Джойленд
Шрифт:
— Вы сегодня так хорошо к ним отнеслись, — вместо это сказал я. — Цветы… призы… аттракционы…
— Да-да, обычные лоховские штучки-дрючки. Лучше расскажи мне о вагончике, который выкатился из «Дома страха». Что это было?
— Я не знаю.
— Думаю, знаешь. Мы еще обсудим это. В Джойленде. Мне знаком твой «форд», Джонси. У него мигает левая фара, а на антенне болтается славная маленькая вертушка. Если не хочешь, чтобы я начал резать глотки твоим знакомым, выходи прямо сейчас. Выходи и кати по Бич-роу в Джойленд.
— Я…
— Завали хлебало, когда я с тобой говорю. Проедешь магазины и увидишь меня — рядом с одним из парковых грузовиков.
— Я…
— Тебе ясно?
— Да!
— Я буду ехать за тобой до парка. За ворота не волнуйся — они уже открыты.
— Выходит, вы убьете либо их, либо меня. Такой у меня выбор?
— Тебя? — в его голосе я слышал неподдельное удивление. — Я не собираюсь убивать тебя, Девин. Это лишь поставит меня в еще более трудное положение. Нет, я собираюсь исчезнуть. Не в первый, и, наверное, не в последний раз. Я лишь хочу поговорить. Хочу понять, как ты на меня вышел.
— Об этом я могу рассказать и по телефону.
Он засмеялся.
— Неужто упустишь шанс схватить меня? Неужто не хочешь вновь оказаться Псом-Героем? Девчушка, Эдди Паркс и прелестная мамочка со своим ущербным сопляком в качестве кульминации, — он вновь стал серьезным. — Четыре минуты.
— Я…
Он повесил трубку. Я уставился на фотографии. Потом открыл выдвижной ящик стола для «Скраббл», вытащил оттуда блокнот и нащупал один из карандашей, которыми Тина Акерли всегда записывала счет. Я написал: «Миссис Шоплоу, если вы читаете это, значит, со мной что-то случилось. Я знаю, кто убил Линду Грей и остальных».
И добавил его имя — большими буквами.
А потом побежал к двери.
Я снова и снова пытался включить зажигание, но стартер лишь чихал, и двигатель не заводился. Тут начал садиться аккумулятор: все лето я напоминал себе купить новый, но неизменно тратил деньги на что-нибудь другое.
Голос отца: двигатель захлебывается, Девин.
Сняв ногу с педали газа, я просто сидел в темноте. А время-то бежало, бежало. Может, мне следует вернуться в дом и позвонить в полицию? Позвонить Энни я не мог, потому что у меня не было ее номера, а с таким знаменитым папашей его, наверное, и в телефонной книге не найти. Знал ли об этом он? Вряд ли, просто ему сопутствовала дьявольская удача. Этого нахального ублюдка-убийцу уже давно должны были поймать. Но не поймали. Потому что он дьявольски удачлив.
Энни услышит, как он вламывается в дом, и застрелит его.
Да только она сказала, что все оружие хранится в сейфе. И даже если она достанет ружье, то к тому времени этот урод уже успеет приставить бритву к горлу Майка.
Я снова повернул ключ. Без моей ноги на педали газа и с полным карбюратором бензина «форд» сразу же завелся. Я выехал со стоянки и повернул на Джойленд. Красный неоновый свет «Колеса» и синие огни «Шаровой молнии» выделялись на фоне бегущих по небу туч. Эти два аттракциона всегда освещались в такие неспокойные ночи: они служили маяками для кораблей и предупредительными сигналами для легких низколетящих самолетов.
Бич-роу пустовала. Порывы ветра (иногда такие сильные, что встряхивали машину) гнали по ней тучи песка. На асфальте начали вырастать небольшие дюнки. В свете фар они походили на костлявые пальцы.
