Дракон в Драконьем городе
Шрифт:
– Хм, а знаешь, ты очень убедительно говоришь, - покивал головой Клаус, - Я даже соглашусь самолично отправиться за решётку… Если ты решил, что я так отвечу, ты глупее стихийно поднятой нежити с кладбища для умственно неполноценных, - оборвал он сам себя, - Эх… Думал расскажешь что-то действительно интересное, а ты оказался очередным пустобрехом, думающим разжиться на моей мнимой слабости. Постарайся больше не попадаться мне на глаза. Я в тебе разочаровался.
– То есть сына ты спасти не хочешь? – вкрадчиво осведомился разозлённый степняк.
Полуэльф резко развернулся и кулак обрётшего неожиданную плотность и твёрдость тумана выбил дух из старого орка, отбросив его на дно канала, куда чуть позже сиганула размазанная
***
Некоторое время назад:
– Хштра, я должен сказать тебе кое-что ещё, прежде чем ты сунешь голову в пасть тигра.
– И что же? – поинтересовался умудрённый годами воин у сопровождавшего его шамана
– При разговоре с Эдельвейсом никогда, слышишь, никогда не упоминай его сына в негативном ключе. Клаус может и выглядит сейчас как прожжённый пьяница, но всё равно остаётся представителем боевой элиты империи. Затронешь Марса Вернона хоть словом и тебе не жить. Мальчика похитили одним из первых во время нападения на чёрный рынок, где он проживал со старшей сестрой, и Клаус пока этого не знает. Эта информация может помочь тебе с ним договориться, но если начнёшь его шантажировать жизнью сына – беги. Может быть длительные возлияния не дадут ему вовремя среагировать и ты проживёшь пару лишних секунд.
– Да будет тебе страху нагонять, - легкомысленно отмахнулся Хштра.
– Я тебя предупредил, - покачал головой Эрш, - Если «Хмельной рыцарь» действительно захочет тебя убить, сам ты не справишься.
***
– «Гракх, надо было слушать Эрша»
Голова кружилась и болела, соображать было невероятно сложно, а вокруг лежащего в воде Хштра царила гробовая тишина, щедро сдобренная серьёзно ухудшавшим видимость туманом. И в этой молочно-белой тишине недобрым огнём то тут то там сверкали две точки, расположенные на высоте глаз обычного человека.
Хштра рывком поставил себя на ноги, скривился от прострелившей голову боли и сотворил полуневербальное заклинание отрезвления. Для большей точности и лучшего эффекта стоило бы, конечно, полностью проговорить словесную формулу, но свои параметры Хштра уже успел заучить со скуки, обитаясь на Лиодоре, да и на безукоризненное исполнение не было времени.
Заклинание помогло лишь частично: всё-таки оно не было предназначено для лечения сотрясений, но, тем не менее, нужного эффекта орк добился. Что сразу же ему помогло. Хштра едва успел заметить резкое, ничем не обоснованное, уплотнение тумана в одной из точек, как отбитые на подкорке рефлексы дёрнули его в сторону. Мимо на запредельных скоростях пронесся спрессованный водный шар, спустя мгновение снова распавшийся на мельчайший конденсат. И всё это в пугающе-равнодушном безмолвии.
Орк призвал всю свою силу управления камнем, притянув отломанный от бортика канала кусок каменной кладки и споро вылепив из него каменный же диск. Раскрутив его до той степени, что свист воздуха стал явственно слышен, Хштра приложил к импровизированному точилу обрётшую истинный облик секиру под таким углом, что диск постепенно начал затачиваться, заостряя свои углы о практически неразрушимый артефакт.
Данные действия имели ещё одно немаловажное последствие: искры, летящие из под становящегося всё острее метательного оружия, испаряли наведённый туман, чуть улучшая видимость вокруг степного воина. От этого огонь, сияющий в чужих глазницах стал ещё ярче и только сейчас орк в полной мере осознал: у него очень большие проблемы.
– Эй, может поговорим?! – предпринял попытку договориться Хштра, умом, впрочем, понимая всю её бессмысленность.
– Ты угрожал мне жизнью моего сына и после этого смеешь что-то тявкать?! – прошипело с левого боку, а затем в правый ударил сам Клаус, тут же исчезнувший в слоях тумана, едва житель степей заблокировал сильнейший удар, отсушивший ему правую руку.
