Джаг

Толстяк мгновенно замолчал и всей тяжестью своего огромного тела повис на руках Джага.

Он получил достаточно, и это было видно. Но взвинченный до крайности обстановкой, картиной распростертого на кровати тельца девочки, а также своей ненавистью к перевертышам, Джаг развернул его к себе лицом и сокрушительным ударом раздробил челюсть.

Сила удара буквально оторвала несчастного от пола, и он, пролетев несколько метров по воздуху, грузно упал в проходе между кроватями.

Не теряя времени, Кавендиш устремился к блондинке.

— Не делайте этого! — взмолилась она, и глаза ее, казалось, вот-вот вылезут из орбит. — Возьмите с собой! Другого шанса у меня не будет!

Видя, что разведчик колеблется, а Джаг решительно приближается с тряпкой в руке, блондинка по-звериному вцепилась зубами в свое запястье и протянула его вперед.

— Посмотрите, — залепетала она, — у меня красная кровь! Я не копия!

Кавендиш, нахмурив брови, искал ответ в глазах Джага. Оба мужчины удивленно посмотрели в сторону Малона.

— Что это значит? — рявкнул разведчик.

Зомби пожат плечами и сделал задумчивое лицо.

— Я не понимаю, о чем она говорит, — смущенно признался он. — Кровь должна быть красной, разве нет? Или она знает что-то такое, о чем мы не догадываемся.

— Кровь копий зеленая! — уверенно сказала блондинка. — Однажды во время пункции я увидела, как в лабораторию привели раненого… Это правда!

Оттолкнув Кавендиша, Джаг бросился к блондинке и приложил к ее лицу тряпку, пропитанную хлороформом.

Она почти не сопротивлялась и сразу же потеряла сознание.

Когда Джаг отступил назад, отбросив в сторону тряпку, разведчик осуждающе посмотрел на него.

— Зачем ты это сделал? — пробормотал он.

— Разве мы не решили уйти только втроем? — разозлился Джаг. — В последнюю минуту планы не меняют.

— А если она сказала правду? — Кавендиш показал на блондинку.

— Что это может изменить?

— А то, что толстяк — тоже не копия.

Джаг пожал плечами.

— Это не помешало ему стать предателем. Но если хочешь знать, есть другие дела, которые не ждут, а ты тут задаешь вопросы!

Явно недовольный, Кавендиш поспешил вернуться к реальности.

— Я хотел подвести ток к двери, — сказал он, — но это не решает проблему. Таким способом мы сможем ликвидировать только одного крота, так как два других в момент открытия двери к ней не прикасаются. Малон предлагает более надежный способ…

— Это надо вылить под двери, — заговорил Малон, держа в руках "пистолет", до краев наполненный темной мочой. Не знаю, известно ли вам, но кроты ходят босиком. Когда они ступят в лужу, достаточно бросить провод, и все на этом закончится.

— Но как вы подведете ток? — поинтересовался Джаг.

Разведчик показал на потолок, где сияли лампы дневного света.

— Возьмем его оттуда, — сказал он.

— Каким образом?

Вместо ответа Кавендиш подошел к ближней кровати и сбросил с нее матрас. Затем под удивленным взглядом Джага занялся демонтажем панцирной сетки, снимая пружины с рамы кровати.

Потом он начал их скручивать концами одну с другой, пока не добился желаемой длины. В завершение своей работы Кавендиш присоединил к самодельному проводу разветвления, чтобы с их помощью обеспечить электропитание, подключившись в сеть.

* * *

Разлить содержимое "пистолета" было для Джага детской забавой. К тому же пол имел едва заметный уклон в сторону коридора.

В это время Кавендиш, стоя на кровати, которую он вытащил в проход, снял предохранительную решетку с неоновых ламп, вытащил одну люминесцентную трубку, и дортуар погрузился в полумрак. Затем, защитив руки "языками", оторванными от ботинок толстяка, он подключил самодельный провод и протянул его к луже, где, присев на корточки рядом с Джагом, приготовился ждать прихода кротов.

В дортуаре стояла такая напряженная тишина, что, казалось, ее можно было резать ножом. Мужчины затаили дыхание — все превратились в слух.

Сидя в кровати у самой двери и далеко подавшись вперед плечами, Малон первым услышал приближение кротов.

— Идут, — неожиданно прошептал он.

Джаг подошел к зомби и без труда взял его на руки.

Нервы Кавендиша были натянуты до предела, сердце плясало в груди какой-то танец дикарей, и, когда щелкнул язычок замка, он воспринял этот звук, как пушечный выстрел. Сдерживая себя из последних сил, Кавендиш все-таки дождался, пока бронированная дверь начнет поворачиваться на петлях, и бросил провода в лужу мочи.

Из опыта разведчик знал: смерть бывает не такой мучительной, если обрушивается на жертву внезапно.

Конечно, он хотел бы, чтобы эти паршивые гномы поняли, что с ними сейчас произойдет, но обстоятельства не позволяли осуществить такую утонченную пытку.

Бронированная дверь полностью открылась, и обитатели дортуара увидели сцену из преисподней.

Буквально приклеенные к полу, сотрясаемые ужасными конвульсиями, в ореоле синеватых электрических дуг, потрескивавших, как погремушки гремучих змей, гномы безнадежно пытались вырваться из западни.

От сильной встряски с них слетели покровы, и кроты впервые предстали голышом, приведя этим в ужас своих палачей.

Их лица, "сотканные" из каких-то растительных волокон, представляли собой гротескные маски, доведенные до кипения электрическим разрядом. И на них то и дело вздувались зеленые волдыри, стремительно менявшие свой цвет на черный. Пузыри набухали, росли до невероятных размеров и взрывались, выбрасывая облачка коричневого порошка, который зависал в воздухе.

Один из гномов вдруг рухнул, и его тело запрыгало по полу, как шарик для игры в пинг-понг.

Затем он замер, выгнувшись, словно ледниковый язык, а его голова завертелась, делая полные обороты, сопровождавшиеся странным хрустом. Из растерзанной шеи потекли ручейки зеленоватой жидкости.

Неожиданно гном приподнял голову и уставился на Кавендиша двумя выпуклыми, как у ящерицы, глазами, которые тут же затуманились.

А вокруг него товарищи по агонии неистово царапали пол крючковатыми ногами, роя бетон и поднимая кубометры пыли.

— Прекрати! — крикнул Джаг. — Прекрати, достаточно!