Проезжая мимо магазинчиков, я заметил на парковке одинокую фигуру, стоявшую рядом с джойлендским
ремонтным пикапом. Фигура проводила меня взмахом руки.А вот и огромный викторианский особняк. На кухне горел свет. Кажется, люминесцентная лампа над раковиной. Я вспомнил, как Энни тогда вошла в комнату со свитером в руках. Вспомнил ее загорелый живот. Ее лифчик, по цвету почти совпадавший с джинсами. Пойдешь со мной наверх, Девин?
В зеркале заднего вида я увидел приближающийся свет фар.
Он зажег фары дальнего света, за которыми машину было не разглядеть. Да мне и не требовалось: я знал, что это он на ремонтном пикапе, как знал и то, что его обещание меня не убивать было ложью. Утром миссис Шоплоу таки прочтет записку, которую я для нее оставил. Прочтет и написанное в ней имя. Вопрос только в том, сколько времени ей понадобится на то, чтобы поверить в такое.
Он ведь у нас такой душка со своими стишками-прибаутками, обаятельной улыбкой и лихим котелком. Лэйн Харди, любимец женщин.
Ворота, как мне и обещали, были открыты. Въехав в парк, я уж было хотел припарковаться около наглухо закрытого тира, но нажатием на клаксон и миганием фар он мне просигналил: езжай дальше. Когда я добрался до «Колеса», фары снова мигнули. Я выключил двигатель. Меня не покидала мысль, что завести его снова мне уже не доведется. Неоновый свет лифтушки отбрасывал кроваво-красные блики на приборную панель, сиденья и мою кожу.
Фары пикапа потухли. Я услышал, как открылась, а потом захлопнулась дверь. И я слышал, как в опорах «Колеса» гарпией верещал ветер. А еще до меня доносилось дробное и равномерное постукивание: колесо шаталось на своей огромной, толщиной с дерево, оси.
Убийца Линды Грей — и Ди-Ди Маубрей, и Клодин Шарп, и Дарлин Штамнахер — подошел к моей машине и постучал по окну дулом пистолета. Другой рукой он меня поманил. Я открыл дверь и вышел.
— Ты же говорил, что не собираешься меня убивать, — сказал я дрожащим, как мои ноги, голосом.
Лэйн улыбнулся своей обаятельной улыбкой.
— Ну… куда поток польется — тем дело обернется. Правильно?
Сегодня Лэйн сдвинул котелок влево и посильнее натянул его на голову, чтобы ветром не унесло. Его волосы, обычно связанные по рабочим дням в конский хвост, развевались теперь вокруг шеи. Ветер дунул сильнее. «Колесо» недовольно скрипнуло и мазнуло по лицу Лэйна дрожащим неоновым светом.
— За лифтушку не волнуйся, — сказал он. — Если бы она была сплошной, ее бы снесло, а так ветер просто дует сквозь опоры. Тебе о другом волноваться надо. Расскажи-ка мне про тот вагончик. Меня он больше всего интересует. Как ты это сделал? С помощью какого-то приборчика? С дистанционкой? Обожаю такие штучки. Ведь за ними будущее, знаешь ли.
— Не было никакого приборчика.
Кажется, он меня не услышал.
— Да и в чем вообще был смысл? Захотел меня вспугнуть прямо там? Если да, то ты зря старался. Насторожил ты меня еще раньше.
— Это всё она, — сказал я. Не знал, так ли это на самом деле, но впутывать Майка в нашу беседу я не собирался. — Линда Грей. Ты разве ее не видел?
Его улыбку как ветром сдуло.
— А на большее фантазии у тебя не хватает? На что-нибудь поинтереснее древней истории о призраке? Ну же, напрягись.
Значит, он тоже ее не видел. Хотя, наверное, он все же что-то подозревал. Наверняка уже не узнать, но, думаю, не зря он вызвался пойти за Майло. Не хотел никого из нас и близко подпускать к «Дому страха».