Дроны не лгут

Живчик скептически посмотрел на меня, нахмурился, но согласился с планом.

Когда мы с Хаски ушли в сторону от маршрута основного отряда, я вдруг понял, что моя догадка верна. Они идут строго за мною, а не за остальными штурмовиками. Мы отдалились от основной группы на несколько километров, и я выбрал удачное место для засады.

– Хаски, сюда идет квад неизвестной принадлежности, – я начал вводить бойца в курс дела, – они двигаются прямо на нас, как будто отслеживают. Сейчас до них 1,3 километра. На каком расстоянии засекает цель ваш штурмовой радар?

– Шестьсот метров, иногда чуть больше. Максимум семьсот, – озадаченно произнес Хаски, глядя на меня с недоверием. – Как ты их засек?

– Секретная разработка! – я говорил с наичестнейшим выражением лица, почти не врал. – Технологии мимиков.

– Так ты, и правда, из разведки? Фокус прав? – понимающим тоном протянул парень.

– Нет, – я побоялся врать слишком нагло, потому что неясно, что он может спросить дальше. – Я тот, на кого охотятся.

– Поэтому отправил отряд подальше?

– Да. И еще, чтобы проверить эту догадку. Им не нужны штурмовики, им нужен я.

– Но проще было дать им бой всей нашей группой, – Хаски меня не понял, – их четверо, нас – восемь.

– Поверь, если они идут за мной, – вздохнул я, – то нашей группе они не по зубам. Могли быть большие жертвы. Я буду сражаться один.

– А я тебе зачем? – Хаски всем своим видом показывал, что он не согласен с моим решением.

– Ты – мой путь отхода. Если получу ранение, то ты будешь поблизости и эвакуируешь.

– Я уже бывалый штурмовик, а ты научник, – вскрикнул Хаски, – как ты можешь быть лучше меня в бою? Пойдем вместе! И сдохнем, если придется, вместе!

– А у тебя есть броня мимиков? – я опять надел доспех станнума и визуализировал его для бойца. Штурмовик некоторое время смотрел оторопело на чудо инопланетной мысли, так что мне пришлось отменить визуализацию, чтобы Хаски пришел в себя.

– Хаски, твоя задача – держаться от места боестолкновения на удалении, чтобы не подставиться под удар, но и не терять информированности о ходе боя. Ни в коем случае не стрелять и не привлекать внимания. Если мне кобзда, то убегать со всех ног и сообщить о нападении Фокусу. Понял?

– Понял, – кивнул Хаски, – ты командир. Я сделаю, как ты хочешь. Но я не согласен с твоим решением!

– Отлично! – я хлопнул его по плечу. – Если выживем, станем лучшими друзьями!

Не дожидаясь ответа, я рванул в сторону, уводя квад врага от позиции напарника. Расклад перед боем простой. Как шпала! Они знают, за кем идут. Собираются атаковать малой группой, хотя у Нижнего рынка пара десятков тренированных бойцов меня убить не смогли. Значит, эта четверка – какие-то особенные. Воины исключительной мощи и абсолютно уверенные в успехе.

Я уже понял, что у них есть неведомое оружие мимиков, так как «Комарик» не смог к ним приблизиться. Едва он подлетал к ним на триста метров, как останавливался и возвращался на пятьдесят метров назад. Я бойцов даже рассмотреть подробно не мог, оптика давала сбой при попытке навестись на их группу и сфокусироваться. Я логично предположил, что это и есть последствия работы инопланетного комплекса радиоэлектронной борьбы – защиты от дронов.

Увидев высокую постройку, этажа два-три над песком, я забрался на самый верх – на крышу. Достал ракетную установку и зарядил первую термобарическую ракету. Мои преследователи поняли, что я остановился, и тоже скрылись в развалинах здания. Я выстрелил им прямо в оконный проем. Но ракета не долетела до цели десяти метров и взорвалась раньше. Точно у них есть неведомый артефакт, вызывающий преждевременное срабатывание боеголовки!

Ха. Если бы это был обычный боеприпас фугасного типа, то это, может, и прокатило, осколки бы зря посекли бетон. Но термобарический заряд совсем другой! Он выпускает газовое облако и подрывает его, создавая убийственный для человека перепад давления, разрывающий сосуды и внутренние органы в радиусе пятидесяти метров. Рвануло там хорошо!

Я послал «Комарика» проверить, и он наконец-то смог преодолеть границу работы РЭБ. Значит, прибор разрушен – я внимательно наблюдал за трансляцией видео с его камеры.

Пыль осела, и я увидел три трупа – обычные бойцы. А вот четвертый был жив, дрон подсветил его желтым, желая что-то мне подсказать. Но я не понял этой индикации. Пока боец оставался в постройке, я запустил вторую ракету. Внутри помещения она рванула знатно: две стены комнаты вырвало с корнем, потолочная плита подскочила и обрушилась, сминая все, что было на полу. Взрыв был такой силы, что скрежет сминаемых и разрываемых конструкций я услышал даже на таком большом расстоянии.

Я сразу кинулся к позиции врага, «Комарик» показал мне движение желтой фигурки. Вот живучий гад! За три минуты, пока я бежал, противник вылез из-под развалин и рванул мне навстречу, в его руках светился красным плазменный нож. Сука! Я помнил, как порезали меня такие ножи раньше.

Рванул в сторону, выхватывая верный «Меррит», враг бежал за мной. Он меня не боялся, очевидно, считал, что бой идет в его пользу. Найдя удобную позицию, я кинул гранату, которая рванула прямо у него под ногами, но не нанесла никакого урона. Он продолжал бежать на меня. Я всадил в него обойму британских бронебоек. Попадания его лишь слегка замедлили, он продолжал стремительно приближаться.

Точно! Он в доспехе мимиков! Как я сразу не догадался? Взрывы никак не действуют, осколки и пули не берут. При попадании урановой пули он дергается, значит, теряется часть целостности бронекостюма.

Внезапно он кинул в меня плазменный нож! Я прикрылся рукой, надеясь, что броня отразит удар, но нож, с мерзким звуком от треснувшего металла брони черных штурмовиков и лопающихся от жара кожи и костей, вошел в запястье по самую рукоятку. Сука! Как же больно.

Я все понял! Лютая Караганда! Чтобы бороться против брони мимиков, нужны плазменные ножи! Я вывел из хранилища все четыре ножа. Теперь, благодаря функционалу брони станнума, я мог управлять сразу шестью устройствами одновременно.

Четыре клинка устремились в моего противника, он даже вскрикнул от ужаса, когда увидел летящие навстречу ножи. Не кинутые, а именно летающие в воздухе по управляемым траекториям.

Я отсек врагу ступни, он с криком завалился на землю. Подбежал, чтобы провести быстрый допрос. Но пленник выхватил из виртуального хранилища тяжелый автомат с увеличенным магазином, похожий на те, которыми пользовались бойцы врага на Нижнем рынке. Пришлось отсечь еще и руки. Очевидно, он не ожидал, что ножи будут сохранять плазменную реакцию так долго, ведь при использовании как ручное оружие плазма горит всего 5 секунд. В режиме дрона она сохраняет реакцию на протяжении всего полета или по желанию оператора.