Двое против всех

Нет, рейдер вел себя доброжелательно, не угрожал, не запугивал, не наезжал, не давил авторитетом. Говорил как равный с равным - спокойно, неторопливо. Даже немного шутил. Но все равно жутью от него пробирало до костей. Даже рядом с Качино так никогда не дергало. И спутница Эйнара, юная длинноногая симпатяга, уж точно не красоты ради носила на шее такие смертники. "Трое со мной". Еще бы! Конечно, с ней. Всегда с ней. Ведь она ходит одними дорогами с этим жутким человеком. Блин, вот ведь парочка: прямо Дурная и Дави'Ро. А Диего с парнями еще собирались ее... Идиоты! Совсем от жары чуйку отбило.

Пока Пять Ран тихо трясся про себя, двери в бар открылись и вошел Качино, как всегда, весь в черном: черные штаны, черная расстегнутая на груди рубаха, черные стоптанные ковбойские сапоги. Только щетина на лице и голове - черная с проседью.

Бонза задержался на входе, спокойно оглядел зал и, заметив Диего в компании с двумя незнакомцами, направился к их столику. Сразу же, словно из воздуха, возникла официантка с подносом, на котором стояли запотевшая кружка пива и тарелка с любимыми закусками посетителя. Благо и его самого, и его вкусы в этом заведении знали.

Пять Ран, завидев авторитета, поспешно освободил ему место и, испытывая невероятное облегчение, перешел к барной стойке. Дальнейшие переговоры его не касались.

Качино же опустился на стул, внимательно оглядел Эйнара, скользнул глазами по Ите, после чего молча сделал глоток из поднесенной ему кружки и забросил в рот соленый снек. Вдумчиво похрустел закуской и, наконец, не спеша, но и без нарочитой плавности, достал пистолет, выщелкнул магазин, выбросил из ствола и поймал патрон, после чего вставил магазин назад и спрятал оружие. Эйнар кивнул и так же убрал патроны из патронников своих пистолетов-пулеметов.

– Хотел встречи? Говори, - сказал рейдер.

– А ты пересекаешься со всеми, кто хочет встречи?
– поинтересовался бонза.

– Только с теми, кто сможет заинтересовать, - усмехнулся Эйнар и кивнул в сторону сутулящегося возле бара Диего, - так или иначе. Даже с невезучим связаться решил.

– Да какой он невезучий, - Качино махнул рукой, словно бы невезучесть Диего была выдумкой.
– Загоняется просто. Он с одной девчонкой мутил, а потом она стимов с кислотой намешала и на него с ножом бросилась. Другой бы докторам на ливер пошел, а этот ниче - пять резаных ран и все. Заштопался и уже через день на ногах был. Но мы не о нем, а о тебе. Дело ищешь или уже в деле?

– Уже в деле.

– Нужно что-то добыть? Кого-то найти?

– Всякое может понадобиться.

– Если понадобятся люди, обращайся. Информация - тоже. Узнать о любом из постоянных и половине приезжих - час, обо всех остальных - полдня. Добыть что-то... ну, если это не ядерный фугас или там шлюха из высших корпов, то тоже - быстро и без проблем.

– Шлюху из высших корпов скорее я тебе добуду, если вдруг захочешь и денег накопишь. А в чем твой интерес?
– Эйнар снял очки и внимательно посмотрел на собеседника.

– Платить ведь будешь по верхней планке, - Качино не спрашивал, а утверждал, - а это и для меня немало. Но главное, - он чуть помолчал, - главное условие - расскажешь обо мне и о том, что я могу, своему нанимателю.

– Выше головы решил прыгнуть, - в этот раз утверждал, а не спрашивал рейдер.

– Напрыгался уже, - снова отмахнулся бонза.
– Нет, просто повыше подняться. И чтоб там ждали.

– Без непоняток, ясно, - Эйнар отставил кружку и положил ладони на стол.
– За решение нанимателя я не отвечаю.

– Принято, - Качино протянул татуированную руку.

– Тогда замётано, - собеседник принял рукопожатие и огляделся по сторонам.
– Значит, говоришь, всех знаешь...
– он показал глазами на трех хорошо одетых молодых мужчин, которые появились незадолго до прихода бонзы и заняли столик возле одного из окон.

– Тогда вот эти кто?

– Почему именно они?
– Качино мазнул взглядом по сидящим.

– Бойцы хорошие.

Бонза откинулся на спинку стула и кивнул:

– Наметанный у тебя глаз. Это наемники. Немалый отряд - больше полусотни. Недели полторы как в секторе. Главная у них - интересная такая узкоглазая обаяшечка. Девочка-конфеточка. Только вот прикрывают ее не спецы телохранители, а универсальная боевая тройка с уклоном в штурм/захват и контрзасадные действия. И со своей лапочкой все трое отлично сработаны. Вот и думай, что это за няша такая.

– Неплохо, - одобрил Эйнар предоставленную информацию.

– Глаза есть, - добродушно развел руками Качино, - и уши. Плюс чуйку слушаю. В отличие от некоторых любимчиков Фортуны, которые недавно решили незнакомую девчонку разложить, и их внезапно стало меньше.

Ита только улыбнулась.

– Может, и как эту няшу зовут, знаешь?
– Эйнар тоже усмехнулся.

– Знаю, конечно, - кивнул бонза.
– Су Мин. Фамилию ни разу не называли, и в каких делах отметилась, пока не выяснил.

* * *

Хорошо всё-таки утром до наступления настоящего зноя! От асфальта и стен домов ещё не пышет жаром, хотя солнце уже поднялось. Нет духоты, нет пекла, не потеешь, как скотина, пить не хочется. Поэтому и на улицах весьма оживленно. Люди выползают порешать свои дела до того, как сектор превратится в раскаленную сковородку.

Лето и Нари беспечно шагали вдоль широкого проспекта, наслаждаясь отличной погодой, и наперегонки ели сублимированные снеки. Лето нёс в руке пакетик с лакомством, доставал из него хрустики, подбрасывал и по очереди с подругой ловил ртом. На землю пока не упал ни один кусочек. Но Нари, конечно, жульничала. Когда парень подкинул очередной снек и уже собрался его поймать, спутница ловко перехватила лакомство рукой, широко улыбнулась и с победным хрустом сгрызла добычу.

Лето фыркнул и нарочито медленно начал шарить в пакете. Подруга, конечно, не стала ждать, выдернула упаковку у него из рук и сама подбросила в воздух очередной кусочек. Впрочем, Лето, быстро качнувшись в сторону, на лету поймал перченый хрустик и показал Нари язык. Она беззвучно рассмеялась и вернула пакет.

Да, хорошо с утра до жары. Но уже через пару часов мегаплекс опалят беспощадные лучи полуденного солнца. Придется снова весь день ползать под раскаленным прессом неба...

Подростки прошли ещё полквартала до узкого переулка между домами, на стене одного из которых было написано матерное слово. Так причудливо, что походило на корявый иероглиф.

Нари остановилась, заглянула в переулок, а потом жестом попросила спутника подождать. Он кивнул и встал на углу, продолжая забавляться с сублиматом. Впрочем, в одиночестве это было не так уж и весело... Лето без прежнего азарта хрустел снеками, когда прямо на него вдруг попер невысокий лысоватый мужик.

– Уже работаете? Че-то вы рано... Сколько?
– спросил мужик, ткнув пальцем в переулок, куда ушла Нари.

Лето обдало вонью пивного перегара.

– Мимо иди!

– Понял, - мужик, будто не услышав, обеими руками пригладил остатки волос, - как обычно, значит.