Два Меча Судьбы

Мужчина вновь опустил взгляд на Ла Раи и глубоко вздохнул. Спустя несколько вдохов он развернулся и пошел в противоположную от Секты Небесного Огня сторону. С каждым шагом его тело становилось все прозрачнее, но даже когда он окончательно исчез, его аура осталась плотным навесом, заслонившим Небеса над Сектой и покрывшим ее Землю.

— «Что это за голос?» — спросил себя Ла Раи, когда чужое присутствие растворилось вдали, оставив после себя лишь кровавый осадок. Да, Ла Раи ощутил присутствие странного мужчины, более того, он отчетливо слышал каждое его слово.

Вот только сколько он не думал, ему не удавалось понять ни того, чье присутствие ощутил и чьи слова услышал, ни что значили эти слова. Единственное, что он осознал, это то, что он определенно точно не должен был услышать этих слов. Это осознание вспыхнуло в нем невероятно ярко, юноша сразу понял, что, вероятно, ему еще долго не удастся разгадать тайну этого голоса.

Летели дни, за ними тянулись недели, юноша с нетерпением ждал, когда наконец сможет получить Великий Духовный Трактат, все это время он помогал переправлять людей из квартала слуг в их родные места. И все же… за это время некоторым слугам удалось достичь первой ступени Конденсации Ци. Это были три довольно юных человека, все они стали членами Внешней Секты в разное время, последней на искусственную платформу, держащую на себе всю Внешнюю Секту, ступила юная девушка лет пятнадцати. Ее, как и Ла Раи, в Секту Небесного Огня доставила Дин Лио несколько месяцев назад, если суммировать все дни ее занятий Культивацией, то в сумме получался всего лишь один месяц. Для практиков государства Дунло это был невероятный результат.

Все ближе подбирался день, когда Ла Раи должен будет распределить между учениками Внешней Секты духовные камни и целебные пилюли. На рассвете назначенного дня юношу вызвал к себе Чжвэй Тан. Теперь Ла Раи относился к нему как члену старшего поколения, как того требовал этикет. Это обстоятельство первое время несколько смущало и настораживало мужчину, но в конечном итоге он пришел к выводу, что Ла Раи повзрослел.

На самом же деле юноша оставался все таким же пренебрежительным и высокомерным. Хоть он и проникся уважением к членам Секты Небесного Огня, других практиков он по-прежнему считал ни на что не годным мусором.

Когда Ла Раи предстал перед Патриархом, тот окинул его задумчивым взглядом, словно раздумывал, не послать ли кого другого. С той битвы он заметно постарел, не нужно было напрягать глаза, чтобы увидеть седину в его волосах, его лицо медленно, день за днём покрывалось морщинами, словно из него медленно вытягивают жизненную силу.

— Ты помнишь, что тебе сегодня поручено? — спросил Чжвэй Тан, его голос стал слегка скрипучим и пропитанным легкой древностью. Когда Ла Раи кивнул, он слегка улыбнулся, — Раз в год, — начал он вновь, — Секта дарует последнему присоединившемуся к ней ученику целебную пилюлю Морской Скорби. Она подходит для пятой ступени Конденсации Ци и ниже. Эту традицию ввел дедушка, когда только основал Секту. И хоть я не согласен с тем, что она необходима, у меня нет никакого желания ее отменять, тем самым выразив неуважение Основателю.

— Так чего же, — нахмурился юноша, — Вы ждете от меня?

Чжвэй Тан глубоко вздохнул и посмотрел в сторону Внешней Секты.

— Я знаю, что то, о чем я собираюсь тебя попросить, недостойно твоего положения, и все же… — он вновь повернулся к Ла Раи, — И все же, возможно, тебя заинтересует моя просьба, — мужчина выждал немного, а после продолжил, — В этот раз пилюля должна достаться девушке с очень незаурядным скрытым талантом. Однако если пилюля попадет ей в руку… не думаю, что стоит объяснять, что произойдет.

