Доверься мне
Шрифт:
Стихийные бедствия продолжались и усиливались. Хозяин и Дима организовали кампанию помощи пострадавшим, что также увеличивало их влияние. Я и не заметила, как Хозяин практически взял правление в свои руки. А поскольку от Римского Папы он получил официальное признание себя Спасителем, я видела в этом в некотором роде возврат к тем временам, когда всем заправляла церковь. И это - всего лишь за месяц. Я бы удивлялась, глядя на это. Радовалась бы успехам. Сопереживала неудачам. Если бы не тот факт, что мне, кажется, было все равно. Потому что также я видела и то, что он делает за кулисами мировой сцены. Каждый раз после активного использования сил, например, во время покушения на его или мою жизнь, ему требовалась новая доза подпитки. И он отнимал чужие жизни. Обычно это бывали те, кто так или иначе провинился перед ним или Златовым. Каким-то чудом
Мной владела апатия. Да, Хозяин убивал единицы в темных подвалах, но он помогал сотням и тысячам, развернув кампанию помощи пострадавшим от бедствий, а кроме того, призывал верующих помогать тем людям. Я видела сводки, которые ему приносили: впятеро увеличилось количество несчастных случаев, будто техника посходила с ума и начала ломаться ни с того, ни с сего, вызывая пожары, крушения всех видов транспорта и прочие несчастья. Я видела, как на глазах у людей Хозяин убивал, калечил или мучил их близких ради достижения своих целей, но также я видела приюты и лечебницы для тех, кто остался без крова или пострадал так или иначе. И все это делал один человек. И после всего этого я потерялась между тем, что добро, а что зло, что правильно, а что нет. Он вел себя аморально с десятками и сотнями, спасая и помогая при этом десяткам и сотням тысяч.
Я ходила за ним беспрекословной тенью и находила покой только в его объятиях, на это время забывая обо всем вокруг. Мне давно уже стало понятно, что он не маг, которым себя называл, он какая-то другая сущность. Может, джинн какой-нибудь или ангел, или демон. Хотя и это звучит так же нелепо, как маг. Возможно, в нашем языке нет таких слов, какими он мог бы объяснить. Но сделать это он не пытался, а я и не спрашивала. Мне было все равно. Он выполнял главное условие: помогал огромному количеству людей, остальное мне было по боку. Более того, подобная помощь требовала огромного количества финансирования, и он каким-то чудом сумел убедить многие страны не только не мешать и не развязывать войну, но и принять в этом участие как минимум финансовое. Не знаю, как он это сделал, и нет никакого желания знать. Хотя почему же не знаю... Рукопожатия творят чудеса!
К концу этого срока я поняла, что у меня ощущение золотой удавки на шее. Это не клетка, а именно удавка, которая постепенно затягивается. Но ощущение приходило редко, да и я гнала его от себя. Но во мне что-то менялось весь этот месяц, или это я сама менялась. Чуть более нервная, чуть более осторожная и значительно более отрешенная. Из этой колеи меня выбило нападение...
Я находилась на нижних этажах здания совета. Там, вверху, сейчас Хозяин общался с политиками и другими влиятельными мира сего, а я обычно это время проводила здесь. На первом этаже в здании была неплохая кафешка с телевизором, где я обычно и заседала. Местные сотрудники меня уже давно знали. Поначалу они пытались общаться, как с завсегдатаем, но я слабо реагировала, и в конце концов они оставили меня в покое. Сегодня настроение было даже ниже, чем средне-паршивое, и я подумывала прогуляться вокруг здания. Здесь была неплохая аллея, вся в растениях. На улице уже вовсю стояла глубокая осень, поэтому листьев на кустах и деревьях уже почти не было, и это полностью соответствовало моему душевному состоянию.
Передо мной на столике лежала стопка фотографий. Еще до того, как я их увидела, настроение не было особенно радужным, а уж теперь и подавно не улучшилось. Отвратительный день. Сегодня утром перед выходом из дома Хозяин попросил меня найти Диму, пока сам общался по телефону с каким-то политиком. В поисках я забрела к тому в кабинет и на входе случайно задела стопку документов. Димы в кабинете не было, но я не стала оставлять бумаги разбросанными, и пока собирала их, нашла эти фото, ныне красовавшиеся передо мной. Интересно, он собирался мне их показывать? Наверное, не стоило их забирать, но в тот момент я об этом не подумала. На фотографиях был Волчонок и какая-то девушка. Сняты были самые разные кусочки. Ни на одной из них они не целовались, но вел себя с ней он довольно раскованно. Например, вот он ее обнимает на вечеринке с их друзьями-шаманами. А вот здесь они вдвоем вечером заходят к нему в подъезд. Конечно, ничего такого на самих фото, но если подумать, то становится отлично понятно, что между ними.
