Э(п)рон-3

— Пожалуй, пора мне, уважаемые.

— Сиди! — ухватил меня за предплечье дед Семен. — Если тебе плевать на клан, хотя бы уважь наши седины!

— Не вижу повода не послать вас, господа мои.

— А вот грубить не надо, отрок!

— Сами напросились.

— Дурная кровь!

— Вы это к чему сейчас, дед Семен? — угрожающе нахмурился я. — Имеете что-то сообщить? Что-то, чего я не знаю?

— Мы уже все сказали, Сашенька. Только ты упорно не желаешь нас слышать. Странно видеть, в какого эгоиста ты превратился за какие-то пару лет.

— Вот только не надо меня на слабо брать! Видел я, к чему все шло! И виновен лишь в том, что не пожелал горло под нож подставить, безропотно, как жертвенный агнец!

— Ух, как заговорил! Смотри-ка, Захар, а у него неплохой учитель риторики появился!

— Демагогии, ты хотел сказать? Отрок, давай-ка без вот этого вот всего… имей уважение к нашим сединам.

— Слышал уже. Вот только ваши наезды уважению не способствуют, от слова вообще.

— Не зарывайся, Сашенька. Мы ведь по-хорошему хотим договориться. Пока по-хорошему.

— Да ладно! Вы мне еще и угрожать будете?! Здесь, на Картахене?!

— А что Картахена? Пуп вселенной? Спустись с небес на грешную землю, Сашенька. Что нам какая-то станция? На один чих!

— Очень смешно. Дед Семен, вы сами-то себе верите? На один чих? Военная станция под прямым управлением Протектората? Будет забавно на это посмотреть. А еще на лицо дяди Германа, когда вы ему подобное предложите.

— А с чего ты решил, что мы именно ему это предложим, отрок?

Вот он — ключевой момент. Проговорились-таки. А у дядьки-то проблемы, и серьезные! До заговорщиков довластвовался… впрочем, дело житейское. Еще и от вот таких мелочей я сдернул. Но старикам об этом лучше не знать.

— Стало быть, вы заговорщики, господа мои?

— С чего ты взял, отрок?

— Баловство это, заговоры плести, да в оппозиции пакостить, Сашенька. Не по возрасту уже нам.

— Ага, значит вы всего лишь посредники!

— Скажем так: мы третья сторона, Сашенька. Нам одинаково симпатичны и Герман, и его противники. И скорбеть мы по ним будем одинаково. Посему крайне желательно не допустить свары, плавно переходящей в резню. Но ресурсы мы можем задействовать с обеих сторон, если ты об этом.

— Вряд ли дядя Герман пойдет вам навстречу, господа мои. У нас с ним, знаете ли, ма-а-а-аленькое совместное предприятие, уже приносящее неплохой профит. А от перспектив ажно дух захватывает. Как думаете, куда он вас… хм, куда он вам порекомендует отправиться? Предельно вежливо, естественно?

— Как ты сейчас, что ли?

— Да, дед Семен. Я пытаюсь сдерживаться, хоть это и очень трудно. Особенно после неприкрытых угроз.

— Да какие же это угрозы, Сашенька? Господь с тобою! Мы просто пытаемся донести до тебя одну простую мысль: ты сейчас как тот гордиев узел, на тебе сошлись интересы сразу трех группировок в клане: Германа, его воинствующих оппонентов, и наши, тех, кто желает сохранить стабильность и мир. И всеми силами стремится избежать большой крови.

— А малой, значит, не гнушаетесь?

— Один человек это всего лишь один человек, отрок, — тихо, но веско произнес дед Захар. — Пусть даже и номинальный глава клана.

Да твою же маму! Снова очень многозначительная оговорка. Деды-то, оказывается, на меня надеются! А именно, что молодость возьмет верх и я порешу дядьку. Ну а дальше вариантов просто масса.

