Дом Солнц

— Союзника мудрее или могущественнее Горечавкам не найти, — отозвался Чистец. — Поэтому мы обязательно поможем вам вернуться к своему народу.

Я замерла — до меня постепенно доходило, к чему он клонит.

— К несчастью, у нас нет средства передвижения, — посетовал Каскад. — Разумеется, проще отослать данные в Кольцо Единорога, но в этом случае, пока они не попадут на главный диск, не исключен перехват. Сигнал может исказиться или не достигнуть цели. Если мы переправим данные лично, машинный народ гарантированно получит их в первозданном виде. Мы также позаботимся, чтобы ответные меры были приняты с должной оперативностью.

— Нельзя забывать о Геспере. — Каденция повернула серебряную голову и перехватила мой взгляд. — Если на Невме не случится чудо, единственный шанс спасти его — отправить домой на самом быстром корабле.

— Вам нужны «Серебряные крылья», — прошептала я.

Каденция кивнула:

— Мы изучили технические характеристики всех кораблей на орбите Невмы. Все они быстры, но ваш способен развить скорость, максимально близкую к скорости света. К тому же у «Серебряных крыльев зари» наибольшие шансы выдержать длительный, даже по меркам Линии, перелет. Снижать скорость ради ремонта или апгрейда не получится.

— Они осмотрели корабли и сделали расчеты, — сочувственно проговорил Чистец, словно сам в этом не участвовал. — На твоем корабле у них больше всего шансов вернуться домой, причем вовремя, пока Гесперу не стало хуже.

— Твой корабль тоже быстр, — напомнила я.

— «Голубянка красивая» разгоняется быстрее, зато крейсерский потолок у нее ниже, чем у «Крыльев», а это принципиально.

— Мы постараемся вернуть ваш корабль, — заверил Каскад. — Считайте, что не подарили его, а сдали в аренду.

— Так через миллион лет я получу его обратно?

— Портулак, «Крылья» у тебя куда дольше миллиона лет, а тут меньший срок, он не должен тебя шокировать.

— Чистец, ты просто гений, — процедила я, отвернувшись от роботов.

— В каком смысле? — мигом заинтересовался тот.

— Придумал, как мне подкузьмить. Это наказание? Ты наказываешь нас с Лихнисом за сожительство и за опоздание. Плевать на то, что мы привезли пятерых шаттерлингов, которые иначе погибли бы. Плевать, что доставили Геспера и пленных. Нас должно наказать, пусть даже неофициально, не от имени Линии, а втихаря.

— Портулак, пожалуйста, только не перед гостями. Речь не о наказании, а о широком жесте, который мы просим тебя сделать.

Я с безысходностью поняла, что не выиграю, что любые попытки настоять на своем, во-первых, тщетны, во-вторых, наверняка выйдут мне боком в будущем.

— А на каких основаниях ты меня просишь? — поинтересовалась я. — Ты можешь вносить предложения, а не определять политику Линии. Такие вопросы решаются голосованием.

Чистец кивнул:

— Если вы с Лихнисом оставите нас на минуту, мы проведем голосование. Нужно простое большинство — на повестке не серьезный вопрос, вроде отлучения, а лишь перераспределение собственности.

Я огляделась по сторонам. Человек двадцать поддержат меня, только этого мало. Остальные наверняка встанут на сторону Чистеца.

— Не хочу унижаться, — буркнула я. — Забирайте корабль.

— В таком случае мы забудем твою недавнюю вспышку. Понятно, ты привязалась к кораблю. Мы все тебе сочувствуем.

— Спасибо, Портулак! — хором поблагодарили Каскад и Каденция. — Вы очень великодушны. Обещаем хорошо заботиться о вашем корабле.

— А что будет со мной? — спросила я Чистеца. — Что мне делать без «Крыльев»? Когда все улетят с Невмы, я останусь здесь?

— Ну, ты же среди друзей, — напомнил он.

— Мне так не кажется.

— Ничего, привыкнешь.

— Привыкать ей незачем, — заявил Лихнис, а когда вскочил из-за стола, крошки так и полетели у него с коленей. — Скажу больше: если она привыкнет, то очень меня разочарует. Надеюсь, вас, говнюков, совесть потом не замучит. — Он свирепо оглядел сидящих. — Знаю, не все вы проголосовали бы против Портулак, только слов поддержки что-то не услышал. Ни от тебя, Аконит, Ни от тебя, Волчник.

— Это лишь корабль, — напомнил Аконит. — Братан, да не заводись ты так.

— Это ее корабль! У Портулак он так долго, что вам и не упомнить!

— Тогда скинемся и купим ей новый, — предложил Аконит и с тревогой огляделся, словно искал единомышленников.

— Ничего, обойдусь, — заверила я, хотя внутри все кипело от ярости. — Пусть забирают. Если бы Чистецу хватило такта попросить, а не потребовать, я и сама отдала бы «Крылья» роботам.

— Простите, что из-за нас столько неприятностей, — проговорили Каскад и Каденция.

Захотелось излить гнев на них, но я сдержалась:

— Вы не виноваты. Я не сержусь за то, что вам нужен мой корабль. Понимаю: вы только хотите помочь Гесперу.

— Нам важно довезти его живым, — сказала Каденция.

— Вы даже не представляете насколько, — добавил Каскад.

Молочно-белая ладонь касалась серебристой — роботы держались за руки.

После завтрака как минимум десять шаттерлингов подходили ко мне по одному, по двое и на разные лады выражали гнев и сочувствие. Первым побуждением было огрызнуться: «Что же вы за завтраком меня не поддержали?!» — но я вовремя прикусила язык, напомнив себе, что по большому счету дешево отделалась по сравнению с выговором, который теоретически могла получить.

«Это несправедливо, — слышала я из разных уст. — Ты заслужила нагоняй, а не такое. Хотя, если Чистец на этом успокоится, считай, тебе повезло. Могло быть куда хуже».

— Да, но ведь и лучше быть могло, — отвечала я, отвергая сам факт заслуженности наказания. — Кто заставлял Чистеца ко мне придираться?

— Думаешь, он отвел душу? — спрашивали шаттерлинги. — Или и Лихниса травить начнет?

— Отвел, отвел он свою душу. Чистец знает, что, уев меня, он уел и Лихниса. Чересчур мстительным выглядеть не пожелает — он же у нас гигант политики.

Одни предлагали помочь с новым кораблем, другие советовали попользоваться лучшим кораблем из моей коллекции, третьи просто подбадривали. Как ни странно, подбадривали не только друзья, но и те, кого я друзьями никогда не считала. Я, хоть и растроганная их участием, понимала: голосование обернулось бы против меня. Оставалось утешаться тем, что с завтрака я ушла, гордо подняв голову. Вспышку мне простят: я ведь сказала вслух то, что у многих было на уме. Даже от моих врагов не ускользнула циничность наказания. Будь мой корабль самым медленным и ненадежным, Чистец все равно заставил бы отдать его роботам.