Её легионер

– Прежний вариант завещания оставляем в силе?
– спросил адвокат.

– Да, мэтр. Новых наследников у меня не появилось.

10

В квартире Жаклин Шнайдер, кроме хозяйки, Боксон увидел мужчину, похожего на сотрудника службы безопасности президента республики - широкие плечи, хороший костюм, малозаметность.

– Господин Боксон, - начала Жаклин Шнайлер.
– с вами хотел бы поговорить один мой знакомый...

– Курт Хаузер, - представился мужчина.

– Вы тоже швейцарец?
– спросил Боксон.

– Да, из Цюриха.

– Тогда позвольте мне сначала закончить мои дела с мадам Шнайдер, а потом мы переговорим с вами на улице. Мадам Шнайдер, вы приготовили мои деньги?

– Я бы хотел сначала переговорить с вами, господин Боксон... вмешался Хаузер.

– Я не буду вести никаких переговоров, пока не получу мой гонорар, Боксон знал, что в подобных ситуациях себя следует вести именно так предельно независимо и с достоинством.

– Ну, хорошо. Вот ваши деньги за убийство Серджио Брунелли, Джулиано Джамбетта и Гарри Ло, - сказала Жаклин Шнайдер, и указала на лежащий на столе кейс.

– Я никого не убивал, и не знаю, о чем вы говорите, - ответил Боксон, перекладывая пачки банкнот в свой кейс.

– Но вы брали контракт на убийство и выполнили его!
– настаивала Шнайдер.

– Я не брал никакого контракта на убийство, мадам Шнайдер, вы меня с кем-то путаете, - в голосе Боксона прямо-таки гремело удивление.
– Господин Хаузер, вы хотели со мной о чем-то поговорить? Пойдемте на улицу, поговорим в моей машине...

– Я бы хотел переговорить с вами здесь...
– попытался упорствовать швейцарец.

– Нет, я буду говорить с вами только на улице. По крайней мере сегодня, - с улыбкой Боксон.

– Я принимаю ваши условия, - Хаузер тоже улыбнулся.
– Вы сообразительный человек, Боксон, это внушает оптимизм.

Они вышли из дома и сели в "бьюик-ривера".

– Позвольте взглянуть на ваши документы, - попросил Боксон.

– Пожалуйста!
– Хаузер достал из кармана швейцарский паспорт.

– Ваш картон чертовски похож на настоящий, - заметил Боксон, внимательно просмотрев все страницы и возвращая документ.

– Я тоже так думаю, - кивнул Хаузер.

– О чем вы хотели меня спросить?

– Скажите, Боксон, что произошло в Анголе семь лет тому назад?

– Вообще-то там тогда была война. Вас интересует хроника событий?

– Нет, мне любопытно узнать, чем вы обязаны Прайсу, если сохранили ему жизнь?

Боксон ответил, даже не задумываясь:

– Эндрю Прайс уехал в неизвестном направлении. Я не смог его отыскать в разумный срок.

– Ну и черт с ним! Даже если вы его предупредили, а, видимо, так оно и было, Прайс выбыл из игры навсегда. Откровенно говоря, я с самого начала подозревал, что за это дело вы взялись ради его спасения.

– И что же дальше?
– Боксон не скрыл в вопросе иронический тон.

– Я предлагаю вам дальнейшее сотрудничество.

– В какой сфере?

– Выполнение аналогичных контрактов...

– Не получится, Хаузер. Свои контракты я выбираю сам, но без должных подробностей осознанный выбор контракта невозможен. Подробности же вы мне в качестве ознакомительной информации излагать не будете - в случае моего отказа моя осведомленность становится опасной. Замкнутый порочный круг!

– Не думаю! Я предлагаю вам получать регулярную зарплату и время от времени выполнять мои задания.

– А вот здесь, Хаузер, и кроется различие между диким гусем и гусем домашним. Дикий гусь сам выбирает свой путь, а у домашнего путь один - на кухню. Нас, наемных солдат, называют "дикие гуси"...

