Домина

Она повернула запястье и вытащила настоящий бриллиант Домины из пространства между. Она передала его Сирене.

— Это твое.

Сирена благоговейно приняла его от нее.

— Ты смогла это сделать.

— Да. Прости, что так долго.

— Что произошло? — осведомился Каэл. — Почему она застыла?

Сирена повернулась к нему.

— Это подделка. Я отдала настоящий бриллиант Вере, чтобы она прошла в комнату Дома и восстановила магию. А я носила схожий бриллиант. Это Калианы. Она хотела бы, чтобы я его вернула.

— Вы… обхитрили злую богиню? — рассмеялся Каэл.

— Она изобретательная, — сказал Дин.

— Я заманила ее бриллиантом. Я знала, что она его хотела. Даже когда делала вид, что это не так. Я пыталась заставить ее забрать его. Я знала, что, как только она использует его, на нее подействует проклятие, которое я наложила, — Сирена нахмурилась. — Я думала, это произойдет быстрее.

— Что теперь с ней делать? — Дин скептически смотрел на Малису. — Вряд ли это сдержит ее навеки.

— Не сдержит, — согласилась Вера. — И я знаю, что нужно сделать.

— Ты не обязана делать это, — мягко сказала Сирена. — Это могу сделать я.

Вера покачала головой.

— Нет, это должна быть я. Все началось с нас. Должно закончиться нами.

Сирена кивнула и пропустила ее. Она знала, как тяжело было Вере. Предательство Мэлии разбило Сирену, но это было куда меньше. Теперь все было огромным.

Вера шагнула к Малисе. Она все еще не пошевелилась, но Вера встала лицом к лицу с ней. Не близнецы, как она с Матильдой. Старшая и младшая сестры. Похожие, но и разные.

— Хотелось бы поступить иначе, — прошептала она Малисе. — Я дала тебе еще шанс. Другой шанс. Но ты не меняешься, Лиса. Ты уничтожишь мир из — за своей боли, а я не могу этого допустить.

Она не была в тот миг Верой. Она была Бенеттой. Маленькой Бенни. Мечтающей. Любящей. Светлой. Создательницей. Легендой, богиней, просто младшей сестрой, которая хотела помочь старшей. Даже когда не могла. Даже когда нужно было сделать немыслимое.

— Все назад, — сказала им Вера.

Сирена помогла Дину поднять Авоку и отнести ее дальше от края балкона. Она вернулась за клинками. Хоть они почернели, они все еще принадлежали Авоке. Каэл прошел к ним, хромая. Его левая рука сильно кровоточила.

— Я люблю тебя, Лиса, — Сирена едва слышала шепот Веры.

Она подняла руки. Радужное мерцание сорвалось с ее пальцев, подражая надписям в книге Дома. Это было красиво. Свет боролся с тьмой. В ее руках было нечто больше стихий или магии духа. Что — то изначальное. Из другого мира.

Слезы выступили на глазах Сирены, пока она смотрела туда.

Она словно видела богиню.

И плакала от такой чести.

А потом Малиса засияла радужными переливами. Тьма пропала, остался только свет. И она вдруг разлетелась на миллион кусочков мерцающего света. Те кусочки уносил ветер. Тело Малисы пропало, рассеялось на балконе. Так же драматично, как она и явилась.

Последняя искра пропала из виду, и Вера упала на колени.

— Готово.

Сирена поспешила к ней, опустилась перед ней.

— Тебе больно?

Вера посмотрела на нее без слез в глазах. Только с горем. Она потеряла не только врага, но и подругу с сестрой. Это было незаменимым. И она сделала это. Это будет терзать ее вечность. И ей придется жить с этим.

— Жить буду, — спокойно сказала Вера. — Время лечит. Я пыталась научить тебя этому.

— И научила, — прошептала Сирена. — Ты была лучшим учителем.

Вера невесело рассмеялась.

— Нет. Но ты была отличной ученицей.

— Сирена! — вскрикнул Дин.

Она обернулась. Но не успела спросить, а увидела Авоку.

Авока двигалась.

Дин осторожно опустил ее на пол, и Сирена побежала к своей сестре. Как такое было возможно? Связь порвалась. Она знала, что Авока была мертва.

— Авока? Авока, ты меня слышишь? — спросила Сирена.

Авока кашлянула два раза и медленно открыла глаза.

— Я тебя не чувствую.

— Знаю. Знаю. Связь… порвалась. Я думала, ты мертва.

Вера появилась рядом. Она подняла черную ладонь Авоки. Тьма поднялась от запястья до середины предплечья.

— Ей нужен целитель.

— Ты ничего не можешь сделать? — пронзительно спросила Сирена.

— В моей крови нет сил исцеления, и ты это знаешь. Я могу замедлить это, но нам нужен умелый целитель.

Сирена охнула.

— Хелли. Хелли тут. Мы отнесем ее к Обществу.

Вера кивнула.

— Нужно спешить.

— Что… случилось? — спросила Авока. Дин снова поднял ее на руки.

Сирена потянула за связь с Сариэль.

— Ты нужна нам сейчас. Авока жива, но ей нужен целитель.

«Я уже лечу. Я рада, что она жива. Мои крылья к ее услугам».

— Сариэль летит сюда.

— И Галцион, — сказал Дин.

— И Амират, — сказала Вера. — Она билась с Акирой, но… смерть Малисы остановила сердце драконши, — Вера давилась словами. — Она… упала в горах.

Сирена схватилась за грудь.

— Какой кошмар.

Вера скривилась.

— Это не было приятно.

Сирена сжала здоровую ладонь Авоки.

— Всего пара минут. Мы отнесем тебя к целителю.

— Ты… остановила ее?

— Мы это сделали, — сказала Сирена. — Вера сделала.

— Хорошо, — прошептала Авока, закрыла глаза и отключилась.

Сирена с тревогой смотрела на нее. Она была жива, но все еще в опасности. Она все еще могла умереть от атаки Малисы. Если они не поспешат, она не выживет.

Сирена видела, как Сариэль приближается, а потом ощутила что — то под ногами.

— Кто — то это делает? — спросила Сирена.

— Нет, — сказали все.

А потом ощущение усилилось.

Гул в стенах замка.

— Что это?

Глаза Каэла были огромными, он ответил с отчаянием:

— Замок падает.

72

Бомбы

Рэя

— Ладно, это последнее, — сказала Рэя.

Она отошла и посмотрела на свое творение. С тех пор, как она ушла с Фениксом в Бьерн, она работала с Карой Барко, делала копии своих находок. Она создала из черного пороха серии бомб. Они медленно размещали их по замку за последние пару недель. После того, как она узнала о Фениксе, она вернулась завершить работу.