Два сердца столицы

– Фу ненавижу их, своими когтями вцепятся и могут даже порвать защиту. Твари мерзкие, живучие как наши живчики. Вот несправедливость, почему они могут жить, бегать и прятаться, а мы должны выживать в этих костюмах, – выругался один из охотников и еще раз ударил по трубе. Стук отзывался звоном в ушах беглецов.

– Парни, уходим, здесь кроме крыс никого нет.

«Нет, нет нет, только не крысы, ненавижу. Нет», – пронеслось в голове у Юли и она уткнулась лицом в рюкзак.

– Да что за хуйня! – прошептал Егор, увидев бегущих на них крыс, в свете фонарика, которых было штук 12.

Напуганные крысы промчались по лежащим в трубе людям, пробегая по их голове, спине и ногам, задевая своими длинными хвостами их руки. Юля зажмурилась, ей казалось что она практически не дышит. Крысы и любые другие грызуны были её главным страхом. Ей казалось, что эта стая никогда не закончит бежать по ним. От бессилия и всей ситуации она уже готова была расплакаться. Оказаться внутри очень тесного, замкнутого пространства со стаей огромных крыс,наверно это был самый страшный момент в ее жизни . Они были настолько огромные, что девушка чувствовала вес каждой. Когда набег закончился, она с особым рвением поползла к выходу. Глубоко и часто дышала, казалось, что ей не хватает воздуха. Егор лишь тихо матерился, единственное что он испытывал это отвращение от ситуации и хотел сходить в душ и выкинуть всю одежду, которая была на нём. Юля резко выбила решетку и вылезла из трубы, села, прислонившись к стене, пытаясь переварить и отпустить произошедшую ситуацию в вентиляционной трубе. Егор плюхнулся рядом, посмотрел на девушку и спросил:

– Ещё одну такую пролезть? – она покачала головой.

– Все хорошо? – обратился он к ней, наблюдая как она что-то стряхивает с рукавов.

– Да, – послышался сухой ответ. Егор сел перед девушкой.

– Успокойся, смотри на меня, – он снял с неё фонарик и положил рядом, посмотрел на девушку и продолжил, – это просто крысы, они нам ничего не сделают, эти переодетые мудаки их спровоцировали. Все хорошо. Если что мы их будем травить, успокойся. А этих мудаков мы тоже убьём, тем более они очень уязвимы, как говорится кто они такие без своих спец костюмов. Все хорошо, надо выбираться отсюда, – Егор обнял девушку.

– Не трогай меня, терпеть не могу прикосновения, ни крысиные, ни человеческие, фу, – девушка взяла фонарик и поднялась с пола.

– Ничего страшного привыкнешь, зайка, – огрызнулся Егор.

Девушка прошла к выходу, осталось лишь подняться по лестнице и выйти в зону вывоза мусора, оттуда можно было направиться к машине и уехать. Выбравшись на лестничную площадку они прислушались, было тихо и они медленно стали продвигаться к выходу.

Оказавшись на улице Юля вдохнула свежий воздух, пытаясь отдышаться и избавиться от затхлого запаха вентиляционной шахты, который будто въелся в ее нос. Солнце ярко светило и грело, девушка обернулась вглубь паркинга и вспомнила стаю крыс, ее передернуло.

– Где тачка? – спросил Егор.

– Надо пересечь перекрёсток, там во дворах. Идём, – девушка закинула фонарик в рюкзак и повесила его на плечо. Перебегая дорогу, они услышали уже знакомое жужжание и тут же подняли голову-над ними летал коптер…

несколько дней назад

Городская суета часто наводила Юлю на мысли о том, что она не прочь остаться абсолютно одна в городе: только она и её песель. Она часто думала чем бы она занималась, оставшись одна в безлюдном мире: ей было бы интересно ходить по чужим квартирам, рассматривать и представлять как жили люди, чем они занимались. Девушка считала, что её устой жизни практически бы и не изменился, общение с людьми её не интересовало, она выбиралась из своего дома лишь для работы и крайне редко на праздники своих коллег.

– Кто бы мог подумать, что спустя некоторое время мои мысли материализуются. Значит мысли и правда материальны? Степа, как думаешь?

– Стёпа, услышав свое имя поднял мордочку и навострил уши, внимательно посмотрел на хозяйку, наклонив морду вправо.

