Дорогой плотин

За окном вновь зашелестело, на окнах обозначились капли, погода оставалась ненадёжной, как ржавое ведро.

8

— Мельников, Федотов и этот, новенький. Как фамилия?

— Годин!

— И Годин. На столбы, — Шихов назначал наряды.

— Влад, а можно мне с ними? — подала голов Ольга.

— Ты-то куда? Ты чего, в электрике петришь?

— Так там подай-принеси неужто нету?

— Свои люди имеются! — отрезал Шихов.

— Не, Влад, зачем тамошние люди, если свои есть? Они тебе потом и премию не дадут, скажут, там не из твоей бригады работали, — Ольга вдарила по больному.

Шихов открыл рот, чтобы отрезать ещё раз, но мысль пошла, забурлила. Рот и захлопнулся.

— Ладно, Орехова, будь по-твоему. Только ещё один нужен тогда человек. Чтобы комплект был.

— Можно я? — Татьяна тут как тут.

— Митрофанова? Чего, девушки одни? — Шихов хмыкнул. — Ладно, записываю.

Ольга бешено глядела на конкурентку, фырча ноздрями. Таня, будто не замечая, поглядывал на верхушки лиственниц. Они качались, грозя отломаться.

— Как задуло сегодня капитально! — Ивана больше всего волновала погода. — Того и гляди дерева падать начнут.

— Крутяк! С девчонками будем работать, — а Володя был на своей волне.

— Ты с Ореховой ещё не знаком, обожди радоваться.

— А чего? Стерва? — заинтересовался Володя, потирая руки. — Сразу видно!

— Ну, такая — ершистая! За словом в карман не лезет.

— Так это интереснее ещё.

— Володь, у нас главное работа на кону, ты ж понимаешь.

— Э, парни! Обижаете! Спрос с меня, как со всех, — Володя бил себя в грудь.

— Так, электрики, хватит базарить. Вон, ваша машина, идите уже, — Шихов не переставал командовать.

— Ладно, пойдёмте, что ли.

Девчонок посадил в кабину: Орехова отворотила нос и коленки к двери, к окошку, Татьяна спокойно села посредине, разглядывая в неширокую амбразуру, размытую «дворником», дорогу.

— Они там волосы друг дружке не повыдирают? — Володя заметил напряжённость между женским полом в кабине. Да и трудно было не заметить — искры вот-вот и полетят.

— Да ну, ты это брось! Нормальные же девчонки, не психопатки же! — возразил Андрей.

— От Ореховой, конечно, всякого можно ожидать. Но Таня спокойная. Она погрустить, вспылить может. Но чтобы сколопендре какой волосья рвать? Не.

Утихомирились. Закачались по ухабам. А ветер всё нахлёстывал упругими волнами, срывая остатки ночной влаги с иголок и веток, бросая колкими брызгами в лицо студентам.

— Хорошо, свежачок! — бодрился Володя. Остальные закутались в капюшоны штормовок.

— Вообще, конечно, с девчонками веселее. Только вот они ж друг друга не выносят, — Андрей обдумывал своё.

— Да ну, без девчонок работать завсегда лучше. Зря Шихов согласился.

— Ну, его интерес понятен. Его Ольга на этом и подловила.

— А чего, Шихов этот — прижимистый такой? Жмот?

— А чего, по нему не видно, что ли? Мелочный карьерист. Неприятный типок.

— Ему бы в наше время понравилось. Он бы хорошо устроился, думаю.

— Такому в любое время неплохо живётся. Только недолго. Рано или поздно «за ним придут». Не закон с властью, так народ взбунтуется.

— Ха! У нас как над людьми не измывались, а ни до кого пока не дотянулась «рука гнева». Живут себе припеваючи. Только если от инфаркта кто помрёт, переживая. Это если совесть есть. Но обычно она наглухо задраена, совесть эта.

— Короче, ухо держать надо востро, а то не наработаем ничего сегодня. Орехова будет если козни строить, так вообще, сливайте масло. Кстати, ей будем рассказывать, откуда Володя взялся?

— Ты чего?! Исключено!

— А что такого? Она не из болтливых. Шутить будет? Так все привыкли, внимания и не обратят. Да может и не поверит она.

— Зачем тебе это надо?

— Охота порасспрашивать детали некоторые у Володи.

— Вечером спросишь, тут работать надо.

— Ладно, поглядим.

Дорога была недлинной, они и замёрзнуть не успели. Но покачало в кузове на пронизывающем ветру их изрядно. Иван с некоторой тревогой, спрыгнув из кузова, сунулся к кабине. Оттуда неспешно, аккуратно переставляя ноги по грязным уступам, вылезла Ольга. Иван обернулся к друзьям, мол, в порядке, нерасцарапанные.

— Ну, чего, вон наше поле деятельности, — кивнул Андрей девушкам на столбы. Парни разгружали провода, предохранители. — Вы будете нам провод разматывать, готовить.

Ольга была не в духе и помалкивала. Татьяна кивнула, задумчиво поглядывая по сторонам.

— А вас не сдует со столбов? — проснулась всё же Орехова. — Может, вас поддерживать надо?

— Кошки нас будут держать. За себя лучше беспокойтесь. Не упало чтобы чего, — ответил Иван.

— Кошки? — засмеялась, намекая, Ольга.

— Да ну тебя, Орехова! Работать давайте!

Они приступили. Пока срабатывались, начали раздражаться друг на друга — дело не спорилось. Орехова постоянно подзуживала, отпускал шуточки; Татьяна была заторможена, задумчива; Володя флиртовал сразу с обеими; лишь Андрей с Иваном, чертыхаясь, делали дело; пытались работать.

— Тьфу-ты, ну ты! Ну, куда ты его протягиваешь, Вова! — в досаде плеснув рукавицами, воскликнул Иван. — Сюда же надо, ко мне. А ты от меня идёшь! Время к обеду, мы ещё на столбы ещё и не залезли даже!

— Слушай, Вань. А может, отбой сегодня дадут? Уж больно сильно задувает. Смотри, сколько веток уже наломало.

Будто в подтверждение слов Андрея, с реки потянулся народ.

— Вон, гляди.

— Да это верховщики, там на них каменья посыпались наверняка. Конечно, их переведут. Чего рисковать. А нам чего? Сверху не валится ничего.

— Я за девчонок переживаю, — виновато, будто и не он вовсе, пробурчал Андрей.

— Есть такое дело, — кивнул Иван, соглашаясь. — Мы сейчас залезем, они понизу будут шуровать, а при таком ветрюгане с нас чего-нибудь обязательно ссыпется, — рассуждал он, думая, как защитить девушек. — Эй, мамзели! Каски наденьте, пожалуйста. Мы наверх полезли.

— У меня причёска испортится, — деланно закочевряжилась Ольга. Татьяна послушно нацепила. Ваня улыбнулся — даже каска ей шла. А на Ольгу рявкнул: