий забор, через который девушке было не перелезть.

– Н-да… Ты оказалась не совсем обычной жертвой. В том смысле, что почему-то не захотела умирать, как все. И мне вот приходится доделывать работу за своего ученика. Прискорбно. Однако… Ведь все в конечном итоге решилось. Не находишь?

Он остановился возле нее.

Мила все же отошла назад и стояла в метре от забора, покусывая губу и сжимая в руке уже ставший бесполезным пистолет.

Он усмехнулся. Она на самом деле была прекрасна. Даже сейчас, когда попала в капкан. Он хотел когда-то с ней познакомиться. Хорошо, что не сделал этого.

Мила встретилась с ним взглядом.

– Никаких обид, – проговорил он.

– А я ведь тебя где-то видела, – Мила стояла бледная, едва не плача от досады.

– Ну да. Мы вместе отдыхали в одном кафе. Ты и моего ученика видела. Он даже умудрился познакомиться с тобой.

Кажется, она поняла, о ком говорил Илья. Но ей уже было без разницы. Ведь предстояло умереть.

2

Илья в раздумье почесал стволом пистолета себе висок, а затем принялся рассуждать:

– Я знаю, где ты снимала комнату. Это не здесь. Но ты пришла к этому дому и открыла дверь ключом. Откуда ключики? Скорее всего, тебе их дал твой давешний спутник. А раз дверь была заперта – значит, в доме никого нет. Логично? Логично. Следовательно, остается дождаться твоего дружка.

И, не услышав ответа, довольно констатировал:

– Я рад, что ты согласна с моими выводами.

Взгляд Ильи неожиданно остановился на сумке, которая стояла возле крыльца. Он припомнил, что именно с этой сумкой двигалась девушка, усмехнулся и, поглядывая за Милой, двинулся боком к крыльцу.

Когда он раскрыл замок сумки, то, не удержавшись, присвистнул:

– Вот как! Ты неплохо упакована, девочка.

На лице у Милы застыла злость. Она словно забыла, что находится под прицелом, и решительно двинулась вперед.

– Это не твое! – выкрикнула она.

– Правда? – Илья выставил руку вперед.

Мила остановилась.

«Что ж! Остается дождаться ее товарища. Только почему нужно дожидаться с этой девчонкой?»

Смысла ждать с нею не было никакого. А значит… Губы Ильи искривила зловещая усмешка.

А затем раздался скрип калитки.

«Надо же, – успел подумать Илья. – Как это не вовремя».

Глава 11. Косарев

1

Мы доехали на такси до одного из частных домов, возле которого Артур приказал водителю остановиться. Он выбрался сам и даже не обернулся, чтобы проверить, выскочил ли я за ним следом. Он и так знал, что я не отстану.

И я не отставал. На лице у Ивина были решительность и кое-что еще… Это кое-что я узнал, когда увидел, как он идет по тропинке к двухэтажному особняку. Он шел походкой человека, знающего, что ему нужно и как этого добиться. Он был уверен в правильности своих поступков.

А вот я уже не столь был уверен в своих. Когда я сел беседовать с Артуром, мне казалось – это лучшее, что можно придумать. Теперь я уже не стал бы столь категорично это утверждать.

Артур узнал все о своей сестре. За исключением – кто скрывается под маской гориллы.

Он хотел это узнать, поэтому сейчас двигался в жилище, которое снял по приезде в городок.

В доме нас встретила симпатичная девушка. На вид ей было лет двадцать пять, одета она была в джинсы и топик. Глаза ее излучали странный блеск, который можно было назвать соблазнительным, дьявольским или просто загадочным. Определенно сказать, что он выражал, я не мог.