– Интересно, ты меня понимаешь? – задала она риторический вопрос, глядя песелю в глаза.

Ангар, в котором находилась девушка уже давно пустовал. Юля прибралась в нём, собрала все раскиданные инструменты, приборы, разложив все по своим местам,согласно протоколу.

Пока девушка заполняла планшет, что было частью протокола и облегчало поиск нужных инструментов, подул ветер, и снаружи послышался шум,будто что-то ударилось о наружную, металлическую поверхность ангара. Юля вздрогнула, сердце бешено заколотилось, она выглянула на улицу, Стёпа последовал за ней.

– Это просто ветка, – сказала успокаиваясь девушка, поднимая небольшую ветку с земли.

– Вот же напугала. Странно, в последнее время такие ветра поднимаются, раньше такого не было, – подумала девушка и еще раз взглянув на ветку,вернулась вовнутрь и вновь уселась на пол. Снаружи ветер набирал обороты, поднимая в воздух тучи пыли и срывая ветки с деревьев…

Егор в это же время бродил по разгромленному салону, трогая столы, поднимая с пола пилки для ногтей, крутил их в руках и кидал на стол. Он сел на кресло возле маникюрного столика и погрузился в воспоминания.

Всего каких-то несколько лет назад, перед соревнованиями, которые транслировались на десятки экранов он и его команда приходили в этот салон, стригли волосы, ровняли бороду, делали мужской маникюр.

– Вот на этом месте я делал маникюр, напротив сидела маникюрщица и демонстративно смеялась, изображая радость. Эд ещё предлагал закуражиться с ней…Нахуя мне маникюрщица, вечно хуйню предлагал. Как её звали-то? Похуй, не важно, просто пильщица, – вспоминая это, он поймал себя на мысли будто это было в другой жизни и вовсе не с ним. С кресла Егор переместился на диван и уставился на разбитую мародерами стену, откуда свисали интерьерные искусственные листья и провода подсветки.

– Где сейчас моя малышка? В безопасности ли она. Убила чувака и уехала от меня, – азговаривал он сам с собой и крутил в руках её кулон…

Прошло всего несколько дней, после того как Юля убила Ворона, в голове снова и снова крутился этот момент. Когда воспоминания пытались захватить её разум, девушка пыталась прийти в себя, закрывала глаза и глубоко дышала, вдыхая через нос и медленно выдыхая через рот. Данная техника медитации иногда помогала ей. Помимо дыхательной гимнастики, Юля пыталась выстроить внутренний монолог сама с собой, раньше это ей помогало, но теперь разговоры ни к чему не приводили.

– Убивать остатки людей в мои планы не входило… А был ли Ворон человеком с точки зрения морали?…Хотя пережить апокалипсис тоже не было в моих планах… Нет, не так, пережить апокалипсис, а точнее остаться в живых в моих планах, конечно же было, но это что-то из разряда фантастики, я бы и подумать не могла, что человечество способно полностью вымереть. Как бы правильно сформулировать свою мысль? Вымирают виды животных, растений, но ведь они исчезают от рук человека, неужели человек эволюционировал до своего пика и уничтожил сам себя? – размышляла вслух Юля, её мысли сменялись одна за другой. Она посмотрела на Степу, он положив голову ей на колени, смотрел на неё своими чёрными, блестящими глазами. Девушка вглядывалась в собачьи глаза и вдруг её посетила мысль, которую она озвучила вслух:

– В общем, самого апокалипсиса в моих планах на будущее не было, а вот выжить при любом катаклизме было всегда, вывод таков: формулируйте свои желания правильно, не зря об этом болтали все кому не лень. Знаешь Степа, я наконец поняла чего не хватает в этом ангаре-нашего автомобиля. Я по нему очень скучаю. Девушка резко сменила направление своих мыслей, чтобы вновь не вернуться к воспоминанию о Вороне и еще раз оглядев ангар, задумалась и подперев подбородок произнесла:

– Стёпа, мы привезем сюда мой мерседес! Надо вывозить его сейчас, пока подтопление не добралось до него. Он там стоит один без меня и скучает. Так, завтра среда, а по средам и пятницам мы ездим в нашу подземку. Завтра отправимся в город на какой-нибудь машине из паркинга аэропорта, чтобы бросить её там, а свой мерседес заберём и перевезем. Все свое должно быть рядом, – сделала заключение девушка.