Джамбудвипа

– Ты как? – весело спросил Грэг проснувшегося Дэвида.

– Я вижу, что ты выглядишь еще лучше, чем до поездки, ты на кокаине что ли? – пытался сходу пошутить Дэвид, – Где мы?

– Проезжаем Лас Баррас, осталось около часа езды, смотри, уже светает, – но название мексиканского городка ровным счетом ничего Дэвиду не сказало.

Солнца еще не было видно, но вверху облака были окрашены в насыщенный розово-красный цвет. По обе стороны от дороги был пустынный пейзаж с выгоревшей на солнце серо-желтой травой. Редкие деревья представляли из себя, измученных постовых, взиравших на проезжавшие мимо машины, с мольбой о капле воды. Где находился Лас Баррас Дэвид мог только смутно представить, вокруг, сколько хватало взора, не было каких бы то признаков оседлой жизни. Несколько встречных грузовиков дальнобойщиков нарушали одинокое шествие мощного внедорожника по пустынному мексиканскому шоссе.

– Ну вот, солнце, встает из-за горизонта, Земля вращается, и мы видим восход, – деловито заявил Грэг просыпавшемуся пассажиру, в это время глядя в зеркало заднего вида, откуда был виден рассвет, – Смотри, уже появляется край солнечного диска.

– Солнце просто перемещается в пространстве, по кругу, и из-за перспективы, мы видим, будто оно восходит, на самом деле, оно просто удалено от нас. Если ты стоишь на железнодорожном пути и смотришь на рельсы, уходящие вдаль, что ты видишь там, в конце? Ты видишь, что рельсы сходятся, но мы же знаем, что это не так. Да посмотри хоть на дорогу впереди. Так и с Солнцем. Если ты достаточно долго живешь в одном месте, ты можешь заметить, что точки восхода и захода солнца зимой и летом разные. Это связано с тем, что меняется скорость и радиус вращения Солнца вокруг того, что мы называем Северным полюсом. И когда где-нибудь, в Канаде наступает лето, Солнце сужает свой радиус вращения и замедляет ход. В это время в «Южном полушарии» наступает зима. Когда же в Канаде наступает зима, в Австралии господствует лето, и Солнце увеличивает радиус и скорость своего вращения. Кстати, ты видел фотографии Полярной звезды на длинной выдержке, посмотри, это же просто невероятно! Видно, как небесная сфера делает свое вращение вокруг оси.

– По-твоему, Солнце тут, совсем рядом?

– А ты думаешь, оно на 93 миллиона миль удалено от нас?

– Ну, выходит, да, так высчитали ученые, – слегка пожав плечами, ответил Грэг.

– А ты видел когда-нибудь солнечные лучи, расходящиеся от Солнца за облаками? Если бы оно было миллионы миль от нас, это выглядело бы как пучки света параллельные друг другу, расстояние ведь просто гигантское. А дорожка на море, от заходящего солнца? – Дэвиду было, что рассказать и он, вспоминая, выдавал свои наработки и наблюдения, – Ведь если бы Земля была шарообразная, то не было бы видно самой дорожки, отражение от искривленной поверхности выглядит иначе, чем от плоской, той, что мы каждый день наблюдаем.

– Я не знаю, я не могу тебе ничего противопоставить, я бывший полицейский, а сейчас пособник наркоторговцев, ладно, посмотрим, зачем ты нужен Дону Мигелю, – с этими словами Грэга черный внедорожник проехал мимо неприметной дорожной таблички с названием Агуа-Приета.

Незваные гости

Несмотря на утро, на улице было уже жарко. Климат-контроль справлялся с этой задачей, но с видом вокруг он ничего поделать не мог. Агуа–Приета был компактный городок с четким расположением улиц с юга на север и с востока на запад. Бедные домишки, плотно стоявшие один к другому, изредка украшала зелень в виде туй или кипарисов. От солнца было не спрятаться, все предметы, находившиеся под его лучами, теряли свой первоначальный облик и неизбежно выгорали.

Вдоль северной части города проходила граница с США, не заметить ее было трудно – сколько хватало глаз, тянулся бетонный забор, с двумя уровнями для защиты от беженцев. Проблема соседства США с Мексикой не ограничивалась одной только поставкой наркотиков, это также была нелегальная поставка трудоспособного, но абсолютно не квалифицированного и малограмотного населения. Стену строили долго и вложили немало денег, но к уменьшению потока нелегалов это не способствовало. Люди, ищущие лучшей доли, пересекали границу через пустыню Сонора и погибали там от жары.