Я подняла задумчивый взгляд в большую стеклянную стену, мимо которой ходили
люди. Всегда удивлялась этому странному ощущению отрешенности, когда сидишь в помещении и смотришь сквозь стекло наружу, а люди там кажутся так далеко, но в то же время находятся так близко...Прямо перед стеклом остановился человек и повернулся лицом внутрь. Он был одет в темные штаны, футболку и кожаную распахнутую куртку, но его лицо, кроме одного глаза, замотано бинтами, словно он с травмой головы сбежал из больницы. Увиденное меня шокировало, и я так и замерла с чашкой в руке, глядя на него. Ох блин, вообще-то неприлично так пялиться на людей, особенно с дефектами. К тому же чем меньше внимания обращать на людей, тем меньше внимания они будут обращать на меня, а проблемы мне не нужны. Но взгляд оторвать не получилось, возникло жуткое ощущение, что он смотрит своим единственным глазом ровно на меня. Да здесь других посетителей и нет...
– Нет-нет-нет, - себе под нос пробормотала я, начиная что-то подозревать.
– Отвернись.
В голове возникла шальная мысль: а может, это и есть Пророк? Но додумать ее я не успела. Он сунул руку под куртку и выхватил оттуда пистолет. Скользнула логичная мысль, что надо бы спрятаться, но я не успела и ее додумать и сидела, как последняя идиотка, молча в шоке пялясь на происходящее. После того, как громыхнул выстрел, сопровождаемый звоном разбитого стекла, фотографии от ветра разлетелись по всему помещению, а меня с силой вбило в спинку диванчика, на котором я сидела. Амулет Хозяина сработал исправно. Вместе со мной несчастный диванчик перевернуло, что создало импровизированное укрытие, а меня перекинуло через голову и сбросило на четвереньки. В зале поднялся визг и грохот стульев: все попадали на пол, а где-то вдали раздался звон еще одного разбитого стекла. Похоже, на Хозяина тоже напали... Все, мне точно конец.
– Всем лежать!
– рявкнул мужской голос.
По битому стеклу раздались быстрые шаги. Я начала судорожно оглядываться и решать, как и куда бежать, но как назло, в критичных ситуациях мозг отказывал напрочь. Ну не умела я думать срочно!
Шаги приблизились, и я увидела, как парень появился сбоку от моего укрытия. Словно в замедленной съемке я смотрела на поднимающееся дуло пистолета, отползая назад, не зная, что еще могу сделать. Амулет больше не сработает в ближайшие сутки. Сердце, казалось, остановилось. Мелькнула сумасшедшая мысль, что вкупе с фотографиями это самое яркое событие в моей жизни за последний месяц, которое пробилось сквозь апатию. Жаль только, последнее. И тут я увидела, как вокруг него С Той Стороны обвились темные щупальца, полностью покрыв его и приподняв над полом. Сердце с радостной надеждой всколыхнулось и затрепыхалось.
– Уничтожу, тварь!
– раздался знакомый голос со стороны разбитого окна.
Единственный глаз мужчины расширился в удивлении. Похоже, он собирался что-то сделать или сказать, но не мог. Тьма резко дернулась, и я услышала жуткий неприятный хруст кости, от которого скрутило желудок. В попытке закричать мужчина странно забулькал, это все, что позволила ему тьма, а пистолет, вырванный из его пальцев, тьма опустила передо мной.
– Вставай, Лисс, - голос Хозяина звучал успокаивающе.
– Иди сюда. Все уже кончилось. Я рядом.
Только сейчас я ощутила, как волна злости поднимается во мне. Напряжение, копившееся месяц и достигшее пика сегодня, сдавило горло. Я встала, сжимая пистолет в пальцах. Совершенно бесполезная вещь, если подумать, но с ним я чувствовала себя увереннее.
Хозяин стоял в проеме стены, выставив руку вперед. Вокруг него клубилась тьма, проходила через руку и щупальцами окутывала незадачливого нападающего.
– Иди сюда, дорогая, - сказал он еще ласковее, заметив мой взгляд.
– Ты напугана, но не волнуйся, я ведь всегда рядом, ты же знаешь. Что ты хочешь, чтобы я с ним сделал за это?
К этому времени местные сотрудники начали аккуратно выглядывать из-за стойки.
– Вы все, немедля пошли вон отсюда! Бегом!
– рявкнул Хозяин.
Его тут знали, поэтому очень быстро ретировались. Хозяин сделал шаг ко мне, но я выставила в его сторону палец:
– Стой где стоишь!
Он остановился и застыл, внимательно глядя на меня, пока я обходила висевшего в воздухе убийцу.
– Дорогая?
– вкрадчиво спросил он.
– Мне это все надоело! Я не хочу так больше! Я думала, он убьет меня! Где ты был, когда был так нужен?!
– мной владела истерика.
– Вокруг меня только боль и смерть! И их принес в мою жизнь ты!