– Я это знаю, Боксон. Но вы уже выполнили одно задание, деваться вам некуда. Карло Джамбетта, а также люди из Чайна-тауна будут очень рады, если им сообщат, что Антонио Рамирес, из-за которого оружейный синдикат похоронил свое высшее руководство, и Чарльз Боксон - одно лицо...

– Не глупите, Хаузер! Меня возьмут живым, и через полчаса после начала допроса вы весь остаток жизни проведете под постоянной охраной полиции. Несчастная мадам Шнайдер! Представьте, как гангстеры будут тащить её по лестнице, стараясь, чтобы она больнее ударялась о ступени!

– У вас больное воображение, Боксон...

– У меня реалистичное воображение, Хаузер! Похоже, что вы нуждаетесь в моих услугах, поэтому расскажите для начала, кого вы представляете.

– Так сразу и рассказать...
– Хаузер задумчиво улыбнулся.
– Пожалуй, можно - ни мне, ни вам из этого дела уже просто так не выйти.

– Вам, Хаузер - не знаю, но я могу сделать шаг в любую сторону. Если сомневаетесь во мне, а вы должны во мне сомневаться - лучше промолчите. Сейчас вы ещё имеете шанс не связываться со мной - но после первых трех фраз пути к отступлению не будет. У вас найдется человек, способный меня убить и молчать об этом?

– А зачем мне вас убивать?
– удивление Хаузера казалось искренним.

– Для сохранения секретности, ибо, как говорят в Баварии: "что знают двое, то знает и свинья"...

– Найти наркомана, дать ему пистолет - что может быть проще...

– Правильно, Хаузер, но для акции в Нью-Йорке вы пригласили именно меня, а не абстрактного наркомана.

– Мы? Кто это "мы"? Я вас не приглашал.

– Перестаньте, Хаузер! Мне отвалили полтораста тысяч баксов за три трупа - неужели я поверю, что это было сделано в память о Гуго Шнайдере, мир его праху!

– У вас есть другая версия?

– Вы не мафия, так как у мафии есть свои киллеры. Вы - не из-за "железного занавеса", там за эту работу такие деньги не платят - восточнее Эльбы человека ценят дешевле пистолетного патрона. Предполагаю, что вы представляете промышленную группу, которой парни из Нью-Йорка стали поперек горла. Возможно, вы - из оружейной промышленности, так как массовый выброс дешевого китайского товара лишил вас определенной части доходов от подпольного распространения вашей продукции - ведь криминальный мир тоже является вашим клиентом, хотя и через сложные фильтры посредников. Вам понадобилась криминальная операция, а к людям из криминального мира вы обратиться не рискнули - и правильно сделали, криминальные связи чересчур запутанны при полном отсутствии уверенности в конфиденциальности заказа, стукач на стукаче! Вообще-то правды о вас я не знаю, и все, что я сейчас сказал, может оказаться бредом. Жизнь - сложная штука!..

Хаузер отвел взгляд от лица Боксона и стал внимательно смотреть вдоль улицы. "Хорошо, что я не рассказал об этом человеке старикам из консорциума, - подумал он.
– Боксон будет моим личным контактом - он же военный теоретик, стратег!" И сказал вслух:

– Боксон, вы определили все чертовски точно. Я представляю консорциум европейских оружейных фирм. Каких именно - уточнять не будем, они вам и так известны. В консорциуме я возглавляю специальную группу по нелегальной конкуренции: промышленный шпионаж, контршпионаж, секретные фонды и так далее. Синдикат Ло-Джамбетта нанес серьёзный ущерб нашему консорциуму. После смерти Гуго Шнайдера его сестра нашла меня, уж не знаю как, и она предложила ударить по синдикату. Для такой акции необходим надежный человек, мадам Шнайдер предложила вашу кандидатуру. Некоторую часть денег выдал консорциум. Но первым кандидатом был Дидье Грамон, земля ему пухом! Он провел большую подготовительную работу...