DREAM
Шрифт:
– Подумайте! Здесь одна комната на шестерых, а там будет две! Можем даже соседей взять – и будет еще дешевле.
В итоге мы договорились, что следующим утром отправимся смотреть наши апартаменты, а потом, если ничего не выйдет, поедем договариваться с Кристин – американкой, сдающей комнату за 75 с каждого в неделю.
***
Утром мы: Гриша, Ева, Николя и я – прибыли к офису, заправляющему сдачей домов в аренду.
За столом босса мы обнаружили довольно преклонных лет женщину. По виду ей можно было дать от шестидесяти до восьмидесяти, она была вся в морщинах, но очень худая, подтянутая, загорелая, с весьма боевым макияжем и с милыми
Когда мы объяснили ей, чего хотим, она сказала, что мы можем снимать квартиру не меньше, чем шесть месяцев. А мы хотели ее снимать только в течение трех. Тогда, понимая, что дело плохо, мы стали ей плести про наших друзей, которые приедут учиться в соседний город Конвей, в колледж, которые будут потом жить в этих апартаментах и платить аренду. Но дама была непреклонна. Качала головой. А потом сказала, что ей надо позвонить. Сказав, что если мы ее обманываем, у нее будут больше проблемы.
И вот настали напряженные минуты ее разговора с начальником. И когда мы услышали вырвавшиеся из трубки обрывки фразы «вызывай полицию, если будут проблемы», по ее еще более посерьезневшему взгляду мы поняли, что пора делать ноги. И жить так же, как все студенты на работе, а не пытаться перехитрить всех и сэкономить.
Мы уехали. Уже через три часа мы начали нашу совместную трехмесячную жизнь с Кристин. Под одной крышей. В этот вечер был наш первый рабочий день в супермаркете. А по возвращении домой мы поняли, что у нас в доме – американская вечеринка.
***
Мечта ребенка.
Когда мы приехали в США, то через какое-то время пришло осознание того, что если бы попасть сюда в детстве, когда мама заставляла есть суп и манную кашу, то нас отсюда ни под каким предлогом не выманить бы! Да, манной каши и супа здесь нет. Все едят только бутерброды, размером с вавилонскую башню, мороженое, чипсы, конфеты и запивают все это галлонами газировки. Не жизнь, а сказка.
***
Продуктовая работа.
По тому приглашению, а говоря деловым американским языком – джоб офферу, мы должны были работать в продуктовом супермаркете с говорящим названием «Фуд Лайон». Предложение нашего контракта было весьма заманчивым. Нам предложили 8 долларов в час, тридцать часов в неделю и 400 долларов бонусом, если мы проработаем там все лето. Мы были не против.
На второй день нашего пребывания в Миртл-Бич мы всей шестеркой направились в магазин. Несмотря на то что контракт с Фуд Лайоном был только у меня, Евы, Гриши и Коли, мы все вшестером уверенно зашагали от студенческого центра к месту работы. Чтобы обговорить детали с менеджером. Идти оказалось прилично. Очень прилично. Километров пять – семь.
Это был конец мая, 23-е число. На улице было жарко, солнце пекло нещадно. Мы шли по тротуару вдоль хайвея. По этой скоростной трассе то и дело проезжали машины с завидной для нас, движущихся с прытью черепах, скоростью. Но вот впереди вроде завиднелся какой-то магазин с надписью «Фуд Лайон». Мы уже было обрадовались.
– Мы на месте? – с надеждой спросила Диана. Она уже была вся красная от жары и бесконечно долгой дороги.
– Нет, это не наш, – с улыбкой разочаровал ее Гриша. – Навигатор показывает, что до нашего еще идти и идти. А здесь мы можем купить что-нибудь поесть.
Эта мысль
обрадовала нас всех. Мы вошли. И сразу замерзли. Перед нами был огромный супермаркет. Мы, позавтракавшие несколько часов назад и уже совершившие путешествие почти через весь город, успели проголодаться.– Что будем покупать?
– Может, бананы?
Это была отличная идея. Хотелось взять что-то еще, но мы никак не могли разобраться в товарах. Приблизительно мы понимали, что должно скрываться за упаковкой. Но в таком разнообразии вовсе не сложно потеряться. Я схватила жестяную баночку с полки, на которой было написано «Нестле. Коффи»
Из магазина мы все вышли счастливые, жуя бананы.
– Стая обезьян, – сказала Диана.
– Да, – Ева аж вся засветилась, – мы же все родились в год обезьяны. Значит мы – шесть обезьян.
На нас напал хохот. Который бывает у заскучавшей и перегревшейся на солнце молодежи.
Я огляделась. Перед магазином находилась парковка. Меня, конечно, с первого дня, с тех пор как мы оказались в Миртл-Бич, начало впечатлять обилие красивых и, как мне казалось, дорогих машин. Передо мной на парковке стоял новенький синий мустанг.
– Сфотографируйте меня, пожалуйста, с мустангом, – пропищала я с восторгом.
– Мустанг? – скептически покачал головой Грег. – Хочешь себе такой?
Я замялась, но, думаю, по лицу было видно, что в эту минуту я изменила вечной мечте о фольксвагене – жуке.
– Тогда давай сфотографируемся вместе, – завершил он свою мысль, вручил фотоаппарат Еве и пристроился рядом.
Глядя на то, как мы позируем около машины, Николя пролепетал:
– Красотка…
– Даша? – уточнил Гриша.
– Машина… – вздохнул Коля.
А мне стало даже как-то обидно. Я тоже ценю красивые машины, но оказаться в одной рейтинговой таблице с мустангом-кабриолетом и проиграть – никак не входило в мои планы.
Мы пошли дальше. Как оказалось, мы не зря перекусили, потому что путь был не близкий. Мы шли по тротуару хайвея еще блоков двадцать, потом шли по обочине, потом по гольф-полю, прошли мимо аэропорта, куда прилетели прошлой ночью, и еще мимо – то ли парка, то ли леса.
Вот он – на повороте, где был установлен на высоком шпиле американский флаг, мы увидели наш заветный «Фуд Лайон».
Внутри мы увидели двух продавщиц, стоящих за кассами и о чем-то болтающих. Это были две женщины среднего возраста, маленькая рыженькая и высокая седовласая – американки. Спросили менеджера.
Через несколько минут к нам вышла темнокожая женщина, в черных брюках, рубашке в полоску и с интересной прической на голове. Залитые лаком завитушки и локоны образовывали вычурную корзинку-ирокез, если это возможно представить. Ее звали Ванда, и она была нашим непосредственным руководителем.
Она тут же собрала всех, кто работал в магазине, и сказала: «Вот студенты из России. Они будут с нами работать». Все заулыбались и замахали нам. Это было очень дружелюбно.
– Вы знаете, какая у вас должна быть форма, – обратилась она к нам, – посмотрите на всех, это брюки цвета хаки и черная закрытая обувь. Наверх можете носить белые рубашки, пока вам не придут заказанные футболки с логотипом магазина.
Мы осмотрели наших новых коллег. Все были в практически идеально подобранных по цвету одинаковых брюках песочного цвета.
– Ок, это понятно. Тогда приходите послезавтра, в форме. И можете уже начинать работать.
Мы дружно закивали головами. В следующую секунду мы уже стояли на кассе и покупали ужин и завтрак.