— Господа мои, давайте на секунду — чисто гипотетически — представим, что я повелся на ваши посулы и бросил вызов дяде Герману. Мало того, еще и победил в поединке. С чего вы взяли, что я останусь рулить кланом? Нам уже давно не по пути. У меня, если честно, есть лишь деловые интересы. И как раз объект этих интересов вы и призываете выпилить. Я ничего не перепутал?

— Нас устроит любой исход поединка, Сашенька. Если ты об этом, конечно. Но тебя же интересует только победа?

— Вы дяде Герману то же самое в уши заливали?

— Не груби, — страдальчески сморщился дед Семен.

— Ага!!! Так он вас тоже послал!!!

— Скажем так: мы ему деликатно намекнули, и он не менее деликатно дал понять, что не заинтересован в конфронтации с тобой. А вот заго… хм, оппозиционеры ему никто и звать их никак. Поэтому он оставляет за собой право на адекватный ответ.

— Черт… нехилый замес намечается…

— И мы о том же, отрок. И мы о том же…

Помолчали, думая каждый о своем. Причем деды, судя по смурному виду, уже не в первый раз расклады мысленно прогоняли, и не находили в ситуации ничего хорошего. Я, если честно, тоже натурально прифигел. Меньше всего я намеревался ввергнуть родной клан в пучину междоусобной резни. Собственно, именно по этой причине и пошел на всяческие ухищрения с бегством, сменой личности и игрой в прятки до исхода легитимного срока предъявления полномочий. И все равно не помогло. Царь-то ненастоящий!!! И поди докажи народу, что наследник сам, сугубо добровольно отказался от власти. Они попросту в упор не будут видеть предъявленных доказательств. Потому что им вовсе не доказательства нужны, а всего лишь формальный повод копать под захватившую власть группировку. Я тут вообще как собаке пятая нога. Или рыбе зонтик. Черт. Обидно. Как бы не пришлось в очередной раз оставить всех с носом… извини, дядя Герман. Выскользнуть из расставленных силков не получится. Но и без сопротивления я не сдамся, так и знайте.

— Так ты согласен, отрок?

— Нет.

— Такой ответ мы не примем.

— Ваша проблема. И не вздумайте давить на меня силой, кое-кто тут недавно уже пробовал.

— Герман нас опередил? — удивился дед Семен.

— Отнюдь. Нашлись другие… желающие. От стороннего производителя, так скажем.

— Тогда тем более тебе домой надо, Сашенька. Там хотя бы противник явно обозначен, и его можно относительно легко локализовать.

— Нет.

— Не спорь. Иначе нам придется принять меры.

— Если я хотя бы заподозрю — слышите, господа мои? — хотя бы заподозрю агрессию с вашей стороны, я снова ударюсь в бега. Но перед этим официально раскроюсь как Александр Завьялов. И заявлю о своих претензиях на власть в клане.

— Тогда тебе придется подтвердить свои намерения делом, — оживился дед Захар. — Пожалуй, нас это устроит.

— Нет.

— Что нет, отрок?!

— Не придется подтверждать. Потому что мне это на фиг не сдалось. Я лишь объявлю о намерениях. И спрячусь так, что хрен вы меня отыщете. В результате я по-прежнему останусь формальным поводом для смуты, но в этом случае у оппозиции будут окончательно развязаны руки. Представляете последствия? Поправьте меня, если я не прав — вы как раз от этого и хотите уберечь клан?

— И кто же этот таинственный наставник? — тяжко вздохнул дед Семен. — В глаза бы бесстыжие ему посмотреть…

— В другой раз, господа мои. Он сейчас сильно занят.

— Похоже, ситуация патовая, Семен. Придется возвращаться несолоно хлебавши… но и ты, отрок, помни — у тебя был шанс обрести нашу поддержку.

— Вашу — это чью, извините? Я так и не получил полного расклада. А верить на слово всего лишь двум старейшинам… может, вы в совете тоже эти, как их? Диссиденты, во!

— Не выражайся при старших, Сашенька. Что за молодежь пошла, совсем старикам веры не осталось…