Его сын

Люк не только постигал искусство интриги, используя в качестве подопытного материала отцовский разрушитель со всеми его обитателями, но и учился фехтовать, использовать Силу, лечить (благо Вейдер всегда под рукой), а также пользоваться ножом.

Последнему мальчика обучал Уилл, добродушно комментирующий успехи неожиданного ученика и подбадривающий в случае неудач. Люк владел холодным оружием неплохо, учитывая его покалеченную память и детское тело, однако, профессионалом он не был, так что, имеющий огромный опыт Уилл стал для него подарком судьбы. Или Силы.

Вообще, отношения с 501 легионом, личным войском отца, у его сына складывались очень даже неплохо. Находящиеся на "Истце" клоны с интересом отнеслись к сыну своего Повелителя, с удовольствием присматривая за ним и рассказывая разные интересные истории.

В ответ Люк решал злободневную проблему, которая была у всех клонов.

Вопрос идентификации.

Когда ты похож на еще целую прорву людей, а все они - вылитые ты, хочется как-то выделиться. Штурмовики легиона в этом плане исключениями не были. Данную проблему решали по разному: имена, какие-то мелкие отличия в прическах, пусть это и уставный "ежик", татуировки, шрамы (если таковые были на видном месте), добавочное вооружение.

Люк внес свой вклад, предложив новые темы для татуировок. Сам он клонов различал с неимоверной легкостью, как и Вейдер, ведь ориентировались они в первую очередь не на внешность, а на исходящий от клонов неповторимый слепок личности. Поэтому для него проблемы отличить одного штурмовика от другого не было, пусть они даже были в шлемах. Однако, почему не наладить контакт? Достаточно неплохие способности к рисованию помогли ему создать в датападе несколько десятков рисунков, которые пошли просто на "ура". Даже Уилл заинтересовался и выбрал себе изображение черепа крайт-дракона, срисованное с натуры.

Все это помогало отвлечься от странных ощущений и предчувствий. Медитации вопрос совершенно не проясняли, Люк так и не смог увидеть, в чем же заключаются грядущие неприятности, которые он просто нюхом чуял, но вот в том, что таковые будут непременно, он был уверен безоговорочно.

И оставалось только готовиться морально и физически, что мальчик и делал, так что приход проблемы он встретил пусть не во всеоружии, но достаточно уверенно.

* - самый первый наркоз - деревянный молоток и дощечка. Дощечку прикладывали к голове, по ней били молотком. По моему, медицина с тех пор не слишком прогрессировала.

** коан - притча-загадка, служащая для вырабатывания нелинейной логики. Пример - "хлопок одной ладонью".

Глава 15. Апокалипсис сегодня.

Мерный стук пальцев о тяжелую столешницу из железного дерева. Барабанная дробь, пробирающая до костей.

Огромная черная фигура резко встав, зашагала по кабинету, провожаемая взглядом адъютанта, благоразумно ставшего поближе к стене, чтобы не снесли, после чего вновь села в жалобно скрипнувшее кресло. Главнокомандующий уже три часа пребывал в крайне дурном настроении (чего не случалось уже несколько месяцев - вечность по меркам облегченно вздыхающих военных), в которое впал сразу после сеанса связи с императором.

Что сказал Его императорское величество Палпатин своему верному Главкому было тайной, но вот результат беседы молниеносно прочувствовал на себе практически весь экипаж разрушителя. Ярость ситха ощущалась почти физически, люди нервно вздрагивали, опасаясь услышать тяжелые шаги, а то и ощутить на своей шее невидимую удавку, если вдруг милорду что-то не понравится.

Вейдер еще немного побарабанил пальцами, выстукивая похоронный марш, резким жестом отпустил облегченно выдохнувшего Корда и направился в гостиную. Требовалось обсудить с сыном распоряжение императора.

***

– Что у нас плохого?
– Люк неторопливо развернул леденец, придирчиво оценивая его внешний вид и аромат с видом искушенного ценителя. Вейдер нервно щелкнул застежками шлема, сдирая его с головы и практически кидая на столик.

– Император, - буркнул ситх, падая на диван, Люк тут же примостился рядом, начиная успокаивать нервничающего отца Силой. Ему-то хорошо, ярость, изливающаяся от Вейдера впитывалась на "ура", даря заряд бодрости, но не у всех такая реакция. Обычных военослужащих можно только пожалеть.

– А что с ним?
– ребенок с интересом повернулся к начинающему успокаиваться мужчине, с хрустом разгрызая сладость. Вейдер зарычал, стискивая кулаки. Глаза постепенно наливались желтым светом.

– Он требует, чтобы ты летел с ним на Альдераан.

– И? В чем проблема?

– А в том, - взорвался ситх, полыхая желто-красными глазами, - что я должен в это время быть в совершенно другом месте! А это значит, что тебя придется отправить одного!

– Гхм!

Люк прислонился к боку скрипящего от злости зубами отца, укрываясь полой его плаща. Яростно сопящий Вейдер нервно дернул лысой бровью, но отодвигаться не стал, наоборот, прижал сына к себе. Сейчас ему жизненно необходима ясность сознания, контроль и четкость суждений, и Люк отлично помогает ему обрести искомое.

В гостиной повисло тяжелое молчание. Люк продолжал грызть леденцы, Вейдер медленно, но верно успокаивался, даже глаза постепенно теряли желтизну, радужка начала синеть.

– С кем ты меня отправляешь?

Ситх вздохнул, вспоминая свои мучения в попытках выбрать для сына самого лучшего сопровождающего для перелета. Задача была не настолько простой, как казалось на первый взгляд. За эти месяцы ситх успел немного изучить своего так неожиданно появившегося в его жизни отпрыска, уяснив для себя несколько вещей.

Первое. Его сын оказался самым настоящим ситхом, и не по воспитанию, по характеру. Малыш очень любил напустить на себя невинный вид, притворяясь добрым, ласковым и неопасным, но на самом деле он был истинным хищником. Люк был очень авторитарен, коварен, жесток и не терпел над собой начальства. Почему он подчинялся императору и самому Вейдеру, для последнего оставалось загадкой, единственное, что приходило в голову в качестве объяснения этой странности - родственные чувства. Правда, этот вариант был под сомнением, хоть ситх и знал, что дело обстоит именно так.

Второе. Несмотря на развитый ум, ребенок жил инстинктами. Защита своей территории, ревнивое собственничество по отношению к тем или тому, что он считал своим, агрессия к покушающимся на него или на его собственность. Это, конечно, Вейдер понимал очень хорошо, но даже у него это так ярко не выражалось. Или выражалось? Это тоже стоило обдумать.

Поэтому, к выбору как корабля, так и сопровождающего следовало отнестись со всей ответственностью. Это должен был быть преданный, сильный и устойчивый морально офицер, который если что прислушается к Люку, все-таки малыш - Одаренный, а значит, имеет определенные таланты. Кроме того, этот офицер должен уметь настоять на своем, аргументированно настоять, иначе, Люк просто его задавит. Может морально, а может, и физически.