Эксперт № 09 (2014)
Шрифт:
Сюжеты
Вокруг идеологии:
Здесь люди становятся добрыми
Реальная цена дешевого обмана
Пять ошибок Прохорова
/section section class="tags"
Теги
Вокруг идеологии
Молодые демократии
Политика на улице
Украина
/section
На то, что украинские события пойдут по менее мрачному сценарию, можно было надеяться, но уж точно не следовало рассчитывать. Четыре года назад, сразу после тамошних президентских выборов, пригласил я в телестудию одного знатока постсоветских пространств. Говоря о свежеизбранном президенте, гость назвал его профессиональным «Титаником». Какой же тут, спрашиваю, может быть профессионализм — тонут-то один раз? Так Януковича, ответил гость, от причальной стенки ещё и не отпускали. Что ж, теперь отпустили. Специалист наверняка найдёт немало промахов, которых Янукович всё-таки не сделал, но и сделанных оказалось достаточно, чтобы термин failed state в применении к Украине перестали
figure class="banner-right"
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Уверенно судить об украинских делах нелегко: положение и в Киеве, и в регионах страны меняется очень быстро, да к тому же и врут противоборствующие стороны, как дышат (куда там старинному «туману войны» до современных средств дезинформации). Но похоже, ещё не пройдены развилки к сравнительно мирным вариантам завершения украинской беды. Главный из них состоит в разделе страны надвое или натрое. Он дал бы возможность большинству населения всех регионов не то чтобы жить, как они хотят (свирепейший экономический кризис никуда не денется), но не жить так, как они не хотят: кому-то можно будет не славить Бандеру с Шухевичем, кому-то — не слышать «мовы попсы, мовы блатняка». До сих пор мысль о разделе была на Украине, вежливо говоря, не очень популярна, но, когда завариваемая сейчас каша начнёт густеть, раздел станет многих устраивать. Для глубоко дотационной западной Украины это будет неприятно, но едва ли настолько неприятно, чтобы всерьёз воевать. Области востока и юга уже отбивали спорадические наезды западенцев на свою территорию; если натиск не выйдет на качественно иной уровень, то скоро прекратится — и жизнь в свежеиспечённых странах начнёт как-то устраиваться. Для России такой (сравнительно) тихий финал, пожалуй, лучший из ещё возможных.
Но такой ход событий едва ли устроит Запад — причём не столько европейцев, сколько американцев. Коротко говоря, для санитарного кордона им больше подходит Украина целиком. И если европейцев всё-таки тревожит перспектива образования у них под боком огромного рассадника всяческой бандеровщины и махновщины, то из-за океана сорокапятимилионное гуляй-поле не кажется страшным. Обама так прямо и говорит: поддерживаем народы Украины и Сирии. Какой по ходу западной поддержки стала Сирия, известно; такой же может стать и Украина. Ведь и исполнители ролей сирийской оппозиции готовы: «Правый сектор» и другие подобные группы, не идущие ни с кем ни на какие договорённости. Оно и понятно: любая устоявшаяся власть, пусть даже из недавних союзников, вынуждена будет этих боевиков пересажать; поэтому для них цель — ничто, движение — всё. Их всего-то и нужно будет чуток подпитать да называть борцами за свободу в каждом выпуске теленовостей — дело нехитрое и знакомое. Для России такой вариант смертельно опасен.
Такого столкновения интересов не случалось уже очень давно. В конце 90-х (разворот Примакова над Атлантикой, марш на Приштину) был скорее намёк на противоборство: Россия была в то время слишком явно слаба, да и не было тогда для нас прямой угрозы. Пожалуй, последнее по-настоящему серьёзное противостояние было более полувека назад, в дни Карибского кризиса. Та давняя история была опаснее нынешней: над миром нависала ядерная война — сейчас-то о ней и мысли ни у кого нет; но во многих других аспектах сравнение будет не в пользу настоящего. Тогда разрешение кризиса зависело от нескольких поимённо известных людей, сегодня — от неопределённо широкого круга лиц, в том числе мало кому ведомых. Тогда участники переговоров отстаивали публично заявленные интересы своих стран, а не интересы неназываемых третьих сторон. Из этого следовали ответственность и предсказуемость, которых так драматически недостаёт сегодня. И может быть, главное: тогда была ещё на памяти недавно закончившаяся страшная война — и Кеннеди, и Хрущёв в ней участвовали, и ни один из них уж точно не хотел её повторения. Сегодня, похоже, такой гранитный иммунитет остался не у всех. Война в телекартинке, да ещё далеко от дома, — она не так уж и страшна, в ней можно искать и находить разного рода плюсы.
Где-то в Сети видел я испуганный вопрос: так что же, Киев — это новое Сараево? Тут же набежали оптимисты, восклицающие: да нет, что ты! как можно! никто не хочет войны! Правильно — никто не хочет. Так и ровно сто лет назад её, в общем, мало кто хотел. И Европа была вполне едина, и международная торговля процветала, и дипломатия была — на круг — пожалуй, посильнее нынешней, и все государи были родня друг другу. А потом как-то вдруг оказалось, что набралось чрезвычайно много разных желаний, кажущихся своим носителям правомерными и разумными, — ну, там, Восточная ли Африка, Лотарингия ли, Босния, на Ближнем ли Востоке что-нибудь — и т. п. без конца. Каждое из этих желаний по отдельности уж точно не стоило войны (и носители их это понимали); но всей своей массой они как-то исподволь поменяли логику правительств, и не только правительств, и сам воздух заискрил от всеобщей агрессивности, и нашлось вдруг многое множество вещей поважнее мира. И после сараевского убийства люди не верили, что начнётся война; иные европейские дворы, даже объявляя мобилизацию, продолжали надеяться, что войны удастся избежать. Но почему-то не удалось.
