Нет, не из пламени я сотворён, я состою из тряпок, ревматизма, бумажек порванных, забытых строчек — наскальных знаков жалких на обломках былых утёсов. Где замок из хрустального дождя? Где Молодость и снов её печаль, и та полурасцвётшая мечта о птице в небе, об орле в полёте, о пламени на рыцарском гербе? Нет, я не луч лазурного огня, вонзённый, как копьё, в безоблачное сердце. Нет, жизнь не острие ножа, не вспышка звёздная, а медленный износ внутри одежд, ботинок, повторённый сотни раз, изъеденная ржавчиной медаль в коробке тёмной, тёмной. Ни новых горестей я не прошу, ни роз, не безразличием я болен, нет, а просто — каждый знак уже начертан, и начертания стирает горький ветер; моя душа теперь, как барабан немой на берегу реки, всё той реки, которая была и вечно будет.