– У меня есть
для этого свои причины!– огрызнулся Хштра, втайне радуясь тому, что обезумевший полуэльф ему хотя бы отвечает, - И поверь, мои цели важны настолько, что я ради них готов пожертвовать даже жизнью твоего ребёнка!
Только не до конца прошедшей спутанностью мыслей можно было оправдать эту фразу очень даже неглупого орка, вот только оправдания про сотрясение мозга не могли вытащить Хштра из той ямы, в которую он сам себя загнал. О том же, что расправа близко весьма недвусмысленно намекал вопль ярости, исторгнутый вконец озверевшим пехотным магом и загоревшиеся тем же алым огнём, которым пылали глаза Эдельвейса кончики пальцев – десять новых огоньков по пять с каждой стороны туманного силуэта.
Старый воин, пользуясь случаем, метнул в на время замершего врага готовый каменный диск. Но Эдельвейс играючи перехватил его кончиками пальцев, под воздействием которых до предела усиленный стихией самодельный, грубый, но крайне действенный метательный снаряд начал плавиться подобно маслу в горячей печи.
– Вот это ты зря сейчас сказал… - обманчиво спокойно заговорил он, - Очень зря…
Прямой, легко читаемой удар оказался такой силы, что раскалившаяся от внезапного нагрева секира вылетела из двуручного хвата Хштра, попутно ему эти руки вывихнув, несмотря на все попытки орка заблокировать или парировать атаку. Полуэльф преувеличенно манерно отряхнул ни разу не пострадавшие кисти, после чего прогулочной походкой направился к своей жертве.
– Я буду долго тебя истязать, пока ты не начнёшь просить пощады, - буквально выплюнул он, - Но даже тогда я не остановлюсь. О, нет… Я превращу тебя в жалкое подобие разумного, - мрачно улыбнулся бывший герой Империи, - И начну, пожалуй, с глаз…
– Отец, постой!!! – хрупкая девичья тень, метнувшаяся в сторону разворачивающейся казни, заставила обжигающе горячие пальцы Эдельвейса замереть в миллиметрах от лица приготовившегося к смерти орка.
Помятый скорее от пьянства, чем от скоротечного боя монстр в человеческом обличии недовольно повернул голову к девушке с золотистыми волосами, ряженой в откровенные обноски, абсолютно не беспокоясь о теоретически опасном противнике. Впрочем, Хштра было не до крайне маловероятного успеха атаки со спины. Степной воитель во все глаза таращился на каплю жидкого огня, сорвавшуюся с указательного пальца полуэльфа и, испарив значительную область водной глади, сейчас снова заполненную вечно текущей водой, проплавившую в покрытии дна канала заметную ямку.
– Но как у водного стихийника может быть жидкая эссенция истинного пламени? – ошеломлённо вопросил он пустоту, - Это ведь невозможно…
Вопрос его остался без ответа. Приснопамятный полуэльф насуплено глядел на девочку, в которой Хштра, наконец отвлёкшийся от созерцания события, вдребезги ломавшего все законы мироздания, с удивлением узнал Адель – ту самую работницу борделя, что повстречалась ему в начале приключений в отстойнике.
– Что ты здесь забыла?! – наконец разорвал напряжённую обстановку Клаус, - Я же говорил не ходить за мной в город! Почему ты не присматриваешь за братом, как мне обещала?
– Потому что Ваш сын пропал, Эдельвейс, - среди постепенно рассеивающегося тумана проступил массивный силуэт, переводящий дух после длительного забега, - Ей не за кем присматривать.
– А ты ещё кто такой?! – окрысился Хмельной рыцарь, - Тоже решил поугрожать?!
– Эрш, почему ты здесь? – удивлённо спросил Хштра.
Шаман, а это был именно он, недовольно посмотрел на сородича:
– Я здесь потому, что слишком хорошо тебя знаю. Не нужно быть большого ума, чтобы догадаться, что ты не прислушаешься к моему совету. Мне пришлось сразу после прощания с тобой бежать к чёрному рынку и искать Адель. Повезло ещё, что Клаус сразу обернул свою стихию туманом. Без помощи моего духа мы могли не успеть тебя отыскать.