Эксперт № 23 (2013)
Шрифт:
Хотя наводнение еще не закончилось и в ряд городов севера Германии паводок придет только в начале этой недели, экономисты уже начинают подсчитывать возможный ущерб. В Баварии местные власти уже пообещали всем жителям пострадавших регионов помощь в размере 1500 евро на каждого обратившегося — эта сумма должна выплачиваться, по словам баварского премьера Хорста Зеехофера , «без бюрократических проволочек». Федеральные же власти Германии заявили о готовности выделить на ликвидацию ущерба от наводнения 100 млн евро.
Между тем эти суммы выглядят совершенно несравнимыми с нанесенным стихией ущербом. «После наводнения 2002 года страховые выплаты составили 1,8 миллиарда евро, не считая выплат по автомобильным страховкам», — сказала «Эксперту» представитель союза немецких страховщиков GDV Катрин Ярош . Общий ущерб немецкой экономике в 2002 году превысил 10 млрд евро.
Самый же большой экономический ущерб наводнение нанесет компаниям, чьи производственные мощности оказались отрезанными от остального мира. В Баварии и Бадене-Вюртемберге, двух самых экономически развитых регионах страны, целые районы с населением в десятки тысяч человек оказались полностью отрезанными от автобанов и железных дорог. Во многих городах была прервана подача электроэнергии. Производство было остановлено на заводах Porsche в Лейпциге и Volkswagen в Цвикау. В Чехии химический концерн Synthos остановил свой завод к северу от Праги, приостановили производство чешские пивоварни, принадлежащие концерну Heineken.
Наводнение на Дунае, Рейне и Эльбе прервало транспортное водное сообщение от Роттердама до Черного моря — ранее по системе каналов Рейн—Майн—Дунай только через шлюз Кельхайм между Майном и Дунаем каждый день перевозилось более 14 тыс. тонн грузов. Сегодня этот поток полностью прерван.
Берлин
Энциклопедия в картинках
Ирина Осипова
В Венеции открылся самый важный мировой смотр современного искусства — 55-я Венецианская биеннале. На полгода город оккупирован художниками и кураторами, демонстрирующими самые актуальные творческие идеи
Инсталляция из 90 скульптур Павла Альтхамера под названием «Венецианцы» (2013) — один из самых запоминающихся проектов в Арсенале
Фото: Francesco Galli / Courtesy La Biennale Di Venezia
В последнее десятилетие мир современного искусства переживает настоящий бум биеннале — от Сиднея до Москвы и Стамбула их насчитывается уже больше сотни. Но и в этом калейдоскопе биеннале в Венеции, которая проводится с 1895 года, сохраняет за собой роль лидера — в силу возраста (118 лет — не шутка), сложившейся репутации и роскошного исторического окружения. Участники создают беспрецедентный по объему и насыщенности глобальный перформанс, в который вовлечен весь город, а число посетителей биеннале достигает полумиллиона. Российский вклад в это шоу в нынешнем году как никогда удачен.
Кураторский кордебалет
За сто с лишним лет существования биеннале выработала логичную структуру. Приглашенный куратор задает общую тему и на свой вкус отбирает работы для основного проекта, который размещается на двух площадках — в палаццо Экспозиционе в садах Джардини и в Арсенале. С них обычно и начинают осмотр. Следующий круг — национальные павильоны стран-участниц, в этом году их 88, из них лишь 29 владеют постоянными «домами» на аллеях Джардини (среди них и русский павильон, в 1913–1914 годах построенный Алексеем Щусевым в модном тогда неорусском стиле), остальным же приходится снимать городские палаццо или придумывать более оригинальные решения. Павильон Португалии, например, в этом году разместился на небольшой прогулочной яхте, трюм которой превратился в инсталляцию национальной арт-звезды Жоаны Вашконселуш. Судно попутно выполняет роль вапоретто, дважды в день отправляясь в небольшое плавание через Большой канал к мысу Пунта делла Догана, где когда-то размещалась венецианская таможня, а сейчас квартирует центр современного искусства, принадлежащий французскому магнату и меценату Франсу Пино. Наконец, для тех, кто осилил национальные павильоны, существует еще полсотни выставок параллельной программы, в которую вошли два проекта Московского музея современного искусства.
