Два в одном
Шрифт:
И СУ Йен нахмурился, а как до него дошел смысл сказанного – у него чуть с ушей пар не пошел. В аудитории опять повисла тишина, только возле окна послышался тихий женский смешок. И в такой тишине он прозвучал как звон колокольчика.
– Ты что, возомнил себя бессмертным? Ты, бомжара, настолько поверил в собственную неуязвимость?! Из-за этой сраной побрякушки?
– он кивнул на значок. – Я тут навел справки… такую штуку просто так не получишь. И за бабки не купишь, а у тебя так их вообще нет! Значит, или ты ее на коленях вымолил у этой… - он замялся, очевидно не рискнув наградить эпитетом Китсу, и
Я нахмурился, соображая и прикидывая, где мог проколоться по поводу блефа с камерами. Я точно ему не говорил, Денис тоже вряд ли рассказал бы… как он узнал?! Но с другой стороны – да какая разница!
И Су Йен между тем наблюдал за мной очень внимательно, и моя реакция на инфо о камерах и легкое замешательство - от него не укрылись. Он еще больше уверился в своей правоте, и на его лице появилась хищная ухмылка гиены.
– Так я и думал! Неужели ты надеялся напугать меня таким тупым блефом? Я тебе не лох с помойки, чтобы меня так легко развести!
И он уже уверенно схватил меня за грудки, поднимая со скамьи.
Первой моей мыслью было оглушить его нахрен и вышвырнуть из аудитории как куль с г… фекалиями. Второй – повторить трюк, которой я на этом самом месте уже провернул с Никеасом: припереть его башкой к стене и острый предмет в глаз... Но потом рассудил более здраво. Не дергаясь и не делая резких движений, спокойно уточняю:
– Делая такие… громкие, но не очень умные выводы - ты не учел двух вещей. Первое: ты недавно упомянул о прототипе парализатора… А вдруг он сейчас у меня в кармане, и я готов его применить? – я подергал бровью и пошевелил левой рукой в левом кармане.
И Су Йен мгновенно отпустил меня и отпрянул, и его дружки отстранились еще дальше. Ха! Три раза ха!
– И второе, - продолжаю спокойно и максимально уверенно, - а что если ты ошибаешься, и значок мне вручила госпожа Китсу-но-ичи лично, в присутствии своего уважаемого отца, когда объявила меня своим… - я специально не договорил фразу после слова «своим», а многозначительно подергал бровью, давая возможность его трусливому воображению дорисовать картинку самостоятельно. А оно ведь еще и не такое напридумать может, и нагнать жути его трусливой душонке!
– Ты бредишь! – бросил он зло. – Чтобы она - с таким как ты… ты точно блефуешь!
– Хочешь проверить? – вкрадчиво интересуюсь я, стараясь подражать тону Малиссы, когда она говорила так со мной. Я отлично помню эффект – аж мороз по коже продирает.
Йен сглотнул, неуверенно глянул в сторону, его взгляд стал бегающим и неуверенным. Еще трижды ха!
– Врешь, - уже неуверенно повторил он. – Ты спи***л значок и…
– А меня он тоже, как ты выражаешься спи***? – вдруг послышался справа красивый медовый голосок с легким акцентом, и все резко обернулись на звук.
Ко мне, медленной и уверенной походкой, вся такая красивая, стройная и дерзкая - приближалась Китсу, словно специально рисуясь и наслаждаясь произведенным эффектом.
– Проси, что заставила ждать, - промурлыкала девушка, прижавшись к моему боку и положила обе ладошки мне на плечо, сложив их в замочек. Повернулась к корейцу его шестеркам. – Так и что? Почему
вы еще тут?И Су Йен застыл, выпучив глаза, явно потерявшись и не найдя что ответить, у Лешки, сидящего рядом вообще челюсть на ноги упала. В аудитории пошли шепотки.
И в этот момент полной тишины в аудиторию вошла Аки, не смотрящая по сторонам, что-то листая в своем телефоне и не замечая происходящего. Словно очнувшись, подняла глаза, пробежала обстановку и мгновенно оценила происходящее.
– Это что еще за нафиг! – она вздернула носик и не теряя ни секунды ринулась напролом, расталкивая ребят на своем пути. – Какого хрена!
Она решительно перегородила мне обзор, вклинившись перед нами и отделив меня и Китсу от Йена и остальных. Положила кулачки на бока и поперла на корейца как ледокол.
– Пошли нахрен отсюда, шавки! Пока целы!
Я усмехнулся: зная эту занозу можно не сомневаться, что сейчас кореец так отгребет, что проклянет вообще все на свете.
– Так, о чем я, - спокойно произнес, мягко попытавшись отстраниться и шагнуть вперед, но Китсу неожиданно удержала меня на месте.
«Стой, - прошептала она на ухо. – Аки справится. Дай ей самой разобраться. Сейчас будет весело…»
Йен оправился от удивления, его лицо приобрело почти нормальное выражение, он тряхнул головой, откидывая свисающую челку назад.
– Опять ты, бешеная, - процедил он, делая вид что ему пофигу, но я заметил, как его ноги опасливо сделали полшага назад. А он ее побаивается! Или боится зацепить члена семьи Сирогане…
– Что ты там проскулил, псина?! – Аки напирала, слегка нагнувшись вперед. – Шел бы ты отсюда, пока можешь…
– Придержи язык! – все еще храбрился Йен.
– И рот прикрой! Для бабы – ты его слишком часто открываешь, смотри когда-нибудь тебе его заткнут… тем самым способом!
А вот это уже было слишком, даже я разозлился, и снова попытался освободиться от нежных ручек Китсу, но та снова меня удержала.
– Не вмешивайся, Ярю-мир. Она справится.
– По-моему он уже перегнул! Сейчас я его…
– Нет, - сереброволоска спокойно покачала головой.- Я думала, ты уже успел изучить Аки достаточно… поверь, сейчас ему не поздоровится. Наблюдай.
Между тем дружки Йена заржали, а рыжая наоборот как-то словно вся сжалась. Я напрягся, буквально краем уха ощутил, как Аки разозлилась до состояния тихого бешенства. Блин, она же сейчас… Мне показалось, что девушка настолько в бешенстве, что сейчас применит свои страшные магические когти. Но она сумела меня удивить по-настоящему.
– Ты труп, собакоед. Я тебя сейчас просто убью… - сказала она как-то тихо, и шагнула вперед почти вплотную к корейцу.
– Отвали, психованная! Договор перемирия между нашими семьями! Ты не можешь напасть! – зашипел было тот.
Тут входная дверь со скрипом открылась, и в аудиторию зашла припоздавшая преподавательница с охапкой книг и сумкой, болтавшейся на ремешке. Застыла, изучая что происходит, а дальше…
И тогда Аки сменила тактику. На всю аудиторию раздался треск, напоминающий звук рвущейся ткани и… блузка Аки распахнулась в стороны. И Су Йен от удивления застыл и уставился на ее притягательные холмики, едва прикрытые полупрозрачными чашечками лифчика.