Дом Солнц

— Стрелять будем прицельно и подобьем «Крылья», чтобы не пострадали экипаж и пассажиры, — сказал Чистец. — Сейчас это оптимальный вариант.

— С Портулак кто-нибудь связывался? — спросил Горчица.

— Мы сигналим ей с тех пор, как «Крылья» покинули орбиту Невмы, — ответил Чистец. — Она молчит.

— Что не доказывает ровным счетом ничего, — парировал я. — Если корабль захватили роботы, им с нами разговаривать не о чем.

— По-твоему, Портулак еще жива? — спросила Пижма.

— Надеюсь.

— Это не ответ.

— Другого предложить не могу. Давайте не будем об этом, пожалуйста.

К счастью, Пижма не настаивала.

— Прежде чем займемся «Серебряными крыльями», нужно обратить внимание на один момент, — проговорила Лебеда, барабаня ногтями по призрачному столу. — Если корабль захватили роботы, можно предположить, что они действуют от имени машинного народа. Обстрел «Крыльев», даже с целью замедлить, может быть истолкован как враждебное действие, а с определенной позиции — как объявление войны.

— Они же не идиоты, — возразил Лопух. — Это единичный случай. Наш корабль вывели с орбиты без должных объяснений. Мы имеем полное право вернуть собственность Линии.

Лицо Лебеды дышало непреклонностью, было ясно, что возражений она не потерпит.

— Я сказала «с определенной позиции», — напомнила она. — Нас могут, как минимум, исключить из Союза. Нет нужды объяснять, сколь катастрофичны будут последствия для Линии Горечавки, особенно в этот час. В худшем случае мы спровоцируем роботов на акт возмездия.

— Мы обоснуем свои действия, — проговорил Чистец.

— Надеюсь, кто-нибудь нас послушает. Между этими двумя вариантами целая уйма дополнительных, и почти все они плохие. На нас может напасть другая Линия — просто чтобы показать роботам свою силу. Если против нас объединятся несколько молодых цивилизаций, малой кровью тоже не отделаться.

— Тех, кто осмелится, разобьем наголову, — пообещал Чистец. — И роботов тоже, если они посмеют ополчиться против нас. Несмотря на их силу и быстроту, мы существуем куда дольше их.

— Не будем забегать вперед, — сказал я, надеясь образумить остальных. — Нам мало известно об этих двух роботах, да и о машинном народе в целом, если уж на то пошло.

— К чему ты ведешь? — спросил Горчица.

— К тому, что не нужно спешить с выводами. У нас уже есть основания считать, что первопричиной засады стал мой полет на Вигильность. Повод лететь туда был и у доктора Менинкса, и у Геспера. Возможно, он был и у Каскада с Каденцией.

— Роботы прилетели к нам, — напомнил Щавель.

— Моей точке зрения это не противоречит. Ни с того ни с сего Вигильность оказалась в центре внимания, а из-за моей нити это внимание коснулось и нас. Вполне вероятно, роботы решили, что мы для них интереснее.

— Не пойму, с какой стати, — с сомнением отозвался Щавель. — Почему бы не полететь прямо на Вигильность, раз она всех так интересует?

— Вигильность не имеет дел с роботами — признает только органический интеллект. Почему — спросите у самих кураторов. Геспер собирался выдать себя за человека. Для этого потребовались бы большие жертвы: физические возможности пришлось бы урезать до предела и у него могло не получиться. Вероятно, Каскаду и Каденции таких сложностей не хотелось или они заранее решили, что риск разоблачения слишком велик. Представляете некрасивую ситуацию: людей-машин уличили в попытке внедриться в человеческую цивилизацию? Галактику вполне мог охватить дипломатический кризис, причем без усилий с нашей стороны. Поэтому роботы и прилетели к нам — выяснили, что мы получили от Вигильности информацию, имеющую стратегическую ценность. Они понадеялись раздобыть эти данные у нас, минуя Вигильность.

— Считаешь, они так пристально следили за нами? — спросил Щавель.

— Кто-то же следил, — отозвался я, устало пожав плечами.

— По-твоему, роботы связаны с Домом Солнц? — поинтересовался Чистец.

— Все взаимосвязано, — ответил я, — но это не значит, что все преследуют одну и ту же цель.

— Я был готов поверить, что мы вызвали гнев другой Линии, — начал Чистец. — Что засада — расплата за что-то совершенное много циклов назад, за оплошность, которой мы тогда не придали значения.

— Но сейчас ты так не думаешь, — продолжил его мысль я.

— Нет, если тут замешаны роботы. И не нужно себя обманывать — они тут замешаны. — Чистец оглядел участников дискуссии. — При всем уважении к Эспарцет…

— Похоже, ее использовали, чтобы добраться до нас, — перебил я. — Получается, машинный народ интересуют все наши дела. Роботы отправили Геспера. Каскада с Каденцией, по-моему, тоже. Вопрос лишь в том, одинаковые ли у этих посланцев цели.

— Разве это не очевидно, если все они из машинного народа? — спросил Щавель.

— Ничего подобного. Как и люди, роботы могут быть непослушны и непокорны. — Стоило задуматься о недавних событиях и поискать в них логику, начинала болеть голова. Я прижал пальцы ко лбу. — Я лишь говорю, что Каскад и Каденция могли исполнять другой приказ или иметь большую свободу действий.

— По мне, так они не особо усердствовали, — заявила Пижма. — Прилетели на сбор, уцелели в бойне, погостили на Невме и согласились вернуться домой с новостями о засаде. Что я пропустила?

— Почти ничего, — отозвался я. — Единственное: Каскад и Каденция улетели с Геспером, чего наверняка не планировали. Помимо того — если роботы не коварнее, чем нам казалось, — они вряд ли проникли в наши тайны или выяснили на Невме больше, чем мы. По-моему, на допросах они почти не присутствовали, словно не очень-то ими интересовались.

— Может, они заранее знали все, что скажет Синюшка? — предположил Горчица.

— Если людей-машин не интересуют наши секреты и рассказы пленных, что же им нужно? — спросил Щавель.

— Очевидно, другое, — ответил я. — Нечто мозолящее нам глаза, нечто столь очевидное, что мы не замечаем, или же нечто, совершенно нам неизвестное.

— Но имеющее к нам отношения, — уточнил Горчица.

Тут впервые заговорило расплывчатое имаго Калгана:

— Простите, что вмешиваюсь, но, по-моему, ясно одно: угон не в стиле Портулак. Соглашусь с Лихнисом — ее наверняка обманули роботы. Не стоит забывать: именно они завели разговор о том, что им нужен быстрый корабль. Портулак не повезло, что подошли именно «Крылья» и что именно она заслуживала наказания.