Джилл

Однако толкатели настигли и её. Она поравнялась с гонщиками, отставшими от неё на круг и даже два. Один из участников буквально пошёл на таран и чуть не сбил Джилл. Она успела увернуться, но к ней тут же подлетел ещё один "доброжелатель". Потом ещё и ещё. Маневрировать между препятствиями на трассе и агрессивными гонщиками становилось всё сложнее… Вдруг она заметила знакомый силуэт. Гонщик в чёрном костюме пришёл ей на помощь и принялся отгонять от неё других, давая возможность ей лететь дальше. Этот спаситель безнадёжно отстал на круг или больше. Но его, впрочем, как и многих здесь, данное обстоятельство нисколько не волновало. Джилл узнала в чёрном гонщике Виктора. Опять-таки, больше догадалась, чем по каким-то точным признакам. Однако она была полностью уверена, что это он.

И зачем мистер Харрис здесь? Тоже решил побороться за Кубок? Но он же не спортсмен. Летает весьма сносно, но для любителя. До профессионала ему далеко. Хотя здесь, на этой трассе, нормальные гонщики найдутся едва ли. Все какие-то странные, агрессивные. И отбиваться от недоброжелателей с каждым кругом всё сложнее. Люди как будто всё злее и злее становятся. Вот уже и яростные крики начали раздаваться с разных уголков трассы. И никто из организаторов гонку не останавливает, не вмешивается.

Тараны на Джилл продолжались. Некоторым гонщикам даже удалось её задеть. Девушка пошатнулась, но со скейта не упала: продолжила путь на ещё более высокой скорости. Вся эта ситуация начала её беспокоить: что это вообще происходит? А если её собьют? Это ж беспредел какой-то!

На девятом круге обстановка совсем накалилась. В лесной зоне кто-то вылетел прямо на неё из-за дерева, схватил за талию и повалил на землю. Парочка кубарем покатилась вниз по небольшому склону.

Всё. Она сошла с трассы.

Как только они перестали катиться, она с силой вырвалась из объятий, поднялась на ноги и отскочила в сторону. Рассмотрела напавшего гонщика — им оказался Виктор. Джилл в ярости сорвала с себя шлем и со всей дури кинула белый предмет в Харриса, который тоже уже успел встать. Он без труда поймал одной рукой шарообразную защиту, другой снял свой шлем. Гладкие длинные чёрные локоны рассыпались по плечам. Только вот Джилл сейчас не до любования красотой лорда. Она в бешенстве подскочила к нему и толкнула его руками в грудь. Удар довольно сильный вышел — он даже попятился. Джилл в отчаянном порыве принялась колотить его ещё и ещё. Обида подступила к горлу. Ей хотелось рвать и метать, разнести всё в клочья. Ведь она сошла с трассы. А значит всё конечно. Никакой победы и близко не будет. А ведь она так хорошо шла! Первым номером летела! И теперь все её труды, всё старания пошли прахом! Она столько готовилась! Отказывала себе во всём! И вот бесславный результат! И всё из-за этого Харриса!

Джилл била его кулаками в грудь. Он какое-то время мужественно терпел, потом отбросил шлемы, находящиеся у него в руках в стороны, обнял её и с силой прижал к себе. Джилл этот жест ещё больше разозлил. Она тут же вырвалась, отпрянула на три шага назад и заорала:

— Тварь! Мразь! Подонок! Что ты натворил?! Как ты мог?! Придурок! Кусок дерьма!

Она дышала часто-часто, хватала себя руками за голову, сдавливая виски. Мозг в упор не хотел верить в происходящее. Это конец! Ну как же так?!

— Наоралась? Всё выдала? — спросил Виктор совершенно спокойно, когда её поток ругательств стих. — Если я тебе сейчас скажу, что спас тебя, всё равно не поверишь. Так что лучше покажу. Пойдём. — он развернулся и зашагал обратно по направлению к трассе. — Пойдём, пойдём. Не пожалеешь. — позвал он её ещё раз заметя, что та мешкает.

Джилл нехотя поплелась следом, даже не зная, зачем. Она ничего уже не ждала. Чувства притупились, голова гудела. И что он там ей покажет? Как другой гонщик вышел на первое место?

Тем временем они приблизились к одному из участников трассы в зоне леса. Виктор примостился за одним из растущих здесь кустов. Джилл по инерции подошла и стала рядом. Мистер Харрис аккуратно раздвинул колючие ветви, мешавшие обзору.