Ла Раи кивнул. Он понял, к чему клонит Чжвэй Тан. Стоит пилюле оказаться к нее в руках, как она станет мишенью для всех учеников Внешней Секты Небесного Огня. Скажи Патриарх ему об этом несколькими месяцами ранее, ему бы было все равно, не важно, какой у нее скрытый талант. Но сейчас…

— Вы хотите, чтобы я отдал пилюлю кому-то другому? — спросил юноша.

— Нет, — улыбнулся Чжвэй Тан, — Это будет нарушением традиции. Я хочу, чтобы ты присмотрел за ней и при необходимости отвадил учеников с более высокой Культивацией чем у нее. Хотябы три дня, пока пилюля будет запечатана.

Да, все было не так просто. Во Внешней Секте Небесного Огня царил настоящий хаос, который поддерживали немногочисленные правила Секты. К примеру это: при выдаче качественных пилюль, на них накладывается печать. Эта печать ежечасно испускает яркое сияние, которое не способны скрыть ни одни стены. Она держится трое суток, в течении которых ни один человек не может принять пилюлю. Тем не менее в течение этих трех суток за пилюлю будет идти ожесточенная борьба, из которой практически невозможно выйти живым, если пилюля угодила тебе в руки.

К счастью, в свое время Ла Раи удалось избежать подобной участи, опоздав всего на пару дней. И если бы не эта его невероятная удача, вполне вероятно, он был бы уже мертв.

— Хорошо, — кивнул Ла Раи, — Я присмотрю за ней, Патриарх.

Чжвэй Тан смотрел на него с нескрываемой теплотой, словно на родного сына. Он был несказанно рад произошедшим с юношей изменениям, ведь сейчас он действительно был… практиком Секты Небесного Огня.

Покинув резиденцию Патриарха, Ла Раи не смог удержаться от взгляда на Внешнюю Секту, ведь уже совсем скоро ему придется вновь ступить на эту землю. Юноша не стал идти туда раньше времени, создавая переполох, вместо этого он поднялся в пещеру Бессмертного и принялся медитировать.

— Что-то не так, — прошептал он, глядя куда-то в себя, — Что-то грядет, но… это никак не связано с Сектой Лунного Затмения. Не понимаю…

Его снедала неясная тревога, словно тот мир, в который он окунулся с головой, та пелена, что плотным туманом закрыла от его взгляда будущее, словно все это исчезнет, стоит подуть легкому ветерку. И все же этот ветерок… будет невероятно мощным ураганом, что захватит его и унесет далеко от этого места. Так ему казалось, такая картина представала перед ним, стоило юноше прикрыть глаза.

— Словно кто-то напоминает мне, что мой удел — одиночество, — с горечью прошептал Ла Раи, подняв голову к каменному потолку и тихо рассмеявшись, — Ну конечно, одиночество! Ради меня никто не пойдет против Клана Ван! Все эти друзья, все это тепло в отношениях с другими… это лишь иллюзия того, чему никогда не суждено появиться в моей жизни.

Раздался стук, и юноша махнул рукой, позволив пещере пропустить незваного гостя. Его не интересовало, кто это, он мог бы вообще не открывать, однако он не хотел беспокоить Чжвэй Тана, который действительно стал для него кем-то важным.

Перед ним возник юноша лет тринадцати, с Культивацией второй ступени Конденсации Ци. Так как Ла Раи никогда его раньше не видел, он довольно сильно удивился такому гостю. Однако не стал его выгонять.

— Старший Брат Ла, — произнес юноша, низко поклонившись, — Меня назначили вашим слугой. Меня зовут Чу Юньцзы. Для меня честь прислуживать вам!

Он выпалил это, словно какую-то скороговорку, заученную наизусть и репетируемую ежеминутно. Ла Раи слегка опешил от такого заявления, ведь… как минимум, Чжвэй Тан ничего такого ему не обещал, как и не предупреждал о прибытии слуги.