Свет по талонам Евгений Огородников
Идея заставить средний класс платить за коммунальные услуги по повышенной ставке не решит проблем энергетики, но грозит недовольством граждан. Против введения соцнорм уже выступил Общероссийский народный фронт
section class="box-today"
Сюжеты
Средний класс:
Нужен ли России вождь
Средний класс переезжает в Азию
/section section class="tags"
Теги
Средний класс
Энергетика
Цены растут
Долгосрочные прогнозы
/section
Социальные нормы на потребление электроэнергии все же необходимо ввести не позднее 1 июля 2016 года. Об этом говорится в поручении премьер-министра РФ Дмитрия Медведева регионам. Социальная норма — это определенный объем электроэнергии (или других видов ресурсов), который поставляется потребителям по сниженным, фактически льготным расценкам. Все, что выше этой нормы, оплачивается по высоким ценам. Ранее предполагалось, что социальные нормы по электроэнергии будут введены с 1 июля 2014 года, а в дальнейшем механизм социального нормирования распространится и на другие виды коммунальных услуг (водоснабжение и — в отдаленной перспективе — теплоснабжение). Но идея соцнорм уже сейчас не нравится населению, что вполне логично: расходы на жилищно-коммунальные услуги и так продолжают расти, к тому же с середины 2014 года к ним добавится плата за капитальный ремонт. Выгоды же совершенно неочевидны, причем ни для граждан, ни для бизнеса. Так, на минувшей неделе в ходе совещания рабочей группы «Качество жизни» Общероссийского народного фронта (ОНФ), которая курирует вопросы ЖКХ, было признано, что все обозначенные цели введения соцнорм просто не могут быть реализованы или являются ошибочными. Тем не менее инициаторы введения соцнорм — Минэнерго и Минрегион — намерены настаивать на своем.
«Перекресток» в действии
Введение социальных норм связано с попыткой ликвидировать перекрестное субсидирование, сложившееся в электроэнергетике. Напомним, тариф для населения во всех регионах страны устанавливается региональными властями, а для промышленности ценообразование рыночное. При этом жители используют низкое напряжение, а значит, им нужно больше сетей и больше трансформаторов. В итоге затраты сетевых организаций перекладываются с населения на промышленность. И проблема эта весьма серьезная. Население в России платит за электроэнергию около 300 млрд рублей в год, и еще 220 млрд рублей в год за население платит промышленность. Это приводит к завышению цены на базовый ресурс для промышленности и делает ее менее конкурентоспособной.
figure class="banner-right"
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Естественно, промышленники всеми силами пытаются отказаться от перекрестного субсидирования, в первую очередь это стремится сделать энергоемкий бизнес, например металлурги. Предприятия черной и цветной металлургии пытаются либо договориться с энергетиками о скидках, либо не оплачивать услуги МРСК, которыми они не пользуются. Идя на уступки, энергетики не снижают себестоимость производства энергии, а просто перекладывают издержки на других потребителей, например на малый и средний бизнес. В итоге небольшой бизнес, чью маржу и так съедают налоги, существенные зарплаты и высокие процентные ставки, платит неподъемные для себя деньги за электроэнергию. Энергетики и поставщики сырья для отрасли при этом получают свое. «Мы очень довольны, что у нас шесть процентов рентабельности и что мы своей самоотверженной работой обеспечиваем достойную тридцатипроцентную доходность государственным компаниям вроде “Газпрома” или Сбербанка», — иронизирует Владимир Бакшаев , директор чебоксарского машиностроительного предприятия «Сеспель», выпускающего прицепы (см. «Конкуренции не дождетесь», «Эксперт» № 8 за 2014 год).
Болгарский опыт
В стратегии Министерства энергетики говорится, что перекрестное субсидирование должно быть ликвидировано на 80% к 2022 году. Легко посчитать, что в таком случае цены на электроэнергию для населения должны быть выше сегодняшних в 1,6–1,7 раза, то есть в среднем составлять 5–6 руб. за 1 кВт•ч (и до 10 руб. в отдельных слабозаселенных регионах). Если же учесть ежегодную индексацию на уровень инфляции, то к 2022 году цены на электроэнергию для населения должны вырасти в 2,2–2,3 раза. Но граждане и так обременены платой за коммунальные услуги. За последние десять лет плата за электроэнергию выросла примерно в четыре раза (см. график 1). Сегодня люди больше всего платят за теплоснабжение, горячую воду и текущий ремонт, при этом платежи за ЖКУ достигают 11–12% совокупных доходов домохозяйств. Намеченный рост цен на электроэнергию, особенно для небогатого сельского населения, ни социально, ни политически неприемлем, хотя некоторые чиновники уверены, что россияне могут себе позволить тратить на услуги ЖКХ и по 18–19% совокупного дохода, как это происходит сейчас в странах Восточной Европы.
Но это миф, причем крайне опасный, грозящий вылиться в массовое недовольство. Например, Нижегородская, Самарская, Калужская, Ярославская области имеют ВВП по ППС около 16 тыс. долларов на человека, что сопоставимо с показателями стран Восточной Европы. И чиновникам, продвигающим рост тарифов под видом соцнорм, стоило бы иметь в виду, что опыт этих стран в эксперименте с ростом цен на коммуналку крайне негативный.
В начале 2013 года Болгария пережила серьезный политический кризис. Его причиной стал рост цен на электроэнергию. По официальным данным, цены выросли на 14% — до 0,1891 лева днем (3,8 руб.) и 0,1202 лева ночью (2,4 руб.). Для снятия социального напряжения и прекращения беспорядков премьер-министр Болгарии был вынужден даже уволить кабинет министров, а потом и сам ушел в отставку.