Пока Дэвид с интересом озирался по сторонам, Грэг набрал по телефону своего знакомого и поприветствовал на испанском. После непродолжительной беседы, он обратился к Дэвиду.

– Сейчас заедем к одному хорошему человеку, примешь душ, освежишься, поешь, освоишься. А я потом отъеду ненадолго, и мы увидимся чуть позже.

– Кто он, как его зовут?

– Он мексиканец, – сказав это, Грэг в голос рассмеялся, – Зовут Эрнандо, хороший человек. Этого достаточно.

– Ну ты же меня не оставишь тут, я надеюсь.

Внедорожник подъехал к воротам, примыкавшим к небольшому, но ухоженному дому. Грэг посигналил несколько раз и ворота открыл мужчина лет шестидесяти, с смуглой кожей, и колоритными седыми усами. Несмотря на большое пузо, он был весьма расторопен и через несколько секунд уже закрывал ворота за внедорожником. По двору носилась ватага ребятишек от четырех до двенадцати лет, сколько их было, Дэвид так и не понял. Под ногами ребятни, проворно ускользая, сновали куры. Рыжая собака на цепи, не переставая, гавкала на незваных гостей.

– Ну чего сидишь? Выходи! – подбодрил опешившего от такой обстановки Дэвида Грэг.

– Угу, – приглушенно протянул Дэвид и вышел на улицу.

– Ну, привет Эрнандо, привет, дружище, – с этими словами Грэг принялся обниматься со своим старым знакомым.

– Давно тебя не видел, уже было подумал, что ты уехал обратно к гринго, – с ужасным акцентом на ломаном английском проговорил мексиканец.

– Нет, к гринго я больше не поеду, туда мне путь заказан, – Грэг показал рукой на стоявшего в сторонке, – Знакомься, это Дэвид, хороший парень, везу его к Дону Мигелю.

– О! К Дону Мигелю! – с этими словами Эрнандо схватил двумя огромными руками ладонь американца и учтиво пожал ему руку, – У вас намечается дело? Пиньято, да заткнись ты уже! – Эрнандо что есть мочи прикрикнул на неустанно лающего пса, после чего тот словно пораженный громом лег на землю и сонно зевнув, продолжил рассматривать снующих туда-сюда кур.

– Нет, это старый знакомый, – Грэг перевел разговор на другую тему, – Как сам, Эрнандо? Где жена? Где старший сын?

– Адэлина пошла на рынок, сразу как ты позвонил, послал ее купить к столу немного закуски. Старший на границе, работает, – не так громко сообщил Эрнандо, – Занимаюсь внуками.

Немного означало очень много, несмотря на бедность местного населения, встречали гостей здесь очень щедро.

– Эрнандо, друг, я оставлю Дэвида у тебя, а через два часа приеду, у меня есть еще несколько дел, прими его как родного.

– Какие вопросы, амиго! Напоим, накормим, спать уложим! – сквозь густые усы, улыбаясь, отвечал мексиканец.

Черный кадиллак остался стоять во дворе, а Грэг уже сидел в видавшем виды белом, выгоревшем от солнца пикапе, на заднем откидном борту которого, едва виднелась надпись Тойота. Заведясь со второго раза, Грэг скрылся за поворотом.

Ощутив легкое похлопывание по плечу, Дэвид обернулся и увидел широкую улыбку Эрнандо. Жестом Эрнандо показал гостю на входную дверь. Убранство дома не поражало роскошью, только самые необходимые вещи. Вкусный запах разносился по дому, видимо на плите готовилось какое-то блюдо. Эрнандо усадил гостя на диван в маленькой гостиной. Когда Эрнандо удалился, Дэвид принялся осматривать комнату. Первое, что бросалось в глаза, был огромный алтарь Девы Марии, стоявший на самом видном месте, внизу горела лампадка. Алтарь украшали искусственные цветы, а сама статуэтка, была украшена, чем-то похожим на фольгу, имитирующей сияющие лучи, исходящие от образа. Слева у стены стоял шкаф с посудой и прочей кухонной утварью. Журнальный столик, лаковая поверхность которого была исцарапана временем, был завален детскими игрушками и мелкими деталями от конструктора. Несмотря на сильную жару, в комнате было прохладно – на потолке висел вентилятор и монотонно крутил пожелтевшими от времени пластиковыми лопастями.