Курировать основной проект в этот раз выпало Массимилиано Джони — энергичному итальянцу и самому молодому куратору в истории биеннале, задачей которого было слегка встряхнуть уважаемую структуру. К своим сорока годам Джони хорошо известен на международной арт-сцене. Он возглавлял один из лучших мировых журналов об искусстве Flash Art, на протяжении 2000-х
годов осуществил ряд удачных кураторских проектов, среди которых биеннале в Берлине и Кванджу и «Манифеста» в Сан-Себастьяне. И наконец, сейчас совмещает сразу несколько важных постов — художественного директора миланского Nicola Trussardi Foundation, содиректора и руководителя выставочных программ в Новом музее в Нью-Йорке. В Венеции Джони удалось то, что не всегда получалось у его более опытных коллег, — сделать живую, местами неожиданную, при этом понятную и логичную выставку, которая воспринимается цельным проектом, а не набором имен.Тема «Энциклопедический дворец», заданная Джони, отсылает к утопическому проекту итало-американского художника и архитектора Марино Аурити. В 1955 году в патентное ведомство США от него поступила заявка на регистрацию «Энциклопедического дворца» — воображаемого музея, который должен был стать вместилищем величайших человеческих открытий от колеса до космического спутника. Аурити мечтал построить свой музей в центре Вашингтона и представлял его в виде 700-метровой башни в 136 этажей. Проект реализован, разумеется, не был, но жажда всеобъемлющего знания о мире осталась витать в воздухе и спустя шестьдесят лет под руководством Массимилиано Джони вылилась в энциклопедию художественных образов. По сути, вся выставка — развернутый ответ на вопрос: что такое мир художника? «Я хотел сделать проект образовательным и познавательным, но не скучным, — говорит Джони. — Это выставка о страсти к познанию, я сам открыл для себя много нового в процессе подготовки и надеюсь, что то же случится с посетителями. Это процесс познания через образы, через зрение и другие органы чувств».
«Энциклопедический дворец» Марино Аурити — проект, задавший тему всей нынешней биеннале
Фото: Francesco Galli / Courtesy La Biennale Di Venezia
На выставке стираются привычные границы — и временные (здесь перемешаны работы, созданные непосредственно перед биеннале, и объекты почти вековой давности), и профессиональные — в экспозиции не так много известных имен, зато в изобилии представлены работы аутсайдеров и тех ученых, исследователей, коллекционеров, деятельность которых, строго говоря, созданием искусства не являлась. «Разделение на профессиональных и непрофессиональных художников — это фикция. Необычные вещи, представленные здесь: “Красная книга” психоаналитика Юнга или коллекция редких минералов французского писателя Роже Кайуа, в каждом из которых легко увидеть готовый пейзаж, — снимают искусство с пьедестала и объясняют, насколько разнообразным оно может быть. Мне хотелось посмотреть на искусство как на способ видения и отражения мира. В этом всегда есть особая магия, независимо от того, учился ли тот, кто это сделал, в академии», — поясняет свой выбор Джони.
Две части основного проекта ассоциируются с миром внешним и миром внутренним. Первый начинается с подлинного макета «Энциклопедического дворца» Аурити из собрания Американского музея народного искусства в Нью-Йорке и представляет под крышей Арсенала разные способы исследования природы и человеческого тела (в этой части энциклопедия то и дело превращается в кунсткамеру), постепенно переходя от мира естественного к созданному искусственно. Парад внутренних образов и выдуманных миров в Джардини открывается знаменитой «Красной книгой» (название появилось из-за цвета кожаного переплета) основоположника аналитической психологии Карла Густава Юнга. С 1914-го по 1930 год он создавал дневник своих фантазий и сновидений в виде метафорических текстов и выполненных им самим иллюстраций. По замыслу куратора, мы сами — и материал, из которого создаются образы, и зрители, одержимые фантазиями. Как выражение этой идеи в залах появляются мистическая живопись Доротеи Таннинг, ироничные глиняные фигурки Фишли и Вайса, провокативная скульптура Сары Лукас, тонкая графика Ахиллеса Риццоли, изображающая людей в виде вымышленной архитектуры, и социальный портрет венецианцев Павла Альтхамера — 90 скелетов с масками реальных людей, давно умерших и наших современников, которых художник встречал в городе, в том числе на прошлых биеннале. Один из самых впечатляющих объектов — видео Артура Жмиевского, на котором художник создает на холсте образы, следуя описанию слепых людей, делая зримым мир, который они могут только осязать.
Основной проект по традиции многонационален, и здесь же представлено видео «Корона» русского художника Виктора Алимпиева, работы которого Массимилиано Джони часто выставляет в своих проектах. На экране две девушки исполняют песню на мелодию из виолончельного концерта Шнитке. В песне несколько куплетов, и каждый крутится вокруг одного слова, обозначающего очень простую перцепцию — «страшно», «холодно», «все равно». Их позы не просто открыты, но максимально уязвимы, и, по словам художника, в этой беззащитности их сила и властность.