Дорога за горизонт

— Ты за Мирзоева не прячься, — поднажал генерал, — пока не уехал, он зам, а ты главный. Вместе разбирайтесь, что и как. Гения этого вашего хоть нашли в итоге?

— Нашли.

— Ну и где черти его носили?

— Да нигде, — с еще большей неохотой признался Калуга. — Он в гостинице под кровать залез, а как стрельба затихла, уснул прямо там. Дежурный после боя пробежался — все номера пустые, ну и доложил.

— Ну, хоть одной проблемой меньше.

— Это не просто проблема, — возразил Калуга. — Бубенчиков незаменим. Без него вся операция теряет смысл. Зарипова одна не потянет, это точно.

— Незаменимых у нас нет, — хохотнул генерал и уже более серьезным тоном продолжил. — Что у тебя с боевой группой? Большие потери?

— Двухсотый один, а вот раненых — пятеро, — Калуга сделал паузу, — не тяжелые, броники выручили, но на ближайшее время… ограниченно боеспособны.

— Да уж, — следом раздался непонятный звук, похожий на журчание. — Дела. Сам понимаешь, замену из своих рейдовых я тебе дать не могу. Остается только спецконтингент, но…

Остаток фразы перебил сигнал вызова.

— Слушаю, — отозвался генерал. — Да… ну и чего он хочет? Ну и пусть катиться, лишь бы завтра утром был, как штык! Нет, на КПП сообщать не надо! Что?! А смысл?! Захочет слинять — слиняет. Вчера еще мог. Дальше-то что? В розыске, да с наградой за голову сколько протянет? Во… и он тоже не дурак. Пусть собирает свое барахло, это и в его интересах тоже. Отбой. Это из твоих, — последняя фраза была, судя по всему, адресована уже Калуге, — проводник этот… второй, здоровый попросил его на сутки отпустить, снаряжение собрать.

— Я бы не выпускал.

Как назло, именно в этот момент мой конвоир окончательно задремал — и с его головы свалилась каска, загремев по паркету.

— Это еще… — дверь распахнулась, и появившийся на пороге генерал с удивлением уставился на бойца, которого хватило лишь вытянуться по стойке «смирно».

— Сержант Белоусов!

— Чего надо? — сержант не отреагировал, продолжая «есть» начальство глазами. — Ты что, глухой?!

— Так точно, контуженный после вчерашнего! Майор Гришковецкий приказал доставить, — сержант замялся, видимо, забыв, как майор обозначил мой статус…

— … вольнонаемный специалист, — подсказал я.

— А, это ты тут, — развернулся в мою сторону генерал. — Сам хоть знаешь, зачем привели?

— Так точно. Прошу выдать увольнительную на сутки для подбора снаряжения.

— Еще один, — донесся из кабинета голос Калуги, — сейчас они, как тараканы…

— Разрешаю! — рявкнул генерал. — Сержант, скажешь майору, я приказал.

После чего с грохотом захлопнул дверь и перешел на какой-то шипящий шепот, разобрать который уже не получалось.

* * *

На стоянке я с ходу направился к «Пухле», но Юлька дернула меня за рукав и стрельнула глазами в сторону, где о чем-то бурно дискутировали наши будущие попутчики — Белый со своей подругой и прапорщик Бугров.

— Где мой байк?

— Не кипишуй! — равнодушно бросил Бугров. — Раз был, значит, найдется. Армия, значит порядок.

— Да знаю я ваши порядочки, н-на! Чуть отвернулся, уже спиздили.

— В армии нет слова «спиздили», в армии есть только «проебал». — съюморил прапорщик и сам же рассмеялся своей шутке. Остальным смешно не было, особенно Белому, который постепенно переходил в состояние Красного.

— Ты же под арестом сидел? Сидел! Вот кто-то и взял, кому было нужно. Найдем ответственного, выясним, кто взял и вернем.

— Если будет что возвращать, — проворчал Белый, — вы свою технику не жалеете, а чужую и подавно.

— Полковник велел, чтобы все было как надо! — наставительно поднял палец Бугров. — Значит, все будет. Сломали — починят. Раздолбали — компенсируем. Мотоциклов на складе хватает.

— Да нахрен мне ваши драндулеты?! — взорвался Белый. — Мне мой байк нужен! Вы забрали, значит, ваша ответственность!

— И че, я тебе рожу его прямо тут?! — тоже повысил голос прапорщик. — Сам видишь — на месте нет. Куда делся — буду выяснять!

— А мне чего теперь? Пешкарусом топать?

— Проблемы, народ? — обычно я в таких случаях не вмешиваюсь. Но что-то мне подсказывало — если эти двое сейчас друг друга поубивают или хотя бы переломают руки-ноги, проблемы начнутся уже у меня. Ибо Калуга явно решил отправиться в свое путешествие как можно скорее, а боеспособность нашей сбродной команды и без того выглядит сомнительно.

— Это не проблема, это пиздец! — Белый в избытке чувств рубанул воздух ладонью. — Байк сперли, гады!

Прапорщик Бугров демонстративно развел ладони, то ли показывая, что у него в руках байка нет, то ли — что не видит предмета спора.

— Вас подвезти куда надо?

— Ну… желательно, — помявшись, согласился Белый. — А то с этими…

— Сказал же — найдем твой сраный байк!

— А в рыло?! — вызверился Белый, но тут Микки встала перед ним и несколько раз мотнула головой. — А… ну ладно.

По дороге он, правда, продолжал что-то бормотать себе под нос — пока не сообразил, к чему именно мы пришли.

— Это вообще что?!

— Пухля! — сообщил я, направляя пульт прямо на рисунок розовой свинки и нажимая кнопку. — Он же Пинцгауэр. Дембельнувшийся британец с австрийскими корнями. Есть… то есть, была одна конторка, жившая с того, что всякие вездеходы, в основном, списанную армейку, переделывали под автодома для богатых буратин. От сотни килоевро и до х… до небес.

— Да уж, — Белый встал на лестницу в кузов и сунул голову внутрь. — Нутрянка тут и впрямь, по-богатому. А станок и прочее — это твое хозяйство?

— В основном, мое. — Я обошел машину и открыл водительскую дверь. — Вы залезайте, располагайтесь. Ну и скажешь, куда ехать, когда за КПП выкатим.

— Ага, покажу, — пообещал Белый. — Слушай… а почему «Пухля»?

— Мультик был такой, '«Гравити Фолз», там свинью так звали. А вообще у неё спроси, — я кивнул на пристегивающуюся рядом Юльку. — В смысле, почему она армейский вездеход с ходу «свинкой» обозвала, да еще жирной.