— Смотри, — кивнул он в сторону дороги.

Джилл без желания повернула голову в указанном направлении. Она уже ничего не ждала, не хотела, ни о чем не думала… Только вот чем дольше она смотрела, тем больше её глаза округлялись.

— Что это?! — в крайнем изумлении спросила она.

— Кубок Красного Быка. — спокойно и ровно ответил Виктор. — Удивлена? Я так и думал. Бык не просто так красный. Ты что, не изучала информацию о гонке, в которой планировала участвовать?

— Не-а. — не отрывала она взгляда от происходившего на трассе. — Этот Кубок — единственное соревнование, где приняли мою кандидатуру. После перенесённой мною аварии и двухлетнего перерыва никто не хотел пускать меня на гонку. Я везде получала отказ. И только Красный Бык прислал подтверждение. Я так радовалась возможности вернуться в спорт, что действительно ничего о Кубке Быка не читала. И вообще… Это же гонка… Разве я могла предположить такое…

Представшая перед ней картина будоражила воображение. Трое гонщиков, сплошь покрытие татуировками — на них даже защитных костюмов не было — только обычная одежда, пинали поваленного на землю четвёртого. Причём делали это с особой жестокостью. А рядом летал малютка-дрон с камерой, весело снимавший происходящее действо. Теперь толпа на стадионе тоже сможет насладиться прекрасной дракой. Только вот это никакая не драка. Трое на одного — это избиение.

Едва троица закончила расправляться с одним, превратив несчастного гонщика в мятую котлету, как сверху им поступил новый клиент. И татуированные ребятки принялись обрабатывать очередного товарища с ещё большим азартом. Джилл задрала голову и увидела, как наверху, на трассе, ещё двое качков подлавливали пролетавших гонщиков и старались свалить их с аэроскейтов. Такой рабочий тандем получился: одни кидают, другие — бьют. Слаженно трудятся!

— И такие островки опасности по всей трассе, — сказал Виктор. — Суть гонки — не полёт, а кто выживет. Здесь свои нюансы: кто-то силой берёт, кто-то хитрость. Главное — добраться до финиша первым. Смотри!

Он указал пальцем вверх. Один из пролетавших гонщиков, завидя парочку, хотевшую его свалить, прыснул и одному, и второму чем-то в лицо. Агрессоры схватились за глаза, заорали. А находчивый гонщик, тем временем, краем своего скейта сильно пихнул и первого, и второго. Парочка с грохотом упала вниз к своим татуированный собратьям.

— И как я всего этого не замечала? — с недоумением оглядывалась вокруг Джилл.

— Ты просто была сильно увлечена гонкой и не видела ничего вокруг. Это и здорово, и глупо. Ещё бы немного — и удача от тебя отвернулась. С каждым кругом борьба всё жёстче. Если бы я не подоспел, тебя бы обязательно кто-то сцапал.

— А ты давно здесь? — начала она возвращается в реальность. — И почему спасаешь меня?

— Проще было бы тебя просто сюда не пускать, но ты вчера такую триаду залила, что я понял: пока сама всё не увидишь — не успокоишься. Я решил тоже записаться на гонку и подстраховать в случае чего. Благо, на турнир берут всех, никакие допуски не требуются. По моим расчетам, ты должна была на втором-третьем круге всё понять и сойти с дистанции. Но ты в упор ничего не видела: гоняла и гоняла. А, как я уже говорил, с каждым кругом накал борьбы всё нарастает. Если на первых порах тебя ещё прощали, как не представляющего угрозу соперника, то во второй половине гонки шею бы скрутили. А мне бы этого очень не хотелось. Поскольку ты сама сходить с дистанции не планировала, мне пришлось сделать то, что я сделал.

— Ясно, — грустно вздохнула она, отошла от куста подальше в чащу, плюхнулась на землю, согнула ноги в коленях, обхватила их руками и опустила на локти голову.

Села и замерла. Мир Джилл рухнул. Всё разбилось в дребезги. Она ещё до конца не осознала, что произошло, не прочувствовала всю глубину трагедии… Это придёт позже… Пока только ощущение, будто её оглушили огромным камнем. Голова гудела, пальцы с силой впились в ткань защитного костюма.

Сколько времени она провела в этой позе — она не знала. Всё сидела и сидела… Вроде Виктор пытался что-то ей сказать, но она не слушала, просто не могла сейчас